Намывы и размывы

Gulf of Finland Credit: flickr.com/ cat_collector

Мы побеседовали с сотрудником Всероссийского научно-исследовательского геологического института им. А.П. Карпинского (ВСЕГЕИ) Дарьей Рябчук – одним из авторов многолетних исследований в данной области – и с уверенностью утверждаем: проблема размыва (абразии) существует вне зависимости от желания инвесторов намывов. Что, конечно, не мешает последним пытаться воспользоваться этой темой в своих интересах. Но и то-лишь на обывательском уровне. На уровне же глубокого погружения – и в проблему, и под воду Финского залива – оказывается, что намывы наподобие планировавшегося сестрорецкого «Нового берега» как раз способствуют размыванию берегов.

От природы

Согласно исследованиям, берег залива размывается по причинам как природного, так и техногенного характера, причем величина «вклада» в проблему того и другого варьируется от места к месту.

Штормовые волны постепенно «съедают» берег, и с этим ничего не поделаешь. Ничего (точнее, мало что) не противопоставишь подъему уровня мирового океана, наводнениям и сильным штормам, таким как «Святой Иуда», которые в последние годы обрушиваются на акваторию залива в несколько раз чаще, чем раньше (возможно, это тоже одно из следствий глобального потепления). Проблема штормов еще и в том, что их приход сложно прогнозировать. Негативную роль играет и геологическое строение берегов: они сложены из песков и глин, которые очень легко размываются.

Ученые ВСЕГЕИ по заказу Федерального агентства по недропользованию (Роснедра) и Комитета по природопользованию Санкт-Петербурга ведут постоянный мониторинг состояния береговой зоны Финского залива и констатируют: берег в Курортном районе города и в южные берега залива к западу от дамбы (Ломоносовский район Ленинградской области) постоянно отступают.

В 1988 году в Комарово были произведены экспериментальные берегоукрепительные работы: насыпан искусственный песчаный пляж шириной несколько десятков метров. Надо сказать, «лечение» помогало довольно долго: прошло 18 лет, прежде чем берег вновь отступил к «рубежам» 1988 года. Однако укрепление было «половинчатым»: не было предусмотрено бунов, которые бы защищали намытый песок. С бунами система продержалась бы дольше.

Руками человека

Большое влияние на интенсивность процессов размыва берегов оказала дамба. Это уже вступление в дело техногенного фактора. После завершения ее строительства уровень штормового воздействия на берега Невской губы (внутри дамбы) уменьшился, и размыв берегов замедлился. Однако с внешней стороны дамбы размыв, наоборот, пошел еще быстрее за счет повышения уровня воды в заливе во время сильных нагонов, которые сопровождают экстремальные шторма. Именно поэтому усугубился размыв в Репино, Комарово, в районе форта Красная Горка в Ломоносовском районе и в других местах.

Другую разновидность негативного техногенного воздействия представляет собой добыча песка в акватории. А именно добыча песка на малых глубинах – до 10 м. Когда штормовая волна смывает песок с пляжа, она переносит его на прибрежную часть дна. Глубже унести она не может: глубина волнообразования – как раз не более 10 м. Потом, когда шторм затихает, спокойные приливные волны постепенно возвращают песок на место.

Это мы наблюдали в Комарово, где сначала после сильных штормов волна «съела» почти всю пляжную полосу, а затем в течении последующих лет медленно возвратила все на место и «сформировала» новую дюну с травянистой растительностью. Но это – при условии, что смытый песок «хранится» там, где надо – откуда волна потом сможет легко его достать.

Однако если вычерпать со дна мелководья залива песок, то в этом месте образуется глубокая яма. И песок с пляжа, смываемый во время шторма, будет лежать не в зоне досягаемости для приливной волны, а окажется на дне этой ямы. Достать его оттуда у волн не будет никакой возможности. Поэтому мелководные месторождения песка разрабатывать ни в коем случае нельзя.

Намыв – плохое лекарство

Именно этим, по мнению эксперта, опасен проект намыва островов «Новый берег» в Сестрорецке. Мало того, что его просто может смыть первым же штормом, он ставит под угрозу и соседние естественные берега. Дело в том, что песок для намыва «Нового берега», по некоторым сведениям, планировалось забирать на соседнем Сестрорецком месторождении. Оно находится на мелководье и, хуже того, представляет собой «слоеный пирог» из песка и глины. Чтобы добраться до песка, придется снимать слой глины. Можете себе представить, в какую мутную глинистую лужу превратиться акватория в этом месте! К тому же, снятую глину придется складировать прямо на берегу. Она будет размываться, и взмучиванию воды не будет конца.

Столь же опасной представляется добыча песка на другом мелководном месторождении – на южном берегу залива, в районе поселка Лебяжье – Большая Ижора. Его разрабатывали в советское время, потом был перерыв. Возобновление добычи песка может резко усилить и без того опасную ситуацию на южном берегу, где размываются и отступают абразионные уступы вблизи форта Красная Горка, берег в Лоцманском поселении. Под угрозой находится участок шоссе Санкт-Петербург – Ручьи.

Справедливости ради следует сказать, что есть месторождения песка, которые, по крайней мере, с точки зрения абразии «безвредны» (про влияние на морскую флору и фауну мы сейчас не говорим). Это, например, месторождения в районе мыса Флотский и вблизи острова Сескар (Выборгский район Ленинградской области). Они расположены на достаточно больших глубинах.

Добавим, что в некоторых случаях искусственный остров может защитить от размыва тот участок берега, который находится непосредственно за ним (при том, что сам он будет постепенно смываться). Волна будет «разбиваться» надвое, и как бы «обнимать» его сзади. За счет этого между материком и островом скоро намоется песчаная перемычка, которая дополнительно защитит берег. Но, к сожалению, намывы у нас проектируются не ради защиты берега и не теми людьми, которые могли бы об этом задуматься. Они проектируются девелоперами с целью продажи недвижимости. А с таким подходом правильно сделать вряд ли получится.

Берегозахваты размывают берег

Еще одним негативным фактором являются непродуманные гидротехнические или берегозащитные сооружения (в первую очередь, так называемая «жесткая» берегозащита – вертикальные волноотбойные стенки из бетона и камня, каменные наброски), а также такое печально известное нарушение водного законодательства, как захваты берега.

Последние не просто нарушают право граждан на доступ к береговой полосе: они способствуют разрушению этой самой береговой полосы в результате неграмотных действий человека. Любой капитальный забор по урез воды, а тем более – уходящий в воду, любая «приватная набережная» усиливает воздействие волн на берег, а стало быть – ускоряет его размыв.

Это касается также заборов, выстроенных вдоль береговой линии на границе песчаного пляжа и коренного берега. Если волна достигает стенки – стенка неминуемо в скором времени обрушится, что неоднократно происходило с попытками обывательского «берегоукрепления» в Курортном районе. Получается, что берегозахватчики рубят сук (краденый), на котором сидят.

Следует отметить, что эти же процессы работают и на внутренних водоемах. Захваты берегов озер с капитальными набережными и заборами на фундаментах, уходящими в воду, подмываются и разрушаются значительно быстрее, чем свободные берега.

Недавно в Сестрорецкой администрации продемонстрировали проект монолитного «променада» вдоль пляжа. Идея хорошая, но лишь при условии, что терраса пойдет по внутренней части пляжа. Если она пойдет близко от воды, то будет играть роль той самой стенки, разрушающей берег.

Буны требуют расчетов

В случае с бунами нужно учитывать еще одно обстоятельство. Генеральное направление ветров и течений в Финском заливе – западное – юго-западное, наискосок бьющее по берегу Курортного района. Буны, расположенные перпендикулярно берегу, получают удар волны преимущественно с одной стороны (если смотреть на берег с воды, то слева). Берег справа от буна, который он закрывает от прямого воздействия течения, однако, получает «возвратную» волну от той части течения, которая пошла дальше по берегу. Таким образом, песок оттуда все равно вымывается, а вот обратно не возвращается: прямая волна не доходит из-за буна.

Замечательный пример этого явления – Императорский яхт-клуб в Терийоки (Зеленогорск). На старых финских фото с аэропланов видно, что в этом месте был достаточно широкий пляж. Затем был построен длинный перпендикулярный бун. После этого начала быстро исчезать часть пляжа справа от буна. Еще с 30-ых годов и до сих пор там – узенькая полоска песка. А в образовавшейся бухточке слева от буна пляж сохранился. Сейчас новые хозяева яхт-клуба «Терийоки», к сожалению, продолжают делать ошибки царских времен.

Как спасти берег?

«Уже примерно сто лет как предлагаются различные формы берегоукрепления, – говорит Дарья Рябчук. – Некоторые удачные, некоторые – откровенно ошибочные. Остатки таких смытых первым же штормом «берегоукреплений» можно найти по всему курортному берегу. Немного лучше чувствует себя наклонная, уходящая в воду под углом бетонная набережная на Дубковском мысу в Сестрорецке (парк «Дубки»). Хотя и она местами разрушилась. В прошлом году большим коллективом специалистов по заказу Комитета по природопользованию Санкт-Петербурга подготовлена Генеральная схема берегозащиты Курортного района – эскизный проект защиты наших берегов. Вариант, который предлагает группа из ВСЕГЕИ – это широкий намывной пляж с укрепляющей его системой бунов. Песок оттуда тоже будет с некоторой скоростью уходить, поэтому его придется подсыпать. Но, по расчетам, именно эта конструкция позволит максимально стабилизировать очертания береговой линии при минимальных затратах».

Разумеется, сразу возникает вопрос, откуда брать песок для подсыпки. Наша собеседница подчеркивает, что источником должны быть только наземные карьеры. На вопрос, хватит ли на это имеющихся карьеров, и не создаст ли экологических проблем необходимость открытия новых, она ответила, что такой необходимости нет. Правда, пока готово только эскизное предложение, без детального расчета объемов песка.

Теперь очень важно, чтобы начатые работы были продолжены. Необходимо привлечь специалистов в области математического и физического (эксперименты в специально построенных бассейнах) моделирования, чтобы выбрать оптимальные параметры искусственных пляжей и пляжеудерживающих сооружений, и как можно скорее перейти к реализации проекта.

Гораздо серьезней видится ученым другая проблема – юридическая. Из-за лакун в законодательстве пока непонятно, какая из федеральных структур – Роснедра или Росводресуры – компетентна отвечать и за сами работы, и за исследования. «До последнего времени этим занималось Роснедра, но теперь полномочия переданы Росводресурсам, и участие Роснедр трактуется как нецелевое использование бюджетных средств. К счастью, нашу работу регулярно финансировал Комитет по природопользованию СПб, но он тоже рискует быть обвиненным в нецелевом расходовании: согласно Водному Кодексу, дно водных объектов федерального подчинения также относится к федеральному водному фонду. А городской комитет может отвечать лишь за то, что находится в черте города», – говорит Дарья Рябчук.

По ее мнению, для эффективного правового урегулирования вопроса нужно принять федеральный закон, в котором бы четко прописывались ответственность различных ведомств и порядок финансирования работ. Хочется верить, что этот закон выйдет до того, как пляжи Курортного района окончательно уйдут на дно, а вода будет плескаться о заборы элитных поместий «первой линии».

Ирина Андрианова