«Противопаводковые» ГЭС в бассейне Амура: польза или вред?

ingressimage_El_maket-NBGES-d.jpg Photo: Фото: www.nbges.rushydro.ru

Евгений Симонов, координатор Международной коалиции «Реки без границ»

Евгений Егидарев, сотрудник Тихоокеанского института географии ДВО РАН, WWF России, Амурский филиал

Оценка воздействия на речную систему

Используя разработанную нами методику экспресс-оценки воздействия гидроэнергетики на экологическое состояние бассейна, мы можем рассчитать вероятное воздействие девяти планируемых «противопаводковых» ГЭС на Амурский бассейн и его отдельные части и оценить основные преобразования природных территорий при их возведении.

При создании ГЭС большинство экологических изменений в масштабах бассейна связано с тремя основными факторами воздействия: регулирование стока реки, ведущее к деградации пойм; смена речных экосистем на искусственные водохранилища; блокирование участков бассейна плотинами, пресекающими миграции живых существ, и другой обмен.

Утрата пойм

Пойма – наиболее ценный и в то же время уязвимый природный объект. Сегодня высокую степень деградации пойм можно наблюдать в среднем течении Зеи. После строительства девяти «противопаводковых» ГЭС перестанут заливаться и будут кардинально нарушены экосистемы пойм Селемджи, Буреи, а также Среднего Амура. Воздействие российских ГЭС на поймы бассейна в целом вырастет на 70%. В результате пойменно-русловой комплекс среднего течения Амура деградирует до того состояния, которое характерно сейчас для экосистемы Зеи, где поймы заливаются только при катастрофических наводнениях. В итоге многим видам рыб станет негде нереститься.

Водохранилища вместо природных водотоков

Дополнительно будет создано еще около 3000 кв. км новых водохранилищ. Их площадь в российской части бассейна Амура удвоится. В бассейнах Зеи и Буреи водохранилища будут занимать 46-49% площади всех водных экосистем вместо нынешних 33%, а в бассейне Шилки – 14% (сейчас 0%).

Строительство водохранилищ скажется на качестве воды, активизирует эрозию, будет способствовать вселению чужеродных видов водной фауны, а также отразится на местном климате. Под воду уйдут тысячи квадратных километров наиболее ценных лесных и луговых экосистем речных долин.

Блокирование и фрагментация бассейна

Фрагментация сильно снижает биоразнообразие. Например, в бассейне реки Амазар в Забайкалье маленькое водохранилище при Транссибе за 100 лет снизило количество видов рыб с 24 до 4.

Если построить все заявленные «противопаводковые» ГЭС, то общее блокирование в бассейне возрастет с 630 до 940 тыс. кв. км, а речная система будет разбита уже на 30 отдельных суббассейнов. В России площадь блокированной части бассейна Амура вырастет втрое, при этом основной удар придется на Шилку, бассейн которой будет заблокирован полностью. Это, в частности, уничтожит популяцию калуги – крупнейшего осетра-эндемика Амурского бассейна и прекратит пополнение рыбных стад Шилки из Верхнего Амура, необходимое для поддержания экологического баланса.

Особо опасные ГЭС

Наибольшие негативные изменения в масштабах бассейна ожидаются от создания Шилкинского и Се­лем­джинского водохранилищ. Если сравнить воздействие девяти ГЭС и набора из восьми (без проекта на Шилке), то становится очевидно, что один этот проект ответствен за треть совокупного воздействия девяти ГЭС. Интегральное воздействие Шилкинского проекта будет в 14 раз больше, чем Нижне-Бурейского, и в 3 раза больше, чем Нижне-Ниманского, имеющего сходную выработку.

Проекты Шилкинского, Селемджинского и Дальнереченских водохранилищ также затрагивают природные комплексы наибольшей природоохранной ценности. Плотина на Шилке отрежет от Амурского бассейна целый экорегион, затопит наиболее богатые видами участки Забайкальской тайги, фактически пресечет важнейший коридор взаимообогащения видами между Дальним Востоком и Сибирью. Селемджинское и Дальнереченские водохранилища запроектированы на федеральных ООПТ. Необходимо избегать строительства ГЭС в этих районах, тем более при наличии менее экологически опасных альтернатив.

В совокупности девять ГЭС примерно удвоят как выработку энергии, так и негативное воздействие на бассейн российского гидроэнергокомплекса. Так как это воздействие уже сейчас основательно подрывает «здоровье» экосистемы Амура, то мы склонны предполагать, что планируемое ухудшение состояния реки, видимо, лежит за пределами допустимого. Остается надеяться, что компании «РусГидро» и ее китайским коллегам удастся построить не все заявленные ГЭС.

Спасут ли ГЭС от паводков?

Обычно после строительства ГЭС, которая должна выполнять несколько взаимоисключающих друг друга функций, таких как борьба с наводнениями и генерация гидроэлектроэнергии, предпочтение отдается той функции, которая приносит живые деньги. Создав крупные водохранилища с большой емкостью, способной перераспределять сток в течение года, владельцы ГЭС будут поставлены перед вопросом: как встретить осень и зиму – с полными резервуарами, способными выработать драгоценную, чаще всего экспортную энергию, или с пустыми «карманами» противопаводковых емкостей ждать катастрофического паводка, случающегося раз в 25-50 лет? Это одна причин того, почему и в 2007, и в 2013 году Зейская ГЭС не смогла использовать и половины своей емкости для регулирования паводка. Отсюда следует вывод о том, что строительство ГЭС не может рассматриваться как основное и единственное средство для снижения рисков при катастрофических наводнениях.

 

Это третья из серии подготовленных издаваемым «Беллоной» журналом «Экология и право» статей об экологических последствиях деятельности ГЭС. Подробнее на эту тему читайте в журнале.

Bellona

info@bellona.no