Жизнь для всех: ответственное потребление – реальная модель развития мира

03

На международном уровне об ответственном производстве и потреблении заговорили после Конференции ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро в 1992 году. Декларация, подписанная на конференции, призывала «ограничить и ликвидировать нежизнеспособные модели производства и потребления» для «достижения устойчивого развития и более высокого качества жизни для всех людей».

Цель номер 12

Термин «устойчивое потребление» требовал разъяснения, и в 1994 году Симпозиум по устойчивому потреблению в Осло (Норвегия) ввел следующее определение: «Использование услуг и сопутствующих продуктов, которые отвечают основным потребностям и обеспечивают более высокое качество жизни, одновременно сводя к минимуму использование природных ресурсов и токсичных материалов, а также выбросы отходов и загрязняющих веществ в течение жизненного цикла услуги или продукта, чтобы не подвергать риску потребности будущих поколений».

Принцип устойчивого, или ответственного, потребления быстро закрепился в Руководстве ООН по защите прав потребителей (1995); Организация экономического сотрудничества и развития посвятила ему отдельный доклад – «Содействие ответственному потреблению» (1997); Программа Организации Объединенных Наций по окружающей среде запустила свою Программу по ответственному потреблению (1998). В 1999 году Япония стала первой страной, которая включила потребительские характеристики товаров в государственную программу. Результатом программы Top Runner за первые пять лет стало повышение энергоэффективности товаров, производимых в стране, например, кондиционеров – на 68%, холодильников – на 55%, а компьютеров – на 99%.

В начале 2000-х международные организации стали разрабатывать план, который должен был помочь странам поменять схемы производства и потребления в сторону большей экологической и социальной устойчивости. Активная работа над планом устойчивого развития и производства началась на Всемирной встрече по устойчивому развитию в Йоханнесбурге в 2002 году, а в 2005-м Департамент ООН по экономическим и социальным вопросам и Программа ООН по окружающей среде (ЮНЕП) опубликовали рамочную программу, рассчитанную на 10 лет и ставшую известной как «Марракешский процесс».

Наконец, в 2015 году в штаб-квартире ООН лидеры государств одобрили Повестку дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, которая содержала 17 глобальных целей для будущего международного сотрудничества. Целью номер 12 стало «Обеспечение перехода к рациональным моделям потребления и производства».

Зачем это нужно?

Устойчивое производство и потребление – одна из самых важных частей общей системы устойчивого развития. Без этого невозможно говорить о борьбе с изменением климата, истощением ресурсов и загрязнением окружающей среды, нищетой и голодом. Основная цель, которую ставят перед собой все программы по устойчивому потреблению, – улучшить качество жизни для всех. Одновременно с этим предполагается «выполнить общие планы в области развития, уменьшить будущие экономические, экологические и социальные издержки, повысить экономическую конкурентоспособность и сократить уровень нищеты».

Прогнозы утверждают, что, если население планеты достигнет 9,6 млрд человек к 2050 году, потребуются ресурсы трех планет Земля, чтобы обеспечить всех необходимыми ресурсами. Сегодня человек загрязняет водные ресурсы быстрее, чем природа может переработать и очистить; почти полностью покрывает конечное потребление энергии за счет невозобновляемых источников энергии; а современная модель производства продуктов питания приводит к деградации земель и морской среды, что критично сокращает возможности природной ресурсной базы обеспечить продовольствие в будущем.

Несмотря на то, что уже почти 30 лет мир пытается снизить негативное воздействие на окружающую среду, глобальное использование ресурсов продолжает расти, особенно в стремительно развивающемся Азиатско-Тихоокеанском регионе. Именно поэтому сегодня компании должны научиться «делать больше и лучше меньшими средствами». Это означает сократить объем использования ресурсов для производства, что не только уменьшит деградацию и загрязнение окружающей среды в течение жизненного цикла продукта, но и увеличит выгоду от экономической деятельности. Потребители должны при этом выбирать товары и услуги, которые удовлетворяют их потребностям, берегут ресурсы и являются экономически жизнеспособными и социально приемлемыми.

Так модель выглядит в идеале, а о том, как это можно осуществить на практике, поговорим далее.

Слабое или сильное?

В академической литературе сегодня понятие «устойчивое потребление» разделяют на два типа – «слабое» (weak) и «сильное» (strong). Надо отметить, что ООН на своем англоязычном сайте использует оба термина как взаимозаменяемые: название цели – Responsible consumption, а в описании – sustainable.

«Слабое» устойчивое потребление призывает покупателей выбирать продукты, при производстве которых было использовано меньшее количество ресурсов и энергии, а также соблюдались права работников, которые участвуют в производственной цепочке. Сегодня эти аспекты пытается соблюдать движение Fair Trade («честная», или «справедливая», торговля).

Принципы «слабого» устойчивого потребления выглядят так:

— Выбирать товары, которые могут нанести меньше всего вреда окружающей среде.

— Выбирать товары, которые могут нанести меньше всего вреда здоровью.

— Выбирать товары, производство которых требует меньше всего затрат сырья, энергии и т. д.

— Выбирать товары, срок годности которых выше всего.

— Выбирать товары с учетом выгоды и для покупателя, и для продавца, и для производителя.

Идея этого типа устойчивого потребления заключается в том, что потребители создадут спрос на более «зеленые» альтернативы в разных отраслях, тем самым провоцируя разработку новых решений и постепенное замещение товаров на рынке. В свою очередь, все это должно привести к изменениям в самой экономической модели.

В 1970-е годы американские журналы «Исследование потребителя» и «Маркетинг» описывали сознательного потребителя как «агента изменений, который принимает в расчет последствия своего личного выбора товаров и пытается использовать свою силу как потребитель, чтобы добиться социальных изменений».

Именно «слабое» устойчивое потребление обсуждают больше всего. Тем не менее все чаще его принципы и общий подход называют ограниченным. Внимание обращают, например, на то, что спрос на вещи с  большей энергоэффективностью сработал с холодильниками и стиральными машинами (их энергоэффективность растет с каждым годом), но совершенно не коснулся телевизоров (которые стали больше и тоньше, но не стали тратить меньше энергии). То есть принципы «слабого» устойчивого потребления распространяются не на все категории товаров. К тому же существуют и рациональные границы энергопотребления каждого специфического продукта.

Критике подвергается и так называемый «эффект отдачи». По нему сэкономленные деньги в итоге тратятся на новые товары и услуги, что приводит к увеличению производства и использования ресурсов. В пример часто приводят логику покупки автомобилей «Тесла»: «если мой автомобиль не загрязняет окружающую среду, я могу купить и два автомобиля».

Даже самая «зеленая» система в существующей модели не решает проблемы с ресурсами, учитывая появление все большего и большего количества потребителей из развивающихся стран. Многие потребители знают о важности выбора определенных товаров на рынке. Они также осведомлены об изменении климата и хотят заботиться об окружающей среде. Однако большинство людей не меняют или не могут изменить своих потребительских привычек. Решение о покупке – это сложный процесс, в котором играют роль как социальные, так и политические и психологические факторы.

Так что, в лучшем случае, «слабое» устойчивое потребление может лишь отдалить разрушительные последствия изменения климата. Именно поэтому ученые и специалисты по устойчивому развитию начали говорить о «сильном» типе устойчивого развития. «Сильном» – потому что, несмотря на то, что достигнуть его сложнее, эффект от него сильнее и продолжительнее.

В «сильном» устойчивом потреблении фокус смещается на доступность ресурсов на Земле и на то, как эти ресурсы распределены среди населения. Оно пытается изменить саму систему потребления, поэтому в его рамках говорят о дематериализации, изменении инфраструктуры и предложений на рынке, сознательном выборе и использовании продуктов, а также о том, чтобы критически оценивать сами уровни и драйверы потребления. Главный вопрос здесь формулируется следующим образом: можем ли мы чувствовать благополучие и счастье вне зависимости от материальных благ, их количества и качества?

Если цель – радикальные изменения всей социальной и ментальной парадигмы, простыми решениями или заменами привычных вещей не обойтись. Здесь также нет очевидных или прямых путей. Только то, что решения вряд ли можно будет измерить в денежном эквиваленте. Среди самых обсуждаемых – движение минимализма, соседского обмена, волонтерской и общественной работы; изменение в восприятии людей себя как граждан, а не потребителей; вегетарианство и веганство; «зеленые» города; биомимикрия в дизайне и многое другое.

Но сегодня нет единого мнения о том, как построить новое общество, которое было бы экологически устойчивым, с ресурсами, которые были бы равномерно распределены между населением вне зависимости от класса или страны, где соблюдались бы все права человека. И как построить его во все более узких временных пределах, оставленных нам последствиями изменения климата.

Четыре правила минимализма

Что такое сегодняшняя система потребления, можно объяснить на простом примере. Возьмем Америку. Сегодня средний американец живет в доме в три раза большем, чем 50 лет назад. Казалось бы, это означает «в три раза больше места для вещей». Но нет, параллельно с ростом размера домов и квартир росла и соответствующая индустрия – персональные склады. То есть места, за которые люди готовы платить деньги, чтобы складывать туда вещи, которые не помещаются в их домах. А еще растут долги, стресс и степень загрязнения окружающей среды, а вот уровень счастья, почему-то, все никак не растет. Экологический экономист Тим Джексон описал все это одной фразой: «Нас убедили тратить деньги, которых у нас нет, чтобы оставить впечатление, которое не продлится долго, на людей, которые нам не важны».

Поэтому адепты минимализма настаивают на четырех основных правилах:

— Покупайте только то, что вам действительно необходимо (и принесет вам счастье).

— Безжалостно избавляйтесь от всего ненужного.

— Меньше равно лучше, не только в цене и количестве, но и в размерах.

— Пусть как можно больше предметов вокруг вас будут многофункциональны.

Стоит отметить, что это движение и эти советы основаны на образе жизни в  странах с высоким уровнем потребления. Вопрос – как дать людям в неблагополучных районах необходимое для хорошей жизни и при этом не повторить ошибок индустриальных и постиндустриальных стран. Но это отдельная тема для исследования и обсуждения.

Тем временем в России

В 2017 году Институт исследований развивающихся рынков Бизнес-школы Сколково и Центр устойчивого развития бизнеса провели большое исследование об ответственном потреблении в России. Авторы доклада считают, что в России сегодня есть ряд предпосылок для развития ответственного потребления и спроса на ответственные товары и сервисы.

Потенциальный спрос обусловлен высоким уровнем образования, большой долей населения, проживающего в городах (именно в городах, как правило, наблюдается более высокая концентрация ответственных потребителей), а также относительно высоким средним уровнем доходов (в сравнении с другими развивающимися странами). Но самое главное, судя по опросам, российский потребитель готов платить больше за этичные и натуральные товары. Например, опрос Nielsen Media Research в 2015 году показал, что 61% всех российских потребителей готовы больше платить за продукцию компаний, соблюдающих принципы экологической и социальной ответственности. Годом ранее такую готовность показали лишь 38% респондентов.

Тем не менее есть и тормозящие факторы. Так, в России нет законодательного регулирования экологической ответственности домохозяйств. Нет и общепринятых норм и стандартов ответственного потребления на уровне частных лиц. Это означает, что степень ответственности за модель своего потребления – в частности, за способ утилизации отходов – определяется исключительно личными представлениями и готовностью нести связанные с этим дополнительные издержки. Не хватает экоинфраструктуры – для сбора и переработки мусора, источников альтернативной электроэнергии, доступной эко- и ресурсосберегающей архитектуры или транспортных сервисов.

Свою роль играет и невысокий уровень информированности населения – об устойчивых практиках, видах сертификации, влиянии продукции на окружающую среду. Аналитики Сколково в том же докладе об ответственном потреблении отмечают еще и такой интересный феномен: историко-культурно Россия воспринимается как страна, богатая природными ресурсами, поэтому рациональное использование воды, леса, земли или электроэнергии не резонирует на подсознательном уровне и с трудом становится стандартом поведения потребителей.

Как отмечает российский экологический сертификатор товаров Санкт-Петербургский Экологический союз, в России, как и в других странах, есть тренд на ответственное потребление. Экосоюз ссылается на данные Международного института маркетинговых и социальных исследований (GFK RUS).

Руководитель направления по взаимодействию с органами власти Ассоциации в сфере экологии и защиты окружающей среды «РазДельный сбор» Анна Гаркуша подчеркивает, что на государственном уровне стандартов в отношении ответственного потребления нет. Также отсутствует «зеленая» система государственных закупок, которая могла бы стать драйвером ответственного потребления.

Между тем в 2019 году в России на государственном уровне был запущен нацпроект «Экология», в рамках которого начала действовать программа в области обращения с твердыми коммунальными отходами, что косвенно будет влиять и на формирование системы ответственного потребления в стране.

Однако разрыв между заявленной готовностью к потреблению ответственных товаров и сервисов всегда отличается от фактического уровня потребления. В развитых странах он отличается примерно в два раза, в развивающихся – в 10 раз. Россию в этом смысле можно поставить где-то посередине, то есть разрыв у нас примерно в 5-6 раз, хотя для точной цифры нужны дополнительные исследования и рыночный анализ.

В устойчивом потреблении одной только теории (концепций и принципов) недостаточно. Из основных осязаемых и измеряемых целей можно выделить стремление к тому, чтобы готовность к ответственному потреблению совпадала с практиками ответственного производства. А вместе с этим мы – на индивидуальном и государственном уровне – должны переосмыслить саму концепцию потребления. Что и зачем мы покупаем? Действительно ли нам это необходимо? Как вещи влияют на нашу жизнь и на жизнь тех, кто их сделал? И какие вещи – и вещи ли – делают нас счастливыми?

Статья подготовлена специально для 76 номера издаваемого «БЕЛЛОНОЙ» журнала «Экология и право».