News

Вместо ликвидации разливов, нефть пускают ко дну

Oljesøl på en strand.

Опубликовано: 29/10/2007

Автор: Рашид Алимов

Из-за нежелания природоохранных служб использовать для ликвидации нефтяных разливов сорбенты, связывающие нефть на поверхности, происходит донное загрязнение водоемов.

«Чиновникам удобнее использовать сорбенты, оседающие на дно. Тогда можно сразу отчитаться о ликвидации разлива: концы в воду. При использовании нетонущих сорбентов, нужно ещё организовывать сбор насыщенных нефтью сорбентов с поверхности», — говорит кандидат биологических наук Геннадий Шведчиков, член Союза ученых Петербурга. На сегодня на дне водоемов Ленинградской области и других регионов России находятся сотни тонн нефтепродуктов.

«Донное загрязнение водоемов нефтепродуктами более опасно, чем поверхностное загрязнение», — считают во Всероссийском нефтяном научно-исследовательском геологоразведочном институте (ВНИГРИ).

«На дне, даже при применении биосорбентов, нефть долговременно практически не разрушается, — для работы биосорбентов необходимы температуры выше +10 градусов», — говорит Шведчиков. На дне, под давлением, нефтепродукты превращаются в твердое вещество, и даже нефтеокисляющие бактерии не могут его разрушить, без доступа кислорода. На дне выделяется метан, сероводород, окись азота, двуокись углерода. В придонном слое генерируются газы, убивающие биоту, в том числе, икринки рыб. Однако эти псевдосорбенты широко используются природоохранными службами и Северо-Западным региональным управлением МЧС.

bodytextimage_Shvedchikov.jpg Photo: Bellonaٌ

При ликвидации нефтяных разливов на поверхности предпочтительнее механический сбор нефти и нефтепродуктов с последующей утилизацией их на берегу, чем перевод разлившихся нефтепродуктов с поверхности на дно бассейна. Такой вывод содержится в письме ученых ВНИГРИ, направленном несколько лет назад в Ленинградскую федерацию профсоюзов.

«Комитеты по природным ресурсам Петербурга и Ленинградской области тратят миллионы рублей на закупку сорбентов, которые оседают на дно, в том числе так называемых биосорбентов. При этом в нарушение всех норм о равенстве возможностей участников конкурса, закупки по конкурсам производятся не на сорбенты в принципе, а на конкретные марки сорбентов», — добавляет Шведчиков. О последующей регенерации или утилизации этих сорбентов ничего неизвестно.

«Тем самым чиновники осознанно способствуют загрязнению дна акватории Финского залива и Невско-Ладожской системы», — говорит ученый.

Как показывают документы, имеющиеся в распоряжении редакции «Беллоны.Ру», конкурсы городского комитета по природным ресурсам представляют возможности немногим больше — когда изобретатель попытался участвовать в конкурсе, его заявку отклонили, поскольку «был представлен неполный перечень продукции». В списке поставки сорбентов от поставщика требовалось поставить помимо собственно сорбентов ещё и боны, концентраты для мойки загрязненных цистерн и т.п.

«И так и продолжается: нефть оседает на дне акватории Финского залива, а деньги — в карманах недобросовестных ученых и чиновников», — говорит Шведчиков.

Сам Шведчиков является изобретателем сорбента «Руссорб» на основе пористых алюмосиликатов, связывающего нефть, и не оседающего на дно. Нефть, связанная этим сорбентом, не пачкает и не склеивает перья водоплавающих птиц — то есть становится возможным предотвратить ужасную картину, которая наблюдается практически при каждом крупном разливе нефти. Эффективность очистки с помощью этого сорбента может составлять до 99,9% — но для этого необходимо собрать связанные сорбентом нефтепродукты. Эффективность его сорбента подтверждается лабораторией «Водоканала» и других аккредитованных лабораторных центров.

«После этого нефть с сорбентом можно собрать скиммерами, причем лопасти не будут забиваться, сорбент не слипается в комки. Очистки воды делать после этого не нужно — сорбент удерживает нефть и не впитывает воду, в отличие от других сорбентов», — говорит Шведчиков. На небольших площадях сбор сорбента с нефтью возможен подручными сетчатыми средствами.

При этом действие любых сорбентов замедляется при низких температурах: нефть становится более вязкой, мазут становится твердым. Когда нефть вмерзает в лёд, для ликвидации разлива возможно только дробить лёд.

«Крайне уязвимым для нефтеперевозок регионом является Арктика, и транспортировка на Севере представляет экологическую угрозу», — говорит представитель «Беллоны-Мурманск» Нина Лесихина.

Лабораторные испытания Ленинградского областного лабораторного центра на токсичность, в которых для определения токсичности использовали рачков-дафний и сперму быка, показали, что сорбент экологически безопасен.

«Это актуальный вопрос», — считает Лесихина. Она уверена, что необходимо проводить комплексную оценку эффективности использования сорбентов в каждом конкретном случае с учетом объемов разлитой нефти, территории, близости к особо охраняемым природным территориям итд.

Существуют и другие способы ликвидации нефтяных разливов. С помощью диспергентов нефть превращается в мелкие капли, которые перемешиваются с водой, окислительные процессы начинают происходить быстрее. Однако диспергенты токсичны и негативно действуют на рыб, птицы и морских животных.

«Использование диспергентов для ликвидации нефтепродуктов с поверхности моря, особенно в Арктических условиях, зачастую может нанести больше вреда экосистеме, нежели способствовать очистки акватории», — добавляет Лесихина.

Сжигание позволяет убрать с поверхности воды до 90% нефти, но также неблагоприятно для водных обитателей, и разрешается только вдали от заповедников и населенных пунктов.

Простое откачивание нефти с поверхности с использованием насосов является самым безвредным, но и наименее эффективным.

В Мурманской области для борьбы с разливами преимущественно используют скиммеры. Так, ответственное за ликвидацию разливов Мурманское бассейновое аварийно-спасательное управление (МБАСУ) закупило сорбент на основе вермикулита 15 лет назад и так до сих пор ни разу не использовало его, что связано с отсутствием технологий его дальнейшей переработки.