News

До лучших времен. «Беллона» публикует отчет о советском ядерном наследии в Арктике

Губа Андреева. Фото: Александр Емельяненко
Губа Андреева. Фото: Александр Емельяненко

Опубликовано: 16/05/2024

Автор: Георгий Чентемиров

Если коротко – всё нехорошо

Оригинал статьи опубликован на сайте новостного издания The Barents Observer. «Беллона» перепечатывает ее с незначительными изменениями.

Российская Арктика – самый загрязненный радиоактивными отходами и ядерным топливом регион на планете. Но шансы избавиться от ядерного наследия разбиваются о войну в Украине, следует из доклада «Беллоны». Сама «Беллона» объявлена в России нежелательной организацией, ее деятельность криминализирована; международное финансирование на ликвидацию опасных объектов заморожено; а само российское государство предпочитает тратить деньги на войну или восстановление оккупированных территорий.

Сроков нет, проектов нет, финансирования не предвидится. Таковы основные выводы из доклада норвежской экологической организации «Беллона» о ходе ликвидации советского ядерного наследия в Арктике. Под термином «ядерное наследие» понимается весьма широкий перечень объектов – от старых блоков Кольской АЭС до контейнеров с ядерным топливом или атомных подлодок, лежащих на глубине Арктических морей. Уровень опасности этих объектов тоже различный, а вот шансы на их ликвидацию в обозримом будущем примерно одинаковые.

В частности, хранилище ядерных отходов в губе Андреева. Кроме собственно ядерных отходов, радиационную опасность представляет и само хранилище, его также надо утилизировать, а территорию – рекультивировать. В проекте с 2000 года принимали участие семь стран – Норвегия, Великобритания, Германия, Италия, Швеция, Франция, США, – а также Еврокомиссия, Европейский банк реконструкции и развития и другие структуры. Часть отходов успели вывезти, но после начала полномасштабного вторжения в Украину иностранное финансирование прекратилось.

Губа Андреева находится в 60 километрах от границы с Норвегией. Фото: Google maps

Нельзя сказать, что работы в губе Андреева полностью свернуты. По данным «Беллоны», сейчас компания «Спецтехкомплект» готовится начать выгрузку топлива из одного из блоков, но план и сроки неизвестны, а сами работы крайне сложны. Вот, например, одно из препятствий: морскими перевозками ядерного топлива занимаются только два корабля, один из которых устарел, а второй сделан в Италии, и запчасти для него не купить. (Впрочем, уже выделены деньги на строительство третьего такого судна, но оно должно быть построено только к 2029 году.)

Еще там расположено хранилище под названием «Здание №5», которое надо ликвидировать, а территорию сделать безопасной. На это требуется около 2 млрд руб.; во столько, по подсчетам Forbes, России обходятся два часа войны в Украине.

Резюме «Беллоны»: по губе Андреева нет видимых планов работ, их объемы и требуемые ресурсы не определены, равно как и источники финансирования.

Губа Андреева – один из самых проблемных, но далеко не единственный след ядерного наследия в Арктике. Так, на дне Карского и Баренцева морей покоятся атомные подлодки К-27 и К-159. По оценкам Росатома 2021 года, стоимость их подъема со дна может обойтись в 24 млрд руб. С одной стороны – гигантская сумма; с другой – чуть больше одного дня войны в Украине.

Впрочем, это стоимость подъема только двух лодок, а в Арктических морях их лежит пять.

«Когда 30 лет назад мы с этим столкнулись, всё, что мы сейчас называем ядерным наследием Арктики, было бесхозным, – говорит эксперт Атомного проекта «Беллоны», известный эколог Александр Никитин. – Когда начали разговор о том, что надо затопленные в Арктике объекты поднимать, возник вопрос: а чьи они, это объекты? Сказать «государства» – значит не сказать ничего. Какое конкретно ведомство? Росатом говорит – при чем здесь мы? Минобороны говорит: мы давно списали эти затопленные, затонувшие подлодки, у нас таких объектов не числится. С кем разговаривать? Кто будет заказчиком проектирования, строительства средств подъема, контактным лицом с иностранными инвесторами?»

В этих зданиях хранились и частично продолжаются храниться ядерные отходы. Фото: Google maps

Никитин объясняет: для того, чтобы утилизировать эти объекты, требуются гигантские усилия. «Фактически нужно создать целую мини-индустрию», утверждает специалист. Сейчас у России нет ни проектов подъема затонувших объектов, ни технологий для этого. Причем нужны не только деньги, которые сейчас уходят на войну, но и административная воля; а она нацелена туда же.

«Есть люди, которые понимают масштаб проблем, но им сейчас не до этого, – считает Александр Никитин. – Грубо говоря, руководитель Росатома об этих проблемах знает. А вот знает ли [премьер-министр России] Мишустин – скорее всего, нет… Экозащитники всегда выступали драйвером, пытались пинать людей, которые должны что-то делать. И, если говорить корректно, некоторые ответственные лица тоже всё понимали. Но подход был такой: «А что мы можем сделать? Да, мы знаем, но денег нет, проектов нет, а я человек маленький».

Сейчас «Беллона», инициировавшая проекты по ликвидации ядерного наследия, даже этим заниматься не может. Статус нежелательной организации, наложенный на нее Генеральной прокуратурой, делает любое сотрудничество с ней уголовным преступлением в глазах российского государства.

Насколько вероятно, что Россия в одиночку и в обозримом будущем избавится от советского ядерного наследия? Для примера можно взять судно «Лепсе» – крупный и успешный проект, о завершении которого Росатом отчитался в конце прошлого года. В пресс-релизе указано, что «в реализации проекта принимали участие различные организации атомной отрасли и предприятия Северо-Западного региона». Вот только более 90% финансирования пришло с Запада – из Норвегии и Европейского банка реконструкции и развития, – а инициатором работ была «нежелательная организация» «Беллона».

Александр Никитин считает, что оценить реальный объем ядерного наследия в Арктике практически невозможно:

«Взять хотя бы затопленные ядерно и радиационно опасные объекты – все, что лежит на дне. Например, 17 тыс. контейнеров с твердыми радиоактивными отходами. Но это по официальным данным, а сколько на самом деле – никто не знает. Затопление некоторых объектов фиксировалось, некоторых – нет. Или вышли топить, а на море шторм, и бросают не там, где нужно было затопить, а там, куда доплыли».

По мнению Никитина, в мире больше нет территорий, настолько загрязненных ядерными отходами, как Арктика. И есть реальный риск, что в определенный момент на затонувшие объекты просто махнут рукой.

Александр Никитин. Фото: Томас Нильсен

«Есть ли в мире хранилище, где отработавшее ядерное топливо хранилось бы в таких условиях, как в губе Андреева? Ответ – нет. Есть ли на планете регионы, как в Арктике возле Новой Земли, где затоплено столько отходов? Нет, – говорит специалист «Беллоны». – Если на подлодке К-159, которая лежит на входе в Кольский залив, произойдет разгерметизация, и радиоактивные вещества начнут вымываться в море, начнут считать: насколько это опасно? И могут прийти к выводу, что это не опасно: вот сейчас «Фукусима» сбрасывает же радиоактивные отходы в море. Соберется группа ученых и скажет: легче это оставить, как есть, запретить в этом районе лов рыбы, и всё».

Прочесть доклад о состоянии советского ядерного наследия в Арктике можно на русском и английском языках на сайте «Беллоны».