Краснодар: сохранить уничтоженное

08_Дуб_с_паспортом_2 2

Статья подготовлена специально для 75 номера издаваемого «БЕЛЛОНОЙ» журнала «Экология и право».

Краснодар – один из самых быстро растущих городов России – не может похвастаться значительными площадями охраняемых природных территорий. Дубово-ясеневые леса кавказских предгорий, непроходимые малярийные болота в долине реки Кубань сохранились лишь на репродукциях полотен времен Кавказской и русско-турецких войн, давно уступив место сельскохозяйственным угодьям, если не считать крошечных фрагментов исторических ландшафтов или вовсе отдельно представленных деревьев-«патриархов», помнящих времена Екатерины II и казаков-переселенцев.

Парадокс в том, что создавать особо охраняемые природные территории в городе начали тогда, когда сами природные территории были сведены практически под ноль. В таких условиях статусом ООПТ наделялись, например, городские парки культуры и отдыха, аллеи и даже отдельные ботанические объекты (притом не обязательно естественного происхождения).

По сравнению со многими другими российскими городами совокупная площадь всех городских ООПТ в Краснодаре (региональных и местных) исчезающе мала – около 630 га (примерно 1,8% общей площади города).

На сегодняшний день в Краснодаре насчитывается 34 ООПТ регионального значения (памятников природы), из них собственно «территорий» – всего 14 (все остальное – одиночные ботанические объекты), а «природных территорий» – в полном смысле этого понятия – только пять: в основном это попавшие в черту города фрагменты пойменных лесов по берегу реки Кубань.

Потерянная аллея

Основное количество «площадных» ООПТ в Краснодаре было создано в период с 1981 по 1988 год, притом в число таковых попали крупнейшие городские парки в классическом советском понимании – с каруселями, аттракционами и общепитом: Парк 40-летия Победы, Парк им. Горького и Первомайская роща. В перечне памятников природы оказались также, в частности, учебные ботанические сады Кубанского университета и Кубанского аграрного университета (на тот момент совершенно закрытые для свободного посещения).

За неимением большого выбора в тот период памятниками объявляли даже то, что изначально не носило никакого природоохранного смысла, – например, аллею голубых елей, посаженную известными советскими космонавтами на Постовой улице (с этой аллеей позднее вышла комичная история: в 2000-е годы ее «потеряли» и не смогли установить точное местоположение, из-за чего памятником природы «назначили» участок Постовой улицы, где нашлись хоть какие-то ели).

Создавая «условные» территории, власти не задумывались над земельно-устроительным оформлением памятников природы. Решениями Краснодарского крайисполкома просто утверждались списки неких территорий, предложенных местным отделением Всесоюзного общества охраны природы с указанием площади и ориентировочного местоположения (например, в границах таких-то улиц).

В постсоветские годы такая неконкретность позволила городским властям (не отрицая, однако, самого факта существования охраняемых территорий регионального значения) отводить территории памятников природы под точечную или даже массовую застройку.

Самый вопиющий случай постепенного «откусывания» частей ООПТ под предлогом их неопределенности произошел с Чистяковской рощей (в 1923-2008 годы она носила название Первомайской) – одним из самых крупных городских рукотворных зеленых массивов. Парк был заложен еще в 1900 году по решению Екатеринодарской Думы, которая отвела 30 десятин земли «для насаждения городской рощи».

Роща тогда представляла собой прямоугольный земельный участок, крест-накрест разделенный двумя аллеями. С одной стороны каждой аллеи были посажены клены, ясени, липы, дубы, с другой – сосны и ели. К сороковым годам прошлого века на окраине Краснодара рос уже вполне зрелый лес, ставший популярным местом прогулок и проведения пикников.

Впрочем, уже в советское время рощу начали застраивать и «облагораживать»: на территории зеленого массива расположились различные объекты «культурного отдыха».

К моменту объявления Первомайской рощи памятником природы в 1988 году сохранившаяся площадь городского леса была оценена в 52 га. А в 2015 году, когда краевые власти наконец-то озаботились уточнением границ зеленого массива, его площадь уже составила чуть более 36 га.

«Исчезнувшие» гектары зелени превратились, в частности, в элитный жилой массив на углу Зиповской и Московской улиц, при этом «элитность» жилью придавал именно факт его нахождения рядом с сохранившейся частью парка.

Для того чтобы при уточнении границ «нагнать» недостающие гектары, в границы «откорректированной» ООПТ включили прилегающие к ней озелененные территории (в частности, заложенный в советское время сквер возле бывшего ДК Завода измерительных приборов) – в итоге площадь охраняемой территории даже увеличилась, составив 54 га, однако природоохранная ценность территории снизилась: в ее границах почти не осталось исконных насаждений.

08_Дуб_с_паспортом_2 Один из четырех древних дубов в Парке им. Горького. Парк является памятником природы с 1988 года. Фото: Rost.galis/www.wikimedia.org

Форсированная «экологизация»

Похожие истории происходили и с другими городскими ООПТ. Работа по уточнению границ большинства других особо охраняемых территорий в краевом центре была завершена еще в 2011 году. Однако администрация тогдашнего мэра Владимира Евланова под разными предлогами отказывалась согласовывать результаты проектных работ, а краевые власти во главе с Александром Ткачевым не особо на этом настаивали.

Команда Вениамина Кондратьева, сменившего в 2015 году Ткачева на посту губернатора, стала активно использовать ООПТ как инструмент политической борьбы с проткачевскими городскими элитами. Курс был взят на прямое ограничение полномочий местных органов власти по распоряжению наиболее привлекательными с точки зрения застройки зелеными зонами – особенно теми, вокруг которых чаще всего возникали конфликты между жителями и застройщиками.

В качестве тактических союзников краевые власти активно использовали местную общественность, для которой широко распахнулось «окно возможностей» как по продвижению реальных природоохранных инициатив, так и просто по сведению счетов с надоевшими за все предыдущие годы городскими чиновниками.

В марте 2017 года увидело свет постановление губернатора об утверждении границ и режима особой охраны ООПТ регионального значения на территории Краснодара, что стало первой серьезной политической победой нового главы региона.

Логическим продолжением взятого курса стало создание в городе новых особо охраняемых природных территорий: еще в 2016 году Кондратьев подписал распоряжение «О сохранении зеленого фонда муниципального образования город Краснодар», в котором поручил региональному Минприроды «рассмотреть вопрос организации пяти новых особо охраняемых природных территорий регионального значения». При этом годом ранее по решению краевых властей также было решено создать в Краснодаре пять новых ООПТ.

Таким образом, в совокупности в 2015-2016 годы было запланировано к созданию 10 новых охраняемых территорий.

А как насчет стратегии?

К концу 2018 года в городе была образована первая партия памятников природы, при этом если четыре из них (лесопарки Красный Кут, Краснодарский и Прикубанский, а также урочище Верхняя и Нижняя Дубинка) действительно представляют собой природные территории (пойменные леса на правом берегу реки Кубань), то, например, парк возле стадиона «Кубань» ознаменовал собой продолжение тренда по ограничению возможностей мэрии распоряжаться привлекательными для коммерческого освоения зелеными зонами.

Со второй партией ООПТ дела пошли сложнее: даже внутри краевой администрации появились противники форсированной «экологизации» города. Организации «Экологическая вахта по Северному Кавказу» удалось добиться того, что ее предложения по новым охраняемым территориям в Краснодаре попали в рекомендации Совета по правам человека при Президенте РФ (СПЧ) в адрес властей Краснодарского края.

Однако в ответах, которые позже приходили в адрес «зеленых», говорилось, что вместо создания новых ООПТ целесообразнее рассмотреть вопрос о расширении «лесопаркового зеленого пояса» вокруг города. «Эковахта» в ответ обвинила одного из заместителей губернатора Кондратьева в саботировании распоряжений своего шефа.

Конфликт разрешился в январе этого года благодаря личному вмешательству губернатора, который постановил провести-таки комплексное экологическое обследование пяти участков пойменных и островных лесов в черте города (в частности, на Болгарском и Елизаветинском островах – весьма интересных с природоохранной точки зрения естественно-намывных территориях) для создания новых ООПТ.

Надо сказать, что в какой-то момент администрация города осознала, что, пока не поздно, выгоднее перехватить инициативу и начать образовывать особо охраняемые природные территории местного значения, пока их не «забрал край». На сегодняшний в день в городе существует 10 местных ООПТ – в основном это различные парки и скверы.

Хотя гонка по созданию особо охраняемых территорий в Краснодаре и принесла тактическую пользу (удалось радикально снизить темпы уничтожения зеленых зон), она пока не привела к появлению сколь-либо осознанной стратегии развития городских ООПТ. У властей по-прежнему нет понимания того, как управлять и старыми, и вновь образованными территориями, как их включить в общий план по улучшению экологической ситуации в городе и, самое главное, как заинтересовать население участвовать в сохранении таких объектов.

Дмитрий Шевченко