News

Что тот секрет, что этот…

Опубликовано: 27/10/2008

Автор: Юрий Вдовин

Когда-то один очень «осведомленный» журналист как-то написал в своей газетенке, что под грифом “секретно” анекдотов не печатают. Конечно, его можно простить. Не имея “допуска” он и не читал никогда под грифом “секретно” анекдотов. А любой инженер из советского и постсоветского оборонного НИИ или КБ начитался этих анекдотов и насмеялся от них до упаду. Чего только не попадало под гриф “секретно”  и переводы научных статей, оригиналы которых лежат в открытом доступе, и иностранные технические журналы, в которых случайно оказывалась фотография Барышникова и Макаровой, и ТУ на комплектующие изделия самого широкого применения, и рабочие журналы инженеров, в которых и впрямь записывались анекдоты.

И искренне обрадовался рядовой инженер НИИ и КБ в начале 90-х, когда масса высококлассных сотрудников “первых отделов” ушла, наконец, на пенсию, а общество наше стало более открытым, и перестало быть обязательным постыдное сокрытие нашего безумного отставания от цивили-зованного мира в современных достижениях технического прогресса.

Надежда России на открытость, на интеграцию в мировое информационное пространство, в первую очередь. Но беда заключается в том, что мы дать миру можем значительно меньше в информационном плане, чем нуждаемся сами в получении от ушедшего от нас далеко вперед цивилизованного мира. Ну, а секреты  если они действительно есть и имеют какую-то коммерческую или иную ценность  конечно, надо уметь хранить. В соответствии с законом. На высоком профессиональном уровне. Только где его взять среди специалистов по фальсификациям, демагогии и надуванию щек!

Наверное, надо было бы давно честно признать необходимость полного реформирования этих структур. Точнее, полного преобразования на основе ликвидации и построения новой структуры. И бояться этого не надо. Начать надо с разработки концепции государственной безопасности, в основе которой должны лежать обеспечение прав и интересов граждан и защита их от любых посягательств на ущемление этих прав и интересов. При обязательном парламентском и общественном контроле деятельности этих органов. Вот тогда будет понятно, за чем и для кого существуют органы безопасности и охраны действительных государственных секретов.

Может быть, конструктивной ласточкой этого стали Прошедшие 14 октября парламентские слушания в Думе по проблемам совершенствования законодательства о гостайне. Сам факт таких слушаний уже заслушивает внимания. В рекомендациях, выработанных по результатам слушаний, проведен хороший анализ состояния дел в этой сфере. Ну, а сформулированные рекомендации, хоть и вызывают недоумение иногда, все-таки направлены вроде и в сторону здравого смысла. Но все-таки просматривается тенденция если и уменьшить объем засекреченной информации с древних времен, то взамен рекомендуется расширить объем ее за счет более свежих информационных массивов. Не рассматривался на слушаниях как избыточный и перечень сведений, составляющих государственную тайну. Обойдено молчанием и то, что каждое ведомство создает свои такие перечни, и что чаще всего, эти перечни составляются не в интересах безопасности России, а в интересах обеспечения покоя и достатка у чиновничества, которое, прикрываясь заботами о гостайне и безопасности, обеспечивают реализацию своих внутрикорпоративных интересов. И не случайно репрессивная машина карает тех, кто что-то публикует, не догадываясь о том, что разглашает какую-то липовую гостайну и наносит липовый урон безопасности России, но никогда не наказывается тот чиновник, который был обязан не допустить утечки такой «ценной» информации. Именно поэтому в рекомендациях большое внимание уделяется расширению понятия тайн и расширению номенклатуры тайн. Чиновнику нужно как можно больше обоснований на то, чтобы не предоставлять гражданам информации о своей деятельности на деньги налогоплательщиков. Именно поэтому у нас до сих пор нет закона о праве граждан на информацию, об обязанности властей обеспечить доступ граждан к информационным ресурсам, создаваемых на деньги налогоплательщиков, и, стало быть, являющимися действительными собственниками этих информационных ресурсов. Но в рекомендациях слушаний мы встречаем сетования на то, что не определен собственник информационных ресурсов, под которым авторы рекомендаций понимают чиновника, который по своему произволу будет этими ресурсами распоряжаться. И не предусматривается никакой ответственности чиновника за необоснованное сокрытие общественно значимой информации от граждан.

Странной выглядит, к примеру, рекомендация создавать специализированные органы, которые будут определять материальный ущерб, наносимый в связи с нарушением законодательства о гостайне. Это как? Как решат эти «специалисты»?

Но говорить обо всем этом надо, и хорошо, что состоялись хоть и куцые, но все-таки парламентские слушания по этому вопросу. Хотелось бы только, чтобы к обсуждению этого вопроса подключилось большее количество действительно специалистов в этой сфере, понимающих, что избыточность в секретности ведет к изоляционизму и застою.