Техногенная авария в Норильске вскрыла ряд системных проблем

norilsk-spill ambarnaya Река Амбарная после разлива дизельного топлива. Фото: ilya_torgonskyi

Напомним, что 29 мая в Норильске из резервуара хранения ТЭЦ-3, принадлежащей ПАО ГМК «Норильский никель» произошла утечка 21 163 тонн дизельного топлива. Об аварии стало известно только через несколько дней. Позже Президент РФ Владимир Путин ввел в Норильске режим ЧС федерального уровня.

Спасательные работы

С тех пор на месте ведутся работы по локализации разлива и сбору дизельного топлива. «Норильский никель» ежедневно оповещает о ходе работ на своем официальном сайте.

10 июня экологическое объединение Bellona предложило «Норильскому никелю» воспользоваться помощью норвежских компаний и их технологиями по ликвидации разливов нефти и их последствий. «Норникель» не стал отказываться от помощи иностранных специалистов.

«Очень быстро откликнулась компания Lafarge, коротая сюда прислала уже своих специалистов. Специалисты оценили ситуацию, сказали, что мы действуем очень профессионально на территории ТЭЦ, и нашли несколько моментов, по которым они нам оказали реальную помощь. Точно также норвежская компания Statoil откликнулась моментально. (…) Они поставили очень быстро и эффективно нам 2 километра сорбирующих бонов, которые тоже помогли в этой ситуации», – сообщил журналистам первый вице-президент ПАО «ГМК «Норильский никель» Сергей Дяченко.

По словам руководителя программы по экологической ответственности бизнеса WWF Алексея Книжникова, благодаря слаженным и оперативным усилиям всех, кто вовлечён в ликвидацию разлива нефтепродуктов, удалось избежать худших вариантов развития событий – специалисты Морспасслужбы успели выставить боновые заграждения в устье реки Амбарная до того, как значительная часть топлива попала в озеро Пясино. Всего на реке Амбарная установлено 55 линий боновых заграждений протяженностью 5 770 м.

При попадании большого количества нефтепродуктов в озеро ситуация была бы гораздо хуже. Кроме непосредственного увеличения площади сбора нефтепродуктов (а собирать нефтепродукты с озера сложнее, чем с берега реки) это привело бы к таким печальным последствиям, как массовая гибель рыб и птиц. По информации МЧС, на 17 июня зафиксировано превышение предельно-допустимых концентраций (ПДК) нефтепродуктов за боновыми заграждениями в 1,3 раза, перед первым рубежом боновых заграждений – в 6 раз.

В специальном эфире на канале «Беллоны» Instagram Алексей Книжников рассказал, что, если бы авария случилась на пару недель раньше, когда река и озеро были скованы льдом, ни российские, ни норвежские спасатели даже частично не смогли бы собрать дизельное топливо.

«Тогда можно было бы говорить о том, что загрязнение достигло Карского моря – из-за отсутствия испарения дизтопливо могло бы законсервироваться подо льдом», – рассказал он.

К счастью, этого не произошло. Несмотря на недостаток оперативной информации в первое время после аварии, благодаря быстроте действий специалистов Морспасслужбы удалось предотвратить еще больший масштаб негативных последствий. И силы природы были на стороне спасателей: северные и северо-восточные ветры гнали пятно против течения.

«Сейчас спасатели сворачивают работы на реке Амбарная. Все, что было возможно, они убрали. Остались локальные загрязнения на правом берегу, на небольших озерах и протоках. Думаю, что в ближайшее время активный этап сбора завершится», – заявил эксперт WWF, оговорившись, что на данный момент Фонд Дикой Природы не может доверять компании из-за ее «непонятного» поведения в первые дни после аварии.

«Об аварии мы узнали не из информации «Норильского никеля», а из социальных сетей. Посмотрев видео и увидев масштаб бедствий, мы обратились в морскую спасательную службу. Именно ей мы доверяем. И второй источник, которому мы доверяем, – это космические снимки», – сказал эколог.

Об окончании острой фазы спасательной операции шла речь и на специальном совещании, которое состоялось 16 июня в Норильске.

«Уверен, что к 20 июня острая фаза спасоперации завершится. Это означает, что нефтепродукты в основном будут собраны в мобильные резервуары. Таким образом, федеральный характер реагирования на эту ситуацию будет снят. И дальнейшая работа продолжится при региональном уровне руководства», – цитирует губернатора Красноярского края Александра Усса «Таймырский Телеграф».

По информации МЧС, на данный момент последствия разлива топлива удалось локализовать. Согласно данным ведомства, по состоянию на утро 17 июня всего с момента аварии собрано 31 318 куб. м топливно-водяной смеси, 25 073 куб. м из которых приходится на реку Амбарная; в промышленный отвал на территории ТЭЦ-3 вывезено 92 466 тонн загрязненного поверхностного грунта; обработано сорбентом 63 800 кв. м загрязненной территории.

norilsk-spill ambarnaya Заграждения на реке Амбарная. Фото: ilya_torgonskyi

Причины трагедии

Президент и основной совладелец «Норникеля» Владимир Потанин назвал неожиданным случившееся в Норильске ЧП, первопричинами которого он назвал таяние вечной мерзлоты.

«Анализ причин еще предстоит сделать, но предположительно произошло внезапное проседание свай из-за изменений в вечной мерзлоте. Такого рода вещи сложно предвидеть и предугадать», – сказал он в интервью прессе.

Минприроды также рассматривает таяние вечной мерзлоты в качестве основной причины аварии.

«Мы будем еще разбираться, но есть большая вероятность, что связано это с растеплением грунта, с климатическими изменениями, которые происходят в Арктической зоне», – заявил министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин, отметив, что эта версия будет изучаться.

Однако многие экологи и ученые не согласны с попыткой отвести внимание от проблемы устаревшего оборудования и перевести его на последствия климатических изменений.

По словам профессора, директора «Арктического Мерзлотно-Исследовательского Центра» в Норильске Жанны Петуховой, резервуары ТЭЦ стоят на свайных конструкциях, которые упираются не в вечную мерзлоту, а в скальное основание.

О том, что резервуары имеют значительные дефекты (очевидно, в силу износа) и что возможно их разрушение «с залповым сбросом в водные объекты и на рельеф» нефтепродуктов, было известно как минимум в 2016 году, когда между ПАО «ГМК «Норникель» и специализированной организацией ООО «Институт Гипроникель» был заключен договор на проектные работы по техническому перевооружению хозяйства аварийного дизельного топлива (ХАДТ) ТЭЦ-3, – сообщает «Новая Газета».

«Эту аварию можно было предотвратить. Ее причиной стал совершенно устаревший резервуар, который даже визуально никак не отслеживается системами экологической безопасности. Единственное объяснение, которое я могу дать, почему компания не заменила этот резервуар, – он был предназначен для хранения альтернативного топлива. Поэтому и отношение к нему было второстепенное. Даже при минимальной оценке экологических рисков этот резервуар должны были поменять, и стоимость замены была бы смехотворной по сравнению с тем, что сейчас будет вынуждена заплатить компания», – уверен Книжников.

По его мнению, попытка переложить вину на изменения климата в этом случае несостоятельна. В публичных документах компании за 2015 год в разделе «Риски» говорится о необходимости решения новых экологических рисков, связанных с климатическими изменениями.

«Прошло пять лет, и получается, что компания не увидела очевидные риски – аварийный резервуар, стоящий в зоне вечной мерзлоты. Это играет против компании и говорит о низком уровне корпоративного управления и работы с рисками – это тревожный сигнал для инвесторов. Главные проблемы в данном случае связаны не с медленными процессами таяния вечной мерзлоты, а с упущениями инженерного плана», – считает эксперт.

По словам советника по энергетике АНО «Беллона» (Мурманск) Семена Калмыкова, разлив топлива под Норильском выявил тот комплекс проблем, который надо будет решать в будущем, чтобы избежать подобных ситуаций.

«Первопричина не столь важна. Важнее скорость реакции и то, как относятся к таким происшествиям. Тут вскрылся целый комплекс системных проблем, – говорит Калмыков. Он также выразил надежду, что компания усвоит урок и не ограничится только нейтрализацией последствий разлива нефти.

Последствия

По предварительным данным, компания оценивает возможные затраты на ликвидацию последствий аварии в 10 млрд рублей. Экологи надеются, что из-за этого не будет уменьшено финансирование экологической программы компании. В последние годы «Норильский никель» инвестировал значительные средства в модернизацию своего производства.

«Вопрос в том, сколько компания будет готова потратить на дальнейшую модернизацию производства, учитывая, что не только эта система находится в зоне риска, но и другие производства», – говорит Калмыков.

Экологи уверены, что случившееся в Норильске еще раз доказывает, что общественность должна быть обязательным участником при обсуждении принципиальных документов в области экологической безопасности, в том числе планов по предотвращению аварий, по оценке реагирования на аварии.

«Компании этому активно сопротивляются. Данная авария случилась по вине компании и проверяющих органов, но готовность к реагированию на аварию была у компании на низком уровне. Значит план ЛРН [план по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов] был сделан для галочки. Если бы экологические организации имели возможность познакомиться с планом ЛРН, мы бы точно увидели отсутствие оборудования для сбора нефти на воде», – уверен Книжников.

Экологи считают, что общественное участие – важный элемент экологической безопасности компаний. «Беллона» предлагала «Норильскому никелю» создать Общественный cовет с участием представителей экологических организаций.