Комментарий: Небо против Росатома

ingressimage_e4d19c30725da8713f417d11d256d711.jpeg Photo: www.nrdc.org/nuclear/warplan/index.asp

Две аварии с отключением электроснабжения радиационно-опасных объектов произошли на этой неделе. В обоих случаях причина аварий – не что-то из ряда вон выходящее, а довольно обычное природное явление – гроза.

Так 6 июля в Иркутской области на 3,5 часа был обесточен Ангарский электролизный химический комбинат (АЭХК), уранообогатительное предприятие на базе которого создается Международный центр по обогащению урана. А 9 июля из-за попадания молнии в портал воздушных линий электропередач отключился один из трех генераторов на Белоярской АЭС, расположенной недалеко от Екатеринбурга. Из-за этого пришлось снижать мощность реактора атомной станции.

Интересно, что об этих авариях сообщали федеральные телеканалы, соответственно ТВЦ и Первый. Не секрет, что ранее происшествия на предприятиях Росатома предпочитали замалчивать, что приводило к волне слухов и панике. По информации атомщиков, и на АЭХК и на АЭС отключение электричества не привело к серьезным последствиям. Надеюсь, что это правда. Однако эти происшествия наводят на размышления и вызывают ряд вопросов.

Главный урок – общий – объекты атомной энергетики оказались уязвимы для «слепой» молнии, все громоотводы оказались неэффективными. Напрашиваются вопросы про остальные системы защиты, о которых любят рассказывать сотрудники ядерных предприятий. Если на практике они столь же бесполезны, то очередное происшествие может привести если не к катастрофе, то к серьезной аварии. А рядом с Белоярской АЭС – Екатеринбург, рядом с АЭХК – Ангарск и Иркутск, да и Байкал недалеко. И вообще, ядерных комбинатов и АЭС на карте России много и грозы часто случаются…

Но остановимся все же на возможных последствиях ударов молнии.

АЭХК

Главная товарная продукция предприятия — обогащенный уран, а главные отходы – обедненный уран.

Беда в том, что обедненного урана на предприятии скопилось огромное количество, как своего, так и завезенного из-за рубежа. Спутниковые снимки территории комбината поражают – тысячи металлических контейнеров с отходами лежат под открытым небом. А находится обедненный уран не в металлической или оксидной форме, а в виде подвижного и химически активного вещества – гексофторида.

Гексофторид урана (ГФУ) превращается в газ всего при 56 градусах (именно в виде газа его запускают в центрифуги для обогащения), он может реагировать с водой (даже с влагой воздуха) с образованием опасной плавиковой кислоты. По зарубежным данным, при массовом выбросе ГФУ смертельные случаи могут произойти на расстоянии до 32 км. Напомню, Ангарск совсем рядом, а некоторые кварталы Иркутска находятся в 30 км. от опасного предприятия.

Если площадки с ржавеющими контейнерами, в которых находится химически опасные радиоактивные отходы так же «надежно» защищены от удара молнии, как ЛЭП, то страшная авария может произойти не только из-за атаки террористов или падения самолета, но и из-за обычной грозы.

«Прошел всего лишь месяц с экскурсии на территорию АЭХК и полторы недели с визита в Ангарск Сергея Кириенко для подписания соглашения с губернатором Иркутской области о сотрудничестве по созданию Международного центра по обогащению урана. Жизнь в очередной раз показала, что аварии на АЭХК возможны. На этот раз, вроде бы, по информации Росатома, обошлось без последствий. Но кто может гарантировать, что в следующий раз обойдется?», — задает вопрос "Байкальская Экологическая Волна".

На иркутском новостном сайте Бабр последствия грозы вызвали интересное обсуждение: «Утечки, разгерметизация… АЭХК об этом ни слова не скажет, когда они произойдут».

Люди не доверяют атомщикам, опасаются аварий, и протестуют.

Крупнейшие экологический организации Прибайкалья — «Байкальская экологическая волна» и Байкальское движение настаивают на том, что сначала Росатом должен обеспечить безопасность своей деятельности не только в штатном режиме работы, но и в случае аварий и катастроф.

Неоднократно в Иркутске и Ангарске проходили митинги и пикеты против планов расширения уранообогатительного производства и создания на базе АЭХК Международного центра по обогащению урана, а 26 июля начнет работу Национальный антиядерный лагерь. Главная проблема – нежелание атомщиков тратиться на перевод отходов в менее опасную форму и планы увеличения аж в четыре раза мощности уранообогатительного производства. Может, удар молнии заставит власти всерьез принять опасения граждан и отказаться от опасных планов?

Белоярская АЭС

Отключение одной из линий электропередач, останов одного из генераторов и вызванное этим снижение мощности реактора неспециалисту не кажется чем-то опасным. Однако это не так.

Для ядерного реактора режимы снижения мощности – своего рода стресс. Даже при плановом понижении мощности реактор становится менее управляем, просто в силу физики процессов. Началом Чернобыльской катастрофы стало именно плановое снижение мощности реактора. Хорошо, что 9 июля на БАЭС все прошло без серьезных проблем, но где гарантии, что повезет в следующий раз?

Обесточение АЭС – это опасно. На той же Белоярской АЭС в 2000 году в результате отключения одной из линий электропередач вышли из строя все остальные подходящие к станции ЛЭП. Мощность реактора некуда было передавать, его пришлось заглушить. Но возникла другая проблема. Заглушенный реактор стал потребителем энергии – через него надо прокачивать охладитель (в случае БАЭС – жидкий натрий). Иначе – разогрев реактора, расплавление активной зоны и взрыв.

К счастью, резервные дизель-генераторы были запущены и катастрофы не произошло. Да, это удача – автоматика штатно выдала сигнал на запуск, в дизелях было топливо, смазка не загустела… А вот Кольской АЭС в 1993 году повезло меньше. Станция тоже была обесточена, но не из-за грозы, а в результате снегопада и штормового ветра. Остановлены были все 4 реактора. Их надо было охлаждать, а дизель-геренаторы блоков 1 и 2 не подключились… К счастью, трагедии удалось избежать, но АЭС действительно была «в шаге от Чернобыля».

Урок простой – АЭС и ядерные комбинаты могут взорваться не только из-за ошибки оператора, отказа автоматики или недостатков конструкции. К серьезной аварии может привести снег, шторм, гроза… В мире после аварий на Чернобыле, Маяке, Селлафилде нельзя уповать на надежность атомной энергетики. Не слишком ли часто мы искушаем судьбу, создавая слишком опасные установки, производим опасные отходы? Может, все же отказаться от атомной энергетики по примеру Бельгии, Германии, Австрии, Италии, Швеции? Тогда, может, и жизнь спокойнее станет, и на возобновляемую энергетику средства найдутся…

Андрей Ожаровский

idc.moscow@gmail.com