Генеральный прокурор желает возврата к прошлому

17 апреля 2000 года, когда Верховный Суд России поддержал оправдательный приговор по делу Александра Никитина, были причины верить, что его дело наконец-то подошло к концу. Однако 30 мая 2000 года Генеральная прокуратура подала протест в Президиум Верховного суда. Никитин и его адвокаты впервые узнали об этом 19 июля, более чем через семь недель после подачи протеста и всего лишь за две недели до начала заседания суда, намеченного на 2 августа 2000 года.

Нарушения усугубляются
Требование Генеральной прокуратуры о передачи дела на дополнительное расследование основано, как написано в протесте, на очевидной необходимости устранить упущения, недостатки и нарушения прав Никитина до того как его дело снова будет передано в суд. Используя этот аргумент, Генеральная прокуратура проигнорировала тот факт, что эти нарушения были устранены оправдательным приговором, а предписание по их исправлению путем нового расследования еще сильнее усугубит нарушения прав Никитина.

Другой вопрос – если эти нарушения были такими очевидными, почему Генеральная прокуратура не прореагировала на них раньше? Во всяком случае она имела в своем распоряжении более четырех лет.

Если протест будет принят, то общая продолжительность следственных и судебных действий против Никитина – которые к 2 августа 2000 года составят 1764 дня (с 5 октября 1995 года) – увеличится на неопределенный срок. И ему придется столкнуться с новыми бесконечными раундами следствий, экспертиз, лингвистических анализов, судебных заседаний и обжалований решений суда.

Следовательно, нарушения прав Никитина, предусмотренные статьей 6 (1) Европейской Конвенции по правам человека, которая требует разрешения дела “в разумный срок”, будут только усугубляться. Более того, возобновление дела лишит его средств защиты против применения обвинением секретных и имеющих обратную силу нормативных актов, использованных в качестве основы для обвинения. Такие средства защиты были ему предоставлены в форме оправдательного приговора. Таким образом, нарушения его прав по статье 13 Конвенции также возобновятся и усилятся.

Новые нарушения
Удовлетворение протеста также приведет к ряду новых нарушений. Как говорилось выше, Никитин и его адвокаты были проинформированы о протесте Генеральной прокуратуры лишь за две недели до начала слушаний. В результате этого защиты имеет намного меньше времени для подготовки по сравнению с обвинительной стороной. Это нарушает принцип равенства сторон и равноправного доступа к документам дела, что является базовым элементом справедливого суда согласно статье 6 Европейской Конвенции.

Следует также подчеркнуть, что в то время как согласно статье 371 УПК РФ обвинение имеет право опротестовать оправдательный приговор в Президиум Верховного суда, защита не имеет права на подобное обжалование. Таким образом, сама статья открыто нарушает принцип равенства сторон.

Система, дающая право обвинению опротестовывать оправдательный приговор, вступивший в силу, и требовать возобновления следствия, нарушает не только право разрешения дела в разумный срок, но и запрет на повторное судебное преследование гражданина, в отношении которого был вынесен оправдательный приговор. Этот фундаментальный принцип законности выражен в статье 4 Протокола №7 Конвенции, а также в статье 14 (7) Международного Пакта по гражданским и политическим правам.

Возвращение к прошлому?
Европейская Конвенция, ее Протокол и Пакт – все ратифицированы Россией. В случае, если они предусматривают положения, отличные от национального законодательства, то, согласно статье 15 (4) Конституции РФ, применяются законы, предусмотренные международными договорами.

Однако, используя необходимость в исправлении “нарушений” прав Никитина в качестве основы требований для возобновления дела, Генеральная прокуратура демонстрирует полнейшее непонимание прав граждан и обязанностей государства согласно этим фундаментальным договорам по правам человека. Эти права и обязанности созданы для предотвращения действий обвинительной стороны, характерных для такой правовой системы, которая была, например, в Советском Союзе. Грустно сознавать, что подобный обвинительный стиль до сих пор характерен для высшего уровня прокурорских органов в России.

Вопрос, который будет решаться 2 августа, касается не только возобновления дела Никитина, но и вопроса присоединения России к правовым государствам, или ее возвращения в тоталитарное прошлое.
Позиция Генеральной прокуратуры сейчас стала ясна. Она хочет повернуть время вспять, когда государство охранялось ценой пренебрежения истиной и правовой беззащитности его граждан.

Однако не Генеральный прокурор, а Президиум Верховного суда будет решать этот вопрос. У Президиума Верховного суда нет иной законной альтернативы кроме как отклонение протеста. Основываясь на решении Верховного суда от 17 апреля, есть причины надеяться, что так оно и будет. Хотя точный ответ мы получим только 2 августа.

Йон Гаусло