За «Маяк», пожалуйста, не беспокойтесь

Mayak ПО «Маяк». Фото: po-mayak.ru

На прошлой неделе в норвежском Тромсе состоялось 22 заседание Совместной российско-норвежской комиссии по сотрудничеству в области охраны окружающей среды в связи с утилизацией российских атомных подводных лодок (АПЛ), выведенных из состава ВМФ в Северном регионе, и повышения ядерной и радиационной безопасности.

На это заседание впервые пригласили представителей ряда экологических организаций России и Норвегии.

На встрече, в частности, обсуждались стратегия и планы обращения с радиоактивными отходами (РАО) и отработавшим ядерным топливом (ОЯТ) в Северо-Западном регионе, сотрудничество в области аварийной готовности, реагирования и оперативного оповещения, совместный мониторинг затопленных и затонувших объектов в Баренцевом и Карском морях, а также сотрудничество, связанное с работой Производственного объединения «Маяк», и многое другое.

Именно ситуации на ПО «Маяк» был посвящен один из двух вопросов, которые удалось задать общественникам во время краткой пресс-конференции.

SNF is leaving Andreeva bay ingress Транспортировка ОЯТ из губы Андреева. Фото: Анна Киреева

По мнению ряда экологических активистов, вывоз ОЯТ из хранилищ в губе Андреева решает проблемы в Мурманской области, но создает новые и усугубляет существующие в Челябинской, куда топливо транспортируется. Второй аспект проблемы – недостаток открытой информации о состоянии дел на предприятии и вокруг него.

За всё время осуществления проекта в губе Андреева на «Маяк» будет доставлено 50 эшелонов ОЯТ атомных подводных лодок. Позже предприятие приступит к переработке ОЯТ из бывшей ПТБ «Лепсе», на которой сейчас проводятся операции по вырезке пеналов с отработавшими тепловыделяющими сборками (ОТВС).

«Отправка ОЯТ и РАО из Мурманской области в Челябинскую, по нашему мнению, является не только перемещением проблемы из одного региона в другой через всю страну, но и усугублением уже существующих проблем на территориях вокруг ПО «Маяк», – уверен сопредседатель Российского Социально-экологического Союза Виталий Серветник. – Кроме того, нет никакой доступной нам информации о том, какое количество и каких именно отходов туда завозится».

Необходимо пояснить, что ОЯТ в России не относится к категории «отходов». Согласно принятой в России концепции замкнутого ядерного топливного цикла, ОЯТ – это продукт, который подлежит переработке с целью извлечения полезных компонентов. Во-вторых, ПО «Маяк» – это единственное предприятие в России, которое имеет завод по переработке ОЯТ. И поэтому именно там имеются специализированные объекты для временного хранения ОЯТ, как АПЛ, так и атомных гражданских судов, а также ОЯТ некоторых АЭС. Это уже сложившая технологическая цепочка, и вряд ли кто станет «ломать» её в ближайшее время.

Также, по словам Серветника, доступ к информации по-прежнему представляет сложности для общественников, которые не входят, например, в Общественный совет Госкорпорации. В связи с этим эколог выразил опасение, что «реальная ситуация на ПО «Маяк» гораздо хуже, чем о ней рассказывают представители «Росатома».

Однако представители Госкорпорации были в корне не согласны с озвученной проблемой.

Grigoryev and Krukov Олег Крюков (справа) и Анатолий Григорьев, ГК «Росатом». Фото: Анна Киреева

«Мы бы никогда не стали бы заниматься этим проектом, если бы перемещали проблемы из одной области в другую», – заверил всех директор по государственной политике в области РАО, ОЯТ и ВЭ ЯРОО ГК «Росатом» Олег Крюков.

Он рассказал, что Россия имеет развитую атомную инфраструктуру, прежде всего, инфраструктуру, которая способна перерабатывать ОЯТ. ПО «Маяк» занимается данной деятельностью с 1972 года. Существовавшие проблемы с уран-бериллиевым топливом решены – два года назад «Маяк» нашел технологию его переработки, а в этом году разработали технологию и для переработки уран-циркониевого топлива.

Крюков также пояснил, что остающиеся на комбинате отходы остекловываются и находятся в стадии хранения. Кроме того, в настоящее время в Нижнекамском массиве под Красноярском строится лаборатория для исследования процессов окончательной изоляции высокоактивных отходов. То есть вывоз ОЯТ на «Маяк» – часть техпроцесса, а не перемещение проблемы из одного региона в другой.

Он добавил, что комбинат не работает на всю мощность – он перерабатывает порядка 450 тонн в год, а вклад вывозимого ОЯТ из губы Андреева совершенно незначительный.

«Хочу подчеркнуть – это правильная утилизация ОЯТ. «Росатом» исповедует точку зрения о необходимости переработки всего ОЯТ, а не прямого его захоронения. Это оправдано экономически и более безопасно экологически, поскольку объем отходов резко уменьшается. Так что за «Маяк», пожалуйста, не беспокойтесь», – посоветовал Крюков экологам.

Норвежская сторона, финансирующая часть работ, также придерживается мнения, что вывоз ОЯТ на переработку – шаг к решению проблемы, а не ее перемещение.

«Мы думаем, что наша финансовая поддержка данной деятельности – это шаг в сторону более безопасного обращения с ОЯТ и возможности его последующей переработки», – заверил статс-секретарь, сопредседатель Комиссии Аудун Халворсен (Audun Halvorsen).

Он отметил, что у норвежских и российских властей уже был опыт успешного сотрудничества по мониторингу ситуации на ПО «Маяк». Сейчас, когда из Мурманской области на комбинат пошли новые эшелоны с ОЯТ, норвежской стороне хотелось бы возобновить былое сотрудничество, чтобы понимать, что происходит на предприятии.

environmentalists on the Rus-Nor commission Экологи приняли участие в заседании комиссии. Фото: Анна Киреева

«Мы уже начали диалог с российскими партнерами по этому вопросу, сейчас идет обсуждение, в какой именно форме это сотрудничество стоит возобновить», – считает он.

Стоит отметить, что ответ «Росатома» в стиле «не беспокойтесь, у нас все под контролем» не удовлетворил экологов, которые тщательно подошли к выбору вопросов для российских и норвежских экспертов.

«Госкорпорация смотрит на перемещение РАО и ОЯТ как на часть комплексного процесса. В таком случае это должно означать, что все то внимание российской и международной общественности, все те ресурсы, мониторинг, участие общественности, что было задействовано на проектах в губе Андреева, теперь должны уделяться Челябинской области и Красноярскому краю», – уверен Серветник.

Руководитель АНО «Беллона» (Мурманск) Андрей Золотков согласен, что в деятельности ПО «Маяк» достаточно много «белых» пятен, которые требуют не только открытости в плане современной деятельности, но и также подробностей по прошлой работе.

«А относительно подземной исследовательской лаборатории в Красноярском крае в последние годы было достаточно много публикаций, статей и обсуждений с общественностью, причем эти материалы были как положительного, так и негативного характера», – отметил он.

Анна Киреева

anna@bellona.ru