Экологическая ответственность топливно-энергетического комплекса остается на уровне прошлого века

ingressimage_oil-pipe.jpg Photo: RAIPON

В отчете, который был представлен журналистам 26 июня, опубликованы мнения ведущих российских компаний о том, насколько для них важна экология.

«Российские компании, особенно представители добывающих отраслей и тяжелой промышленности, становятся глобальными игроками, в больших масштабах приобретая активы за рубежом и осуществляя иностранные инвестиции. Соответственно, международному сообществу необходимо составить правильное представление об этих новых транснациональных корпорациях и понять, как они будут вести бизнес, в первую очередь в развивающихся странах, и особенно с точки зрения проявления экологической ответственности и содействия устойчивому развитию», – считают в WWF.

В настоящий момент в России ведутся оживленные дебаты по поводу того, кто может стать наиболее эффективной движущей силой устойчивого развития в России: правительство, неправительственные организации, бизнес или население. Поэтому одной из основных задач исследования WWF было выяснение того, «может ли российский бизнес (и, прежде всего, бюджетообразующий топливно-энергетический) претендовать на эту роль», – амбициозно заявили авторы исследования. Так был ли получен ответ на этот вопрос?

Обратная связь
Судя по обратной связи, полученной в ходе опроса: анкета была направлена 315 крупнейшим российским компаниям, выбранным из так называемого списка Эксперт-400 (опубликованного журналом в 2006 году), из которых ответили 67 компаний (21%), пока компании об этом задумываются мало. Авторы проекта считают такой процент ответов нормой. «В принципе это неплохо, на этой основе уже можно делать выводы», – говорит Нина Пусенкова, старший советник по торговле и инвестициям WWF. «Конечно, не все так однозначно, но ведь компании могли просто не отвечать на анкету», – отмечает Евгений Шварц, директор по природоохранной политике WWF России.

Показательно, что самый высокий процент участия в опросе отмечается у представителей нефтегазового и энергетического сектора – 10 компаний (14%). Вертикально-интегрированные нефтяные компании ответили стопроцентно. Авторы объясняют это тем, что именно эти компании наиболее активно выходят на мировые рынки и поэтому вынуждены демонстрировать свою сознательность.

Однако с готовностью отвечая на общие вопросы, они часто стремятся скрыть конкретные негативные факты своей деятельности. Опросы компаний на предмет прояснения их экологической политики – дело для российской общественности не новое. Фактически параллельно проекту WWF в 2006 году Независимое экологическое рейтинговое агентство (НЭРА) провело анкетирование 137 компаний и 800 предприятий, входящих в их состав с целью составления рейтинга их прозрачности. Значительную часть опрошенных составили нефтегазовые компании.

Место в рейтинге определялось по числу раскрытых ими для общества конкретных социальных и экологических показателей, например, таких как объем образовавшихся отходов и затраты на социальное развитие персонала.
В списке НЭРА нефтяники оказались как в числе лидеров, так и среди аутсайдеров. Это говорит о том, что конкретные экологические показатели своей деятельности они раскрывают куда менее охотно, чем взгляды на экополитику.

«Конец трубы»
Такая ситуация вполне объяснима, российские компании еще только начинают становиться прозрачными, к тому же их деятельность по охране окружающей среды пока оставляет желать много лучшего. Ответы на вопросы анкеты WWF показывают, что большинство российских компаний, особенно нефтегазовые, сегодня претворяют в жизнь природоохранную практику, которая применялась в странах Европы и США несколько десятилетий назад. Это в основном реагирование на возникающие проблемы постфактум. Компании стараются снизить уровень загрязнения за счет использования так называемых оборудования и технологий «на конце трубы».

Нефтегазодобывающие и электроэнергетические компании, по данным НЭРА, все еще имеют наибольшие экологические издержки по сравнению с другими отраслями. Эти компании пока не способны работать с минимальным потреблением природных ресурсов и низким коэффициентом образования отходов разных типов. При этом в электроэнергетической отрасли количество предприятий, повысивших свою экологическую эффективность с 2000 по 2005 годы, в 3,5 раза превышает число низкоэффективных предприятий, а среди нефтегазодобытчиков компаний, неизменно пагубно влияющих на окружающую среду, как минимум в два раза больше, чем стремящихся хотя бы немного повысить свои экостандарты.

В течение последних нескольких лет зависимость России от ее топливно-энергетического комплекса стабильно возрастала и сейчас он обеспечивает порядка одной четверти внутреннего валового продукта, трети промышленного производства и половины бюджетных и валютных поступлений страны. Не удивительно, что нефтяникам многое сходит с рук. Даже такое очевидное экологическое преступление как строительство грязной нефтяной трубы прямо на берегах Байкала общественность остановила с огромным трудом. Кстати, компания «Транснефть», строящая этот трубопровод (теперь уже в обход Байкала), опрос WWF проигнорировала.

Что дальше?
Эффективное использование природных ресурсов нефтегазовые компании называют своими основными принципом и ценностью. Однако данные рейтингов НЭРА подтверждают, что пока это очень далеко от реальности.

В ответах на опрос WWF компании также активно высказываются за энергосбережение. Экономика России отличается крайне неэффективным использованием энергоресурсов, что сделает ее неконкурентоспособной. Например, ежегодно, по данным газеты «Ведомости», порядка 70 млрд. кубометров природного газа теряется только в процессе его транспортировки.

Оценить эффективность мер компаний по энергосбережению сложно. Всероссийских рейтингов предприятий по количеству потребляемой ими энергии на единицу продукта пока еще никто не составлял. Однако в будущем, после либерализации в России цен на энергоносители, энергосбережение, очевидно, станет одним из основных критериев оценки экологичности компаний.

Среди мер, которые, по их словам, предпринимают нефтегазовые компании по уменьшению экологического воздействия своей деятельности – более высокая степень использования попутного газа вместо сжигания в факелах, о чем уже давно говорят экологи, и консультации с общественностью и экологическими неправительственными организациями. При этом лишь 2% всех опрошенных компаний считают работу неправительственных организаций важным фактором, стимулирующим природоохранную деятельность российских предприятий. В WWF связывают это с недостаточной активностью НПО по продвижению принципов устойчивого развития в бизнес-сообщество и, в частности, в нефтегазовую отрасль.

Однако возможно, причина такой оценки заключается в том, что деловые круги недостаточно полно представляют себе поле деятельности НПО, которые в реальности влияют и на природоохранную активность населения, и на предпочтения потребителей продукции и, в конечном счете, на конкурентоспособность товаров и услуг. А эти факторы признаются ключевыми стимулами гораздо большим количеством компаний – примерной половиной опрошенных. Большинство предприятий рассматривает экологизацию как способ избежать «административного воздействия», то есть ограничительных мер со стороны государства.

Очевидно, что вопрос, поставленный авторам исследования WWF о наиболее эффективной движущей силе устойчивого развития, не может иметь однозначного ответа. К тому же, важно не то, кто инициатор «позеленения» бизнеса, а то, чтобы вред от негативных последствий чьей-то «хозяйственной деятельности» хотя бы не превышал размер пользы, которую она принесла обществу.