News

На кругах химического ада, или спасите кота…

Опубликовано: 26/03/2005

Автор: Светлана Геллертова

«Мой дом – моя крепость»... А если не крепость, а газовая камера? Не место, где можно отдохнуть, почитать книжку и заняться домашними хлопотами, а пыточная или лаборатория, где проходит эксперимент по выживанию в условиях химических атак? И происходит все это в течение многих лет. В Нижнем Новгороде человек сорок жильцов около десяти квартир в самых разных районах города обращаются с жалобами во все инстанции на то, что в их квартирах присутствуют посторонние и крайне неприятные запахи. Мы писали об этом в №13/2004.

Самые настойчивые из отравляемых, Людмила Зеленцова и Татьяна Антонова, добились, чтобы в их квартирах были проведены замеры. Анализ показал, что в квартирах присутствуют пары соляной, уксусной, азотной, муравьиной кислот, фенола; формальдегид. В количестве от одной до семи (!) ПДК (предельно допустимые концентрации). На улице при этом ничего похожего не было обнаружено. В ответе областного ЦГСЭН (который делал замеры) за подписью главного санврача области Евгения Петрова говорилось: «Перечисленные кислоты не относятся к характерным загрязнителям воздуха жилых помещений, и их присутствие связано, скорее всего, либо с хранением химических веществ, либо с использованием их при производстве каких-либо работ». (И было это аж в августе 2001 года).

Так что еще надо-то?! Нарушен Жилищный кодекс: жилое помещение используется как производственное. Налоговый кодекс: производство нелегальное. Грубо нарушены конституционные права граждан, имеющих право на благоприятную экологическую среду и достоверную информацию о ее состоянии. Расследуйте, выясняйте, наказывайте!

Сотрудники ГСЭН и тот же Петров заявляют, что СанПиН 2.1.2.1002-00 «Санитарно-эпидемиологические требования к жилым зданиям и помещениям» предусматривает проведение контроля воздушной среды только при вводе жилого помещения в эксплуатацию (п. 10.3), поэтому следует отозвать результаты анализов как… незаконные. Ну можно ли придумать большую глупость?! В этом пункте СанПиНа нет слова «только»! Зато есть пункт 1.2: «Данные правила устанавливают санитарные требования, которые следует соблюдать при проектировании, строительстве, реконструкции, а также содержании эксплуатируемых жилых зданий и помещений»… И есть пункт 9.1: «Не допускается использование жилого помещения для целей, не предусмотренных проектной документацией; хранение и использование… веществ и предметов, загрязняющих воздух; выполнение работ или совершение других действий, являющихся источником повышенных уровней загрязнения воздуха либо нарушающих условия проживания граждан в соседних жилых помещениях».

Зачем же так непрофессионально-то? Зачем тупо повторять сказанную кем-то, пусть и официально, глупость?!

А еще ведь есть «Гигиенические нормативы (ГН) ПДК загрязняющих веществ в атмосферном воздухе населенных мест. (ГН 2.1.6.695-98)», которые действуют в области гигиены воздуха и жилых помещений. Так ответил на запрос Департамент госсанэпиднадзора Минздрава РФ. Так что все это отговорки, как и отфутболивание жалобщиков в органы милиции.

Там, кстати, отвечают, что оперативно-розыскные мероприятия не подтвердили информацию о незаконном химическом производстве. (А неофициально сотрудники милиции говорят пострадавшим, что начальство им не разрешает проводить расследование.) Эколог из межведомственной комиссии, которая поначалу загорелась желанием помочь людям, обмолвился: «Мы не знали, с чем столкнулись»…

94b1e9ddbdb90f8c0d405381f51da162.jpeg

А с чем? Журналист из Москвы Сергей Смирнов приезжал в Нижний, проводил журналистское расследование. Пришел к выводу, что наши «надомники» варят на дому наркотик первитин (в просторечии «винт»). У него сложилось устойчивое впечатление, что сотрудники милиции, чиновники администрации и санитарные врачи в сговоре с наркоторговцами. Все свои выводы и впечатления Сергей изложил в статье «От винта!» («Новая газета» № 12 от 19.02.04).

После шума, поднятого в прессе, и некоторых телодвижений местных структур соседи-умельцы притихли. Но не везде. У Зеленцовых, по свидетельству хозяйки, стало еще хуже. Как будто назло…

Но жить-то надо. Людмила Николаевна продолжает бороться. Пишет запросы в администрацию президента РФ, в Генпрокуратуру, главному санитарному врачу России, в комитет по экологии Госдумы РФ. Ответы приходят из местных органов. Все те же отговорки и отписки, как под копирку. Про СанПиН, отсутствие методик и т.д.

Суды она проиграла. Судьи приняли во внимание «незаконность» проведенных замеров и ссылку ГСЭН на пункт 10.3 вышеупомянутого СанПиНа, то есть какие-то формальности, потому что химия в квартире присутствует (это доказано), и права жильцов грубо нарушены, это не подлежит сомнению. Законодательство есть, просто его не хотят соблюдать.

Я была в квартире Зеленцовых на улице Шаляпина,10. Через десять минут пребывания там голову как будто сдавило стальным обручем. Готова свидетельствовать в любом суде: жить там можно только стоя под распахнутой форточкой. И это не «результат жизнедеятельности» (один из перлов межведомственной комиссии и ГСЭН). Потому что никакой жизнедеятельности там уже давно не было – Зеленцовы переехали. А запах был, резкий и неприятный, был желтый налет на ванне, которую хозяйка оставляла чисто вымытой.

Они переехали в другой район. Но… случилось страшное. Через некоторое время Людмила Николаевна и ее муж с ужасом поняли, что история повторяется. Снова запахи, звуки работающей молотилки, трещинки на коже рук, жжение в горле, желудочно-кишечные расстройства. Их оппоненты обрадуются: «Да у них просто крыша поехала!» Допустим. Хотя Людмила каждый год на работе проходит медосмотр, в том числе и у психиатра, который официально подтвердил, что с головой у нее все в порядке. Но – допустим. А кот? Их кот Барсик, которого рвет почти каждый день, да иногда не по разу? Он-то никуда не пишет, никому не жалуется. Просто молча страдает. Я недавно побывала и на новой квартире Зеленцовых. Запах был, густой и тяжелый. Мне показалось – пищевого происхождения, что-то вроде подгоревшей картошки и вареной сардельки. Но ничего похожего в доме в это день не готовили, а запах горелого, как мне объяснили, мог трансформироваться мозгом во что-то знакомое. Прояснить дело могут только замеры, а их делать отказываются все, даже за деньги, как бы Людмила Николаевна этого ни добивалась. В одном из районных ЦГСЭН прямо сказали, что не сделают нигде, потому что запрещает… милиция. Что же касается кота… Меня поразили его глаза с расширенными до предела зрачками, как от сильной боли, даже в освещенном помещении.

14ed8a5fc774821aecbcab32ec20b800.jpeg

— Не обязательно от боли, – ответил на мой вопрос опытный практикующий ветврач, кандидат биологических наук Геннадий Послов. – При отравлении зрачки могут или суживаться, или расширяться. То, что ты рассказала, похоже на симптомы хронического отравления. Рвота – классический признак.

Так что же кот-то – притворяется? В угоду странным хозяевам? На прежний квартире у него еще и кровавые язвы появлялись на коже; зубы выпали все (чего не бывает даже у очень старых кошек, а Барсик не так уж и стар). Но если кот болен, то и хозяева ничего не придумывают.

Если никому людей не жалко, может, защитники животных поднимутся на защиту кота?

А Людмила Николаевна готовит надзорную жалобу в коллегию областного суда. И заявление в Страсбургский суд… Наши местные чиновники от ГСЭН, органов ВД и других структур имеют шанс крепко прославиться.