Модный и неуглеродный

08 Фото: Kārlis Dambrāns/flickr.com

Сегодня потребители покупают в два раза больше одежды, чем 20 лет назад, а носят ее в два раза меньше, сообщает недавний отчет ThredUp. Каждую секунду на свалку или в печь отправляется один грузовик с вещами. Современная мода расточительна, она загрязняет окружающую среду. Но пока исследователи спорят, какое именно место индустрия моды занимает среди других отраслей промышленности, влияющих на климат, появляются бренды и компании, которые внедряют устойчивые практики, чтобы внести вклад в борьбу с изменением климата.

Среднестатистический потребитель едва ли задумывается о масштабах влияния моды на климат, когда отправляется в магазин, чтобы обновить или пополнить свой гардероб. Но если проследить жизненный цикл обычной футболки от производства сырья до транспортировки и утилизации готового изделия, как это сделали исследователи в 2015 году, можно вычислить ее углеродный след: для хлопковой футболки он составляет 2,1 кг в CO2-эквиваленте, для футболки из полиэстера – 5,5 кг.

По данным Фонда Эллен Макартур, общий объем выбросов парниковых газов, связанных с производством текстиля, составляет 1,2 млрд тонн в год – больше, чем от всех международных рейсов и морских перевозок вместе взятых. По прогнозам, уже к 2050 году на текстильную промышленность будет приходиться четверть мирового углеродного следа.

Каждый год в мире производится порядка 150 млрд предметов гардероба, из них продается чуть больше половины. Если раньше в индустрии моды было два сезона, то теперь фаст-фэшн бренды выпускают новые коллекции каждые две недели, и в результате образуется огромное количество нераспроданного товара. Так, летом 2018 года шведский бренд H&M отчитался о нереализованной одежде на сумму 4 млрд долларов. Неликвидные товары образуются и у люксовых брендов, которые, руководствуясь поддержанием «элитарности», предпочитают уничтожать новые вещи, а не продавать их со скидкой или жертвовать на благотворительность. В разное время на этом попадались и Michael Kors, Louis Vuitton, Burberry.

Другая серьезная проблема – отходы производства. По данным Greenpeace, каждый год в мире производится порядка 400 млрд кв. метров ткани, из них 60 млрд выбрасываются как текстильные отходы производства.

Свой вклад в «мусорный след» фэшн-индустрии вносят потребители. Одежда стала настолько доступной, а молодежь так стремительно обновляет гардероб, что вещи нередко отправляются на свалку после первой же носки. И это следующая глобальная проблема – переработка вещей. По статистике, в новые вещи сегодня перерабатывается лишь 1% старой одежды, порядка 75% оказывается на свалке, а остальное превращают в ветошь или измельчают для промышленного использования.

Учитывая происходящее, не удивительно, что на последнем саммите G7 впервые речь зашла о том, как сделать индустрию моды устойчивой. 32 бренда и ритейлера, среди которых Burberry, Prada Group, Chanel, adidas, Nike, H&M Group, Inditex, подписали пакт о борьбе с климатическим кризисом.

Сложно сказать, что больше волнует модные бренды: меняющийся климат или снижение продаж. Производители одежды все чаще сталкиваются с негативной реакцией со стороны молодых потребителей, которые обеспокоены тем, что индустрия моды способствует изменению климата. И, чтобы не потерять клиентов, они начинают менять стратегию и паттерн производства. Давайте посмотрим, к каким устойчивым практикам сегодня обращается индустрия моды в попытках снизить негативное влияние на окружающую среду.

Рассвет ресейла

Согласно свежему отчету крупнейшего в мире онлайн-ресейлера ThredUP потребители стали чаще покупать подержанные вещи. Рынок вторичной перепродажи одежды за последние три года рос в 21 раз быстрее, чем обычный фэшн-ритейл. Эксперты прогнозируют рост ресейла в два раза в ближайшие пять лет, поскольку вторичный рынок дает потребителю желаемое: разнообразие, ценность и устойчивость.

По прогнозам аналитического агентства McKinsey, потребители будут все чаще добавлять в свой гардероб подержанные или арендованные вещи. Процент одежды из секонд-хенда вырастет в два раза в ближайшие десять лет, а к 2033 году составит треть гардероба каждого жителя планеты.

Секонд-хенды штурмуют преимущественно миллениалы и поколение Z: вещи из секонда есть в гардеробе у каждого третьего. «Секонд-хенд перестает быть «признаком нищеты» и чем-то постыдным, – подчеркивает Дарья Алексеева, основатель Charity Shop, CEO и учредитель благотворительного фонда «Второе дыхание». – Еще 5-7 лет назад не было ни свопов, ни гаражных распродаж в таком количестве, как сейчас. У секонд-хендов не было ни имиджа, ни лица. Разве что можно выделить культовый «Фрик Фрак», но это винтаж и совсем другая история. Сейчас наравне с крупными сетевыми секонд-хендами появляются авторские проекты – небольшие нишевые истории, которые затеваются людьми из-за желания продвигать определенную философию и популяризировать новый формат потребления».

«Второе дыхание» (Charity Shop) – один из таких проектов. Восемь магазинов в четырех городах, и в каждом своя атмосфера и свои клиенты. Вещи покупают из-за соотношения цены/качества, атмосферы магазина, ассортимента. Сейчас фонду «Второе дыхание» ежемесячно сдают около 70 тонн вещей, и в магазины попадает действительно избранное: практически не ношенные, интересные и качественные вещи, которые продаются за 10-20% от первоначальной стоимости.

По словам Дарьи, их клиентов объединяют насмотренность и требовательность. Они много путешествуют, у них есть сформированные представления о том, как должен выглядеть сервис. Если продавец включит режим «вас тут много, а я одна», клиенты просто не вернутся. Поэтому торговый персонал подбирается очень тщательно.

За такой подход выступает и Андрей Федотовский, владелец ресейл-бутиков Komilfo в Петербурге, председатель Ассоциации комиссионных магазинов и организатор фестиваля осознанного потребления Big Resale Weekend. Он настоятельно рекомендует новым проектам в сфере ресейла уделять внимание не только качеству вещей, но и качеству сервиса. Таким магазинам нужен красивый ассортимент, вещи нужно готовить к продаже, а с клиентом – работать.

Федотовский убежден: рынок ресейла в России будет расти, поскольку люди начинают понимать, что нет ничего зазорного в покупке «вторичных» вещей, но ему нужна поддержка – и она приходит от коллег по цеху. «Мы основали ассоциацию, чтобы обмениваться опытом, решать проблемы отрасли, преодолевать административные барьеры и способствовать расширению бизнеса, – поясняет Андрей. – Сейчас готовим уже третий Big Resale Weekend в Санкт-Петербурге и планируем выходить с ним в другие города – для популяризации ресейла, поиска новых клиентов. С той же целью мы создали маркетплейс таких магазинов bigresale.ru. Участники ассоциации могут подключаться к нему и продавать свои вещи, а мы – гарантировать покупателю лучший сервис и отсутствие подделок. В ближайших планах – запуск онлайн-школы для комиссионных магазинов. Будем делиться опытом успешной реализации бизнеса в сфере ресейла».

За одеждой – в библиотеку

Аренда одежды – еще одна распространенная слоу-фэшн практика, которая пока слабо развита в России по сравнению с Европой и Северной Америкой. В России к аренде часто прибегают, собираясь на ответственное мероприятие – свадьбу, награждение, церемонию. Поэтому рынок аренды развит преимущественно в сфере нарядной одежды. Таких магазинов-студий в России много, зачастую они предлагают полный пакет услуг: наряд + макияж/маникюр + прическа.

Существует несколько вариантов аренды одежды, которые популярны у потребителей на Западе:

  1. Обычная аренда. На короткий период – от суток до недели. После носки клиент возвращает изделие в магазин, оплачивает химчистку, и одежда предлагается новым клиентам. Популярная модель для праздничной и спортивной одежды.
  2. Лизинг. Оформляется членский взнос, из базы вещей клиент выбирает до пяти вещей, за которые выплачивает арендную плату в течение полугода-года носки. После ему предлагается три варианта: сменить вещь на новую, продлевая контракт (ношенная отправляется обратно – бренд перерабатывает вещь и делает из нее новую или продает как секонд-хенд); отказаться от вещи и завершить контракт; оставить вещь себе.
  3. Мода по подписке (фэшн-бокс). Клиент оформляет на сайте подписку на полгода-год (консультация со стилистом предпочтительна, он поможет разработать образы для примерки). После получения бокса с комплектами у клиента есть несколько дней, чтобы решить, что оставить, а что отправить обратно. Боксы высылаются каждые 1-3-6 месяцев, в зависимости от подписки. Некоторые магазины предлагают покупать одежду, другие – арендовать и затем отправлять ее обратно (но можно оставить приглянувшиеся вещи).
  4. Фэшн-библиотека. Подход появился три года тому назад и сразу нашел поклонников. Fashion Library есть в Амстердаме, Париже, Стокгольме, Копенгагене и других городах. Там собрана разная одежда – от повседневной до праздничной. Для членства нужно оформить абонемент с ежемесячной оплатой. Выбрать можно только три изделия за раз, но сменить их можно три раза в месяц. Подход напоминает фэшн-боксы, однако оборот вещей быстрее – несколько раз в месяц, и нацеленность идет только на аренду. Некоторые фэшн-библиотеки ведут подсчет экологического следа каждого покупателя – сколько было сэкономлено воды и чистого воздуха, так что мотивация арендовать дальше только крепнет.

Плюсы такого подхода очевидны: экономия бюджета, расхламление собственного гардероба, новые вещи каждый месяц, ответственность за утилизацию несет бренд, возможность «пожить» в вещах бренда перед покупкой, сокращение негативного влияния на окружающую среду, уменьшение количества производимых вещей, осознанное потребление.

vintage secondhand Винтажный секонд-хенд Фото: Blondinrikard Fröberg

Выбросить нельзя, переработать

Вместе с перепродажей и арендой одежды в России и мире развиваются сопутствующие апсайклинг (переделка вещей) и ресайклинг (переработка одежды).

В России рынок переработки ношенной одежды развит слабо, при этом ежегодно на свалку отправляются сотни тысяч тонн ненужных вещей. В одной только Москве ежегодно на полигонах оказывается более 450 тыс. тонн одежды.

Первым собирать, а затем перерабатывать секонд-хенд внутри страны стал петербургский благотворительный проект «Спасибо!», вскоре к нему присоединился московский фонд «Второе дыхание», который сегодня принимает около 70 тонн одежды в месяц, из них примерно половина пригодна для повторного использования, около 10% – мусор и отходы (картон, пакеты), и 40% – одежда, которая идет на переработку. «Спасибо!» отправляет на переработку порядка 10% вещей, остальное либо продает в благотворительных магазинах, либо раздает через собственный центр выдачи вещей малоимущим, либо отправляет напрямую благотворительным фондам. Ресайклингом для «Спасибо!» занимается компания «Мультитекс».

Причина такого положения дел – высокая стоимость переработки. Ведь прежде чем переработать текстиль, нужно его собрать у людей. Для этого необходимо изготовить и установить ящики для сбора вещей, которые требуют обслуживания. Затем вещи надо отсортировать, непригодное досортировать по составу и цветам, срезать фурнитуру. В прошлом году на весь цикл у «Второго дыхания» уходило больше 60 руб./кг при стоимости сырья 3 руб./кг. Как видим, переработку невозможно окупить за счет продажи сырья. У «Второго дыхания» для этого есть субсидии, участие крупных корпораций и прибыль от продажи вещей в хорошем состоянии – все эти каналы позволяют покрывать расходы на переработку. По факту переработка стала экологической нагрузкой, которую взял на себя фонд, понимая, что иначе они будут вывозить по 30 тонн в месяц на полигон.

«Мы можем переработать постельное белье, легкий интерьерный текстиль и обычную одежду. Если вещь хлопковая и с высоким содержанием хлопка, она разрезается на куски и становится обтирочной ветошью, – рассказывает Дарья Алексеева. – Обычная «обтирка» белорусского происхождения – это секонд-хенд, который был собран где-нибудь в Бельгии или Англии, проехал сотни километров до сортировочной станции, там был отбракован, пересортирован и низвергнут до статуса обтирочной ветоши. Его спрессовали в кипы, растаможили, и вот он продается на подмосковном строительном рынке по 80 руб./кг. Мы существенно сокращаем транспортный след – принимаем постельное белье из отеля в Москве или берем старую майку, режем их на куски 40х40 см, прессуем в кипы по 10 кг – получается такой же продукт по более конкурентной цене. Продается он хорошо».

Но это хлопок. С синтетикой, которой в разы больше, все сложнее. В России из-за отсутствия перерабатывающих заводов и дорогостоящего оборудования ее нельзя переработать для производства нового текстиля, поэтому она измельчается в регенерированное волокно и становится наполнителем для мягкой мебели, шумоизолятором и т. п.

Экологичный текстиль

И все же, несмотря на трудности переработки, новый текстиль из переработанных материалов получить реально. Сегодня этим занимаются несколько компаний по всему миру. Ближайшая к нам – Pure Waste в Финляндии, которая превращает обрезки тканей текстильных производств в базовые вещи вроде футболок и худи. На данный момент единственный завод бренда находится в Индии, где собираются обрезки текстиля с расположенных по соседству фабрик по пошиву одежды.

Выбор дизайнерами и брендами таких эко-френдли тканей, а также органического текстиля – еще одна устойчивая практика. Такой текстиль используется с целью уменьшить количество химикатов при выращивании сырья и производстве ткани, снизить объем воды и выбросы CO2, свести к минимуму загрязнение почвы и водоемов, сократить срок разложения ткани на полигонах.

Эко-френдли ткани, такие как лен, крапива, тенсел, бамбук, EcoVero вискоза, характеризуются минимальным использованием химикатов в процессе производства. Сюда же относятся переработанные хлопок, полиэстер, шерсть и прочее.

Органические ткани – немного другая история. Органические хлопок, лен, конопля и тому подобное производятся без вредной химии на протяжении всей производственной цепочки. Всемирная сертифицирующая организация GOTS (Global Organic Textile Standard) тщательно отслеживает путь волокна от поля до фабрики по пошиву одежды. Если все требования соблюдены – органически выращен урожай, этично произведены волокно и ткань, химия применялась органическая или не применялась вовсе, отбеливание, окрашивание ткани производились без запрещенных химических веществ, пошив изделий был выполнен этично, – производитель получает сертификат на органический текстиль.

Конечно, мы рассмотрели далеко не все устойчивые практики в индустрии моды, но те, что будут набирать популярность в ближайшее десятилетие. За кадром осталось этичное производство по отношению к людям и животным. Рабский труд на швейных фабриках все чаще обсуждается на международных модных событиях (вспомним знаменитый вопрос #WhoMadeMyClothes?), а модные бренды один за другим отказываются от натурального меха в пользу искусственного (тут возникает вопрос, насколько такой «мех» экологичен). Но этой теме следует посвятить отдельную большую статью.

 

Статья подготовлена специально для 76 номера издаваемого «БЕЛЛОНОЙ» журнала «Экология и право».