МНЕНИЕ: Власти Кубани заговорили о борьбе с сельхозпалами – экологи готовы предложить решения

ingressimage_IMG_6556-2..jpg Photo: Фото: Дмитрий Шевченко, Андрей Рудомаха

Почему не работает закон?

Заседание Общественного экологического совета явилось своеобразным отчетом о том, как в прошлом году в регионе реализовывалось законодательное новшество – прямой запрет на любые сельхозпалы.

Этот запрет был введен в Краснодарском крае после того, как весной прошлого года Экологический правозащитный центр «Беллона» и «Экологическая Вахта по Северному Кавказу» обратились в Законодательное собрание края с предложением прописать в региональном законодательстве прямой запрет на выжигание сухостойной растительности вне населенных пунктов (прежняя редакция закона «Об охране атмосферного воздуха в Краснодарском крае» предусматривала запрет на сжигание растительности и мусора только на территориях населенных пунктов).

Экологи также предложили ввести административную ответственность за подобные деяния. Экологические организации сослались на опыт Ростовской области, где благодаря жестким законодательным мерам удается более или менее успешно противодействовать массовой практике выжигания соломы и сухостоя.

В конце июня 2013 года поправки в законодательство Краснодарского края были приняты. Впрочем, уже тогда было понятно: без организационных усилий со стороны местных властей, без системы постоянного мониторинга и, самое главное, оперативного реагирования на факты поджогов на сельхозугодьях толку от законотворческих новшеств будет мало. Что со всей наглядностью и продемонстрировал минувший год. 

Прошлым летом как ни в чем ни бывало на кубанских полях горела пшеничная солома: особенно «отличились» северные и северо-восточные районы края, где в результате масштабных пожарищ были повреждены километры лесополос (отмечались случаи возникновения низовых пожаров в самих лесопосадках), массово выгорали берега водоемов. А жители Новопокровского и Белоглининского районов в течение всей уборочной страды были вынуждены жить в условиях недопустимо высокого уровня загрязнения атмосферного воздуха.

Эти районы – классические «медвежьи углы», удаленные от краевого центра на 250-300 километров. Причина разгула огненной стихии кроется именно в этом: пока до здешних полей добирается из города природоохранный инспектор, гарь уже успевают запахать. Но чаще всего информация о пожарах и вовсе не доходит до компетентных ведомств.

Ведомственная неразбериха, неспособность пожарных частей МЧС тушить пожары вне населенных пунктов, нежелание пожарного начальства фиксировать и расследовать подобные происшествия, повальная безнаказанность поджигателей, очковтирательство чиновников от сельского хозяйства, оторванных от реальности и «решающих» проблему сельхозпалов исключительно в своих же отчетах и сводках, – все это стало темой слушаний в Общественном экологическом совете, инициированных «Экологической Вахтой по Северному Кавказу».

В заседании, прошедшем в конце апреля, приняли участие представители краевой администрации (министерств природных ресурсов и сельского хозяйства), Росприроднадзора, МЧС, Некоммерческого партнерства (НП) «Южный рисовый союз», Института прикладной и экспериментальной экологии Кубанского госагроуниверситета. Группу представителей краевой администрации возглавлял вице-губернатор Вадим Лукоянов.   

Клубок проблем

bodytextimage_Rise-straw-PIC_47501.jpg Photo: Фото: Дмитрий Шевченко

Проблема сельхозпалов носит общероссийский характер и порождена тем, что в федеральном законодательстве не установлен порядок проведения контролируемых выжиганий послеуборочных остатков на полях – выжиганий, предпринимаемых в тех случаях, когда на то имеются объективные и научно обоснованные причины, такие, например, как, наличие очагов карантинных вредителей или болезней. В условиях правового «вакуума» многие поджоги, производимые из соображений сиюминутной выгоды, выдаются сельхозпроизводителями за неизбежную необходимость.

Тем же самым мотивом – экономией – аграрии руководствуются и при «прочистке» от сухого камыша балок, оврагов, оросительных каналов. Бросить спичку, безусловно, дешевле, чем гонять трактор с косилкой, однако огонь, распространяющийся по сухостою с огромной скоростью, уничтожает все живое – включая полезных для растениеводства насекомых и почвенную биоту.

Ежегодно от сельскохозяйственных палов страдают особо охраняемые природные территории на побережье Азовского моря – заказник федерального значения «Приазовский», памятник природы «Озеро Ханское», водно-болотные угодья «Дельта Кубани», охраняемые Рамсарской конвенцией.

Обо всех этих проблемах рассказали представители Экологической Вахты и ЭПЦ «Беллона» на заседании Общественного экологического совета. Обсуждение затронуло и актуальную для региона проблему утилизации рисовой соломы, которой на кубанских угодьях ежегодно образуется не менее 700-800 тыс. тонн.

В силу климатических особенностей Кубани уборка риса затягивается до ноября, из-за чего производители стараются убирать зерно как можно быстрее, оставляя в рисовых чеках неизмельченную солому. Проводить с ней какие-либо дальнейшие операции из-за сложных погодных условий уже не представляется возможным, и ее просто поджигают при любом удобном случае.

bodytextimage_Sweden-Agro-03-1..jpg Photo: Фото: Дмитрий Шевченко

Притом что в других странах – производителях риса (в той же Италии, например) активно ищут и находят решения «соломенной» проблемы (существуют, к примеру, проекты по промышленной переработке соломы в диоксид кремния, целлюлозу и другие продукты), в России в этой сфере, как говорится, конь не валялся.  

Позицию рисоводов Кубани высказал на заседании председатель Совета НП «Южный рисовый союз», депутат Заксобрания Краснодарского края Игорь Лобач. По его словам, при создании на Кубани в советские годы рисоводческой отрасли вопрос утилизации соломы не продумали. Выход из положения, как он считает, должен быть комплексным: нужно, с одной стороны, заниматься техническим перевооружением хозяйств, оснащать их более мощными комбайнами, способными качественно измельчать солому одновременно с уборкой зерна. А с другой стороны, необходимо искать решения в области промышленного использования рисовой соломы – в частности, как дешевого топлива для котельных и малых ТЭС. Правда, здесь, как посетовал Лобач, встает проблема нежелания региональных энергетиков принимать в сеть электроэнергию от малых поставщиков. 

Экономические стимулы для нарушителей и другие меры

Представители краевых властей согласились с тем, что проблему сельхозпалов надо решать самым срочным образом. Вице-губернатор Лукоянов отметил, что требуется установить порядок легального сжигания пожнивных остатков при условии того, что сельхозпроизводители будут производить в бюджет компенсационные выплаты за загрязнение воздуха. За несанкционированные же поджоги Лукоянов предложил установить «стократные штрафы».

Как сказал вице-губернатор, «в противном случае никаких экономических стимулов уходить от этой порочной практики у производителей не появится».

Что же еще необходимо сделать для того, чтобы прекратить пагубную практику бесконтрольных сельхозпалов в Краснодарском крае?

Во-первых, региону необходима единая структура, которая возьмет на себя ответственность за мониторинг пожаров на открытой местности и сможет осуществлять такой контроль на базе геоинформационных технологий.

Во-вторых, необходима модернизация технического оснащения противопожарных частей, формирование мобильных пеших противопожарных соединений. На принятый в прошлом году прямой запрет на любые сельхозпалы в Министерстве природных ресурсов Краснодарского края отреагировали скептически: в регионе остро не хватает инспекторов, контролирующих ситуацию с выжиганием сухой растительности. Внедрение системы современного противопожарного мониторинга и реагирования поможет эффективнее следить за исполнением нового законодательства.

bodytextimage_DSCN0294-1..JPG Photo: Фото: Елена Кобец

Также нужна региональная целевая программа господдержки хозяйств, практикующих заделку в почву стерни и соломы, и региональная целевая программа по внедрению экономически эффективных технологий утилизации рисовой соломы.

На заседании Общественного экологического совета в конце апреля эти и другие положения послужили основой для развернутого решения, опубликованного на сайте Минприроды Краснодарского края и включающего пакет рекомендаций, разработанных для различных ведомств края.

Очевидно, что от общественности потребуется еще немало усилий для того, чтобы эти рекомендации вылились в практические действия, не превратились в показуху и не утонули в бюрократическом болоте. Впрочем, оптимизм внушает уже то, что власти не отрицают наличие проблемы и необходимость ее решения.

Другое дело, что поддержка программ по утилизации стерни и соломы нужна уже сейчас: с 2017 года России уже придется поддерживать сельское хозяйство по правилам Всемирной торговой организации, запрещающим прямое субсидирование.

И если ужесточать карательные меры можно когда угодно, то в отношении конструктивной работы с сельхозпроизводителями времени на раздумья практически не осталось.

Дмитрий Шевченко