News

Девять способов уничтожить природу России под предлогом борьбы с санкциями

Опубликовано: 27/02/2023

Автор: Беллона

Обзор самых антиэкологичных законопроектов последнего года.

Объявив борьбу с западным санкционным влиянием, российские власти под предлогом антикризисных мер весь год последовательно и методично ослабляли природоохранное законодательство. Несмотря на то, что эта тенденция прослеживается еще с начала нулевых, именно в последний год российское государство взялось за дело всерьез и добилось в нем определенных успехов.

Предлагаем вам дайджест законопроектов, направленных на последовательное разрушение российского экологического законодательства, начиная с февраля 2022 года и по сегодняшний день.

1. Освобождение бизнеса и землепользователей от большинства проверок и наказаний

Постановление Правительства РФ №336 от 10.03.2022 «Об особенностях организации и осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля» стал судорожной (иначе не скажешь) реакцией на экономические последствия вторжения в Украину. Взять Киев за три дня не удалось, зато в ответ посыпались новые санкции, обрушились котировки российских компаний на биржах, начались череда закрытий иностранных брендов в России и массовый отъезд за рубеж представителей среднего класса. Появился риск безработицы и снижения налоговых поступлений в бюджет – что, в свою очередь, могло привести к социальной напряженности внутри страны.

В качестве ответа в Правительстве спешно на коленке подготовили Постановление №336, которое можно охарактеризовать одной фразой – бизнесу и землевладельцам можно все! Постановление «фактически запретило проведение плановых проверок, а внеплановые сделало возможными только по согласованию с органами прокуратуры в строго определенных случаях (например, при непосредственной угрозе или по фактам возникновения чрезвычайных ситуаций)», рассказывает эксперт Гринпис Михаил Крейндлин.

Большинство обращений по природоохранным нарушениям – захваты берегов, лесов, незаконное строительство – под «непосредственную угрозу» не подходило. В результате в течение 2022 года надзорные органы, ссылаясь на это постановление, почти никого не проверяли, в чем, в частности убедились активисты из Ленинградской области, получив абсолютно идентичные ответы по двум разным объектам, причем с разницей в несколько месяцев. Как следствие, нарушители стали вести себя все более и более нагло.

Примечательно, что в самом документе от 10 марта, а также в столь же судорожно выпущенных поправках к нему от 24 марта (Постановление №448) содержались положения, предполагающие исключения из его норм. Как указывает Крейндлин, эти поправки все-таки позволили «без согласования с органами прокуратуры проведение выездных обследований, в рамках которых допускается взаимодействие с физическими лицами, а в случае выявления признаков административных правонарушений – осуществление производства по ним в соответствии с ФЗ «О госконтроле…» и КоАП РФ».

Однако в тот же день, 24 марта, было издано письмо Департамента государственной политики в сфере лицензирования, контрольно-надзорной деятельности, аккредитации и саморегулирования Минэкономразвития России №Д24и-8436, в котором дополнительно разъяснялось Положение №336. Причем смысл этих разъяснений был противоположным смыслу принятых тем же числом «ужесточающих» поправок.

В итоге письмо Минэкономразвития было тут же разослано Росзаповедцентром Минприроды по природоохранным учреждениям. Поэтому, даже если бы надзорные органы успели прочитать и понять новое (да и старое) постановления, руководством к действию для них, скорее всего, стало именно это толкование.

Такое лихорадочное метание госструктур (кстати, в Постановлении №336 после появилось еще две новые редакции – от августа и от декабря 2022 г.) призвано было запутать чиновников, чтобы тем было удобнее, ни в чем не разбираясь, выбрать вариант «никаких проверок, и точка».

Если представить, что незаконность этой практики когда-нибудь всплывет (что маловероятно), то запутанный палимпсест постановлений, писем и разъяснений позволит надежно спрятать от наказания того, кто это допустил. В течение 2022 года (и в настоящее время) власти было важно купить любой ценой лояльность бизнеса, дабы не допустить крушения экономики. То, что при этом на разграбление отдается природа, никого не интересовало. А 29 декабря, прямо накануне Нового года, действие Постановления №336 было продлено на 2023 год.

2. Легализация застройки лесов капитальными сооружениями

Формально «строительство, реконструкция, капитальный ремонт, ввод в эксплуатацию и вывод из эксплуатации объектов капитального строительства, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, на землях лесного фонда» были утверждены изменениями в Лесной кодекс от 2.07.2021 (ФЗ-301), однако в силу они вступили лишь 1 марта 2022 года (это ж надо было так подгадать).

Из перечня целей, во имя которых теперь можно строить в лесах, наиболее опасной представляется «рекреационная деятельность» (под нее подойдет все – гостиница, гостевой коттедж, апарт-отель) и «религиозная деятельность» (теперь последние робкие ограничения на застройку, например, Валаама дачами церковных и не только иерархов, снимаются).

Отдельно подчеркивается, что строить можно и в защитных лесах. Перечень объектов капитального строительства, которые разрешено возводить на лесных участках, определяет Правительство РФ, и оно не заставило себя ждать. 19 ноября 2022 г. премьер-министр Мишустин подписал Постановление Правительства №3524-р, где прописано, что на лесных участках можно будет строить «гостиницы, культурные центры и визит-центры». Особо отметим, что в российском законодательстве нет разницы между гостиницей и апарт-отелем, а номера в последнем, по сути, представляют собой обычное жилье, в котором разве что нельзя прописаться…

3. Помимо лесного фонда, власти неоднократно пытались подарить бизнесу еще и участки на особо охраняемых природных территориях (ООПТ)

6 апреля 2022 года Госдума приняла в первом чтении законопроект «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации». Он тоже входил в состав «антикризисного» пакета Правительства, спешно разработанного в марте.

Кроме Градкодекса, проект покушался на законы об особо охраняемых природных территориях, экологической экспертизе и охране озера Байкал. Вкратце, если бы закон приняли в первоначальной редакции, то в заповедниках, национальных парках и федеральных заказниках стало бы возможным строительство без экологической экспертизы, а на Байкальской природной территории можно было бы рубить лес не только для расширения инфраструктуры БАМа и Транссиба (такой закон был принят ещё в 2020 году), но и для любого другого строительства (конкретики в законопроекте не было).

Кроме того – и это, пожалуй, было бы самое страшное – закон позволял вырезать для строительства любые участки из региональных ООПТ…

Но не пугайтесь. Несмотря на депрессивное состояние общества в начале весны-2022, люди массово выступили против этой чудовищной инициативы. Одна только петиция в интернете набрала почти 100 тысяч подписантов – и это не считая тех, кто отправлял письма в Госдуму. По признанию главы комитета по экологии ГД Дмитрия Кобылкина, их было несколько десятков тысяч.

В итоге власть, вроде бы уже привыкшая игнорировать протестные настроения, в данном случае дрогнула. 20 апреля, когда закон приняли в третьем чтении, наиболее одиозных положений там уже не было.

Так, изымать земли из региональных ООПТ, как и раньше, можно только для строительства БАМа и Транссиба, экологическая экспертиза остаётся необходимой для любого строительства (кроме магистральной инфраструктуры, например, автотрасс и железных дорог) на всех федеральных ООПТ, а к Байкалу эту норму применить нельзя, кроме случаев, связанным с увеличением пропускной способности Байкало-Амурской и Транссибирской железнодорожных магистралей.

Конечно, кое-что опасное в законе осталось: например, возможность строительства объектов магистральной инфраструктуры, включая магистральные трубопроводы, на федеральных ООПТ без экологической экспертизы. Но «выгодоприобретателями» от этих новелл станут только крупные «хищники», типа Газпрома, тогда как в прежнем виде документ позволял раздать ООПТ всем желающим.

Можно было бы подытожить, что эта атака на ООПТ была отбита – но, увы, это не так. В момент написания данного материала появился еще один «антиООПТ-шный» законопроект. 31 января его единолично внес в Госдуму депутат-единоросс Виктор Пинский. В законопроекте №288302-8 «О внесении изменений в статью 2 Федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях» он предлагает позволить главам субъектов РФ упразднять ООПТ регионального значения, а также изменять их границы.

Делать это, по мнению автора, можно в случае необходимости реализовать «национальные цели и стратегические задачи» вместе со «значимыми проектами в области социально-экономического развития Российской Федерации». Также Пинский указал в качестве допустимой причины необходимость «строительства и реконструкции линейных объектов» при отсутствии альтернативы, а заодно и утрату природоохранной ценности той или иной территории.

Очевидно, предстоит очередной виток протестной кампании – петиции, письма в Госдуму и т.д. Вполне возможно, что законопроект снова удастся «завернуть». Но вместе с тем очевидно, что власть не собирается останавливаться в своих попытках «раззаповедать» ценные территории и поживиться за их счет.

4. Снижение требований к безопасности стоков в Байкал

Интересно, что в тот же день – 20 апреля, когда экообщественность «выдохнула» относительно сохранности Байкальской территории, появился проект еще одного антикризисного «послабления», причем опять в области защиты Байкала: «О внесении изменений в приложение 1 к приказу Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 21.02.2020 № 83 «Об утверждении нормативов предельно допустимых воздействий на уникальную экологическую систему озера Байкал и перечня вредных веществ, в том числе веществ, относящихся к категориям особо опасных, высокоопасных, опасных и умеренно опасных для уникальной экологической системы озера Байкал».

В первый раз этот проект появился еще раньше, в марте, как и вышеупомянутое постановление Правительства №336. Получив максимум отрицательных отзывов, он исчез с государственного портала законопроектов, чтобы затем, в апреле, вернуться в неизмененном виде.

Если коротко – документ позволяет снизить требования к безопасности стоков, попадающих в Байкал. При этом, как подчеркивают в Гринпис, эти послабления касаются в первую очередь веществ, содержащихся в накопленных отходах Байкальского целлюлозно-бумажного комбината (БЦБК).

«Серьезное смягчение показателей, которое предлагает сегодня Минприроды, облегчает задачу подрядчикам «Росатома», занимающимся ликвидацией отходов БЦБК, считают в Гринпис. – Но создаст повышенные риски для самого озера». 

Baikalsk_pulp_and_paper_mill Archive БЦБК. Архивное фото

«Кроме этого, ослабление требований к промышленным сбросам устанавливается для территории всего бассейна Байкала, – предупреждают экологи. – Это может стать для местных предприятий стимулом начать изготавливать продукцию, которую нельзя было производить из-за более строгого законодательства. Это тоже может нанести серьёзный урон озеру в будущем».

Как и в случае с предыдущим проектом, общественность отреагировала довольно бурно. Но, как сообщил Михаил Крейндлин, изменения в Приказ все-таки были приняты.

5. Снятие запрета на сплошные санитарные рубки в центральной экологической зоне Байкала

Если вы думаете, что после этого законотворцы от Байкала отстали, вы ошибаетесь. Еще один опасный «антибайкальский» законопроект 2022 года появился в июле: внесенный группой сенаторов и депутатов, он снимает запрет на сплошные санитарные рубки в центральной экологической зоне Байкала.

Этот запрет был установлен в 1999 году, когда озеро Байкал было внесено в список объектов Всемирного природного наследия ЮНЕСКО. Опасность документа не только в том, что ставит под угрозу сохранность главного символа российской природы, но и в том, что беззастенчиво играет на руку лесозаготовителям

Чем опасно снятие запрета сплошных санитарных рубок, объяснять, очевидно, не нужно: в связи с коррупцией и слабостью контрольно-надзорных органов такие рубки зачастую назначаются по надуманным основаниям.

К счастью, этот проект также встретил мощное сопротивление: на данный момент на платформе Гринпис против него подписались более 50 тысяч человек. Как сообщил нам Михаил Крейндлин, «законопроект №161119-8 не дошел до первого чтения. По нему много отрицательных отзывов, включая Общественную палату. Комитет по экологии Госдумы принял решение его переработать. Пока новой редакции нет, но лоббисты не отказываются от его принятия».

6. Атака на общественную экологическую экспертизу

Помимо ударов непосредственно по природным территориям, Госдума последовательно пытается лишить граждан инструментов для сопротивления. В первую очередь речь идет о двух попытках ликвидировать в стране общественную экологическую экспертизу (ОЭЭ) строительных проектов.

Первый в этой серии законопроект № 120074-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования процедур проведения оценки воздействия на окружающую среду и экологической экспертизы» был внесен в Госдуму в мае 2022 года.

Он забирал право проведения ОЭЭ у обычных граждан и передавал его общественным палатам регионов и муниципалитетов. Инициировать ОЭЭ тоже смог бы далеко не каждый, а лишь общественные инспекторы, уже упомянутые общественные палаты, органы местного самоуправления и только граждане, зарегистрированные в регионе, где планируется осуществлять деятельность, подлежащую экспертизе.

Однако иформационный шум, возникший вокруг инициативы, заставил быстро ее свернуть. Законопроект был отозван самими авторами.

Но не успел остыть его след, как та же самая группа депутатов внесла на рассмотрение новый законопроект №196416-8 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об экологической экспертизе». Здесь авторы уже не пытаются уничтожить ОЭЭ на корню, но превращают ее в крайне неудобный для использования инструмент.

Во-первых, для проведения ОЭЭ эксперты теперь зачем-то должны пройти специальную аттестацию в Росприроднадзоре, аналогично с государственной экологической экспертизой. Но самое главное – экспертиза заведомо лишается независимости. Так, предписывается обязательное создание «единой экспертной комиссии» при наличии двух и более заявлений о проведении общественной экологической экспертизы.

На практике это может выглядеть так: инициатор проекта, в отношении которого проводится экспертиза (предположим, инициатор строительства какого-нибудь нефтепровода), вслед за «общественной» заявкой на ОЭЭ подает свою. При этом он регистрирует собственную экспертную комиссию, которая, изображая «общественность», обслуживает его интересы.

Проект №196416-8 понуждает экспертов из разных групп в этом случае объединяться. Скорее всего, работа комиссии будет просто заблокирована, и никакой ОЭЭ на выходе не получится. Под письмом против законопроекта подписались более 60 природоохранных организаций.

«Проект был принят в первом чтении, но дальше не двинулся. Думаю, когда-нибудь его начнут двигать, но неизвестно, когда именно. По нему тоже было много отрицательных отзывов, в частности – от Общественной палаты», – говорит Михаил Крейндлин.

7. Закрытие информации о правообладателях земельных участков

Еще один важный инструмент природоохранной борьбы, которого россиян все-таки лишили в прошлом году – возможность доступа к информации о правообладателях земельных участков.

Соответствующий законопроект № 101234-8 «О внесении изменений в Федеральный закон «О персональных данных», отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившей силу части четырнадцатой статьи 30 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» был принят в июле 2022 года, а в силу вступит 1 марта 2023 года. Начиная с этой даты Росреестр перестанет публиковать данные владельцев недвижимости в ЕГРН. Получить их можно будет только с согласия владельца.

Почему это серьезная потеря для природоохранников? Почему так важно было знать, кто именно владеет тем или иным незаконно огороженным берегом или лесом? Формально все равны перед законом, однако придание огласке информации о том, что нарушителем закона является определенная влиятельная персона, а тем паче, если эта персона занимает важный государственный пост, помогало привлечь внимание к проблеме.

Но именно этого-то пул владельцев элитной (среди которой много незаконной) недвижимости как раз и не хотел. По их заказу парламентарии обезопасили вельможных нарушителей от общественного внимания, и пропасть между властью и народом стала еще шире.

8. Сокращение ширины водоохранной зоны в регионах, где площадь акватории рек и озер составляет более 10% от общей площади региона

Кроме лесов и ООПТ, в рамках «антикризисных мер» была сделана попытка вовлечь в активное хозяйственное использование также и берега водоемов. Сразу скажем – попытка провалилась, но ее автор – депутат Госдумы от Карелии Валентина Пивненко – уже заявила, что сдаваться не собирается.

EKsoVvLyr6A-1 Незаконно огороженные части берега. Теперь узнать имена собственников, ставящих такие заборы, будет намного сложнее Credit: Движение против захвата озер

Ее законопроект №100442-8 «О внесении изменений в статью 65 Водного кодекса Российской Федерации (в части отмены ряда ограничений и запретов хозяйственной деятельности в границах водоохранных зон)» предполагает сокращение ширины водоохранной зоны (не путать с береговой полосой) в регионах, где площадь акватории рек и озер составляет более 10% от общей площади региона.

В этих случаях водоохранную зону предлагается сократить до 50 м вне зависимости от значимости водоёма и уклона берега. Пивненко ссылается на Республику Карелия, где площадь водных объектов составляет более 14% от общей площади региона. Задача законопроекта, по ее словам – защитить права граждан, владеющих земельными участками в водоохранных зонах, а также максимально вовлечь их (участки) в хозяйственное использование.

Добавим, что ограничения, накладываемые статусом водоохраной зоны, касаются, прежде всего, размещения вредных производств, складирования отходов, проезда и парковки автотранспорта. Таким образом, максимальное вовлечение в хозяйственную деятельность может привести к деградации рекреационного потенциала берегов – как раз того, чем сейчас во многом живет экономика Карелии. Проект долго ждал рассмотрения (он был внесен еще в апреле 2022 г.), и в итоге в январе 2023 года комитет Госдумы по экологии отклонил его.

9. Благоустройство и застройка лесов вокруг городов

Казалось бы, легализация капитальной застройки должна была «добить» леса полностью. Но нет, оказывается, остались еще защищенные массивы. Так, застройка лесного участка даже капитальными объектами пока что должна подчиняться правилам: застроить можно не более 20% участка, и это может быть суммарно не более 1 Га, к тому же не занятого зелеными насаждениями. Кроме того, пока еще нельзя сокращать площади лесов, имеющих статус лесопарковых зон и зеленых зон вокруг городов.

Эти «недочеты» призван ликвидировать законопроект №232894-8 «О внесении изменений в Лесной кодекс Российской Федерации и статью 11 Федерального закона «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую», поступивший в ГД в ноябре 2022 г.

Ограничения по площади застройки предлагается не распространять на велодорожки и лыжные трассы: ими может быть застроен весь участок с вырубкой всех лесных насаждений. Лесопарки и зеленые зоны вокруг городов тоже можно будет выводить из лесного фонда, превращая в категорию особо охраняемых территорий (ООТ).

Для этого, по замыслу авторов, участок должен находиться в бессрочном пользовании государственного или муниципального учреждения, которые затевают «строительство капитальных объектов», предназначенных для «отдыха и спортивной деятельности граждан». Массовое применение этой нормы позволит вывести из лесного фонда большое количество самых ценных участков (лесопарковые и зеленые зоны вокруг городов относятся как раз к таковым), застроив их гостиницами, апарт-отелями и коттеджами (формально эти здания вполне могут относиться к «объектам для отдыха граждан»).

Таким образом, данный законопроект представляется нам довольно неуклюжей попыткой в очередной раз расширить возможности для застройки лесных территорий. Надо сказать, что общественность эту попытку быстро «засекла». Появились петиции, началась бомбардировка Госдумы письмами.

На первом чтении 31 января комитет по экологии ГД, сославшись на ряд недочетов и поступивших к законопроекту замечаний, порекомендовал авторам изменить текст. Будем следить за развитием событий.

***

Мы перечислили лишь самые значимые законы и законодательные инициативы последнего года, влияющие на сферу природопользования. Они показывают четкую тенденцию к ослаблению природоохранного законодательства и возведению в приоритет «экономической целесообразности» в ущерб охране природы.

Под предлогом борьбы с последствиями санкций в хозяйственную деятельность вовлекаются прежде «закрытые» территории – леса, берега, участки особо охраняемых природных территорий.

Еще News

Все news