News

Владимир Грачев: «Мы можем завезти ОЯТ, переработать. Без ущерба для людей»

Опубликовано: 31/05/2004

В начале интервью я попросил Владимира Грачева рассказать немного о себе. В ответ на это Владимир Александрович предложил мне свою книгу с романтическим названием «Теория и практика личного успеха»: там, на последней странице обложки, был указан трудовой и политический путь председателя комитета по экологии Госдумы, члена политического совета партии «Единая Россия», члена Российской Академии Наук…

Из автобиографической справки:
«…Родился в 1942 году в деревне Тайманиха Ивановской области. С отличием закончил ивановский индустриальный техникум по специальности «теплотехника».

…Работая на Пензенском компрессорном заводе, активно занимался изобретательской и рационализаторской работой.

С 1980 года избирается на должность завкафедрой «Машины и технология литейного производства».
Автор свыше 190 изобретений, более 450 публикаций, в том числе 8 монографий, 4-х учебников для вузов, 15 учебных пособий.

В 1990 году избран народным депутатом РФ, а затем членом Верховного Совета России…

С 1994 по 1999 гг. работал руководителем аппарата Комитета Совета Федерации по науке, культуре, образованию, здравоохранению и экологии и активно занимался законодательной деятельностью.

В 1999 г. избран депутатом Госдумы от избирательного блока «Единство-Медведь»…

…Участвует в разработке 30 законопроектов. Впервые за все созывы Госдумы разработана и принята «Природоохранная конституция» — Федеральный закон «Об охране окружающей среды», что позволяет рационально сочетать охрану окружающей среды с рациональным природопользованием и эффективным ведением всех отраслей народного хозяйства».

Реплика по поводу книги:
«Много книг вышло еще. Ну, в общем, все понятно. В этой книге я делаю как бы такую попытку осмысления жизни, успехов своих собственных и успехов других людей. Как стать богатым, например, и так далее… Про Дерипаску, например, пишу: все, что он имеет, он добыл или отнял сам — волчьей хваткой, хитростью, наглостью и тем, что умел выживать до конца своих конкурентов. Это цитата. Я не сам так его, я ссылаюсь…».

О том, чего удалось добиться Комитету по экологии в период работы Думы третьего созыва (1999-2003 гг.):
— Удалось поддержать достаточно высокий уровень экологического законодательства. Удалось принять закон об охране окружающей среды в новой редакции. Я считаю это серьезным достижением в тех условиях, которые были. Такие вещи, как оценка воздействия на окружающую среду, стандартизация, сертификация, экологический аудит, экологическое страхование и многие другие институты природоохранного права, введены этим законом. Поэтому этот закон, мне кажется, достаточно прогрессивный. Это удача номер один.

Удача номер два — нам удалось доказать необходимость отдельного природоохранного органа, не зависящего от управленческих органов. В том, что в административной реформе служба экологического контроля стала отдельной, мы считаем, есть заслуга и нашего комитета.

О неудачах в законотворчестве:
К неудачам предыдущего созыва можно отнести то, что, к сожалению, не удалось реализовать очень многие планы совместно с правительством по очень многим законотворческим инициативам. Что я имею в виду? В планах предыдущего министерства и комитета по экологии Госдумы было много законопроектов, которые касались реализации экологической доктрины — был специально разработан правительственный план, который с МПР вместе утвердили два комитета. В нем были законы об экологизации автотранспорта. В Москве экологическая обстановка почему тяжелая? Потому, что из 1900 тысяч тонн, выделяемых в атмосферу, 1800 тысяч выделяет автотранспорт.

Неудачей следует считать то, что не удалось принять закон о плате за негативное воздействие на окружающую среду. Несмотря на то, что я предложил такой закон, что правительство одобрило его. К сожалению, не удалось найти общий язык с министерством, которое возглавлял Артюхов.

Сейчас, мне кажется, мы все это наверстаем. Я познакомился с новым министром Юрием Трутневым. Мы в очень хороших отношениях. Больше того, после встречи со мной, где я говорил какие-то вещи, на заседании правительства он озвучил то же, что говорил мне. Понимаете, у него слова не расходятся с делом. Я надеюсь, что так и будет продолжаться и возглавляемое им министерство даст новый динамический толчок, в том числе и в вопросах экологического законодательства.

А законодательство это необходимо совершенствовать, особенно с точки зрения реализации доктрины, урегулирования главных природоохранных сфер, будем так говорить: воздух, вода, почва. А до этого нужно принять Лесной кодекс, Водный кодекс и закон о недрах.

О Лесном кодексе
— Мы подробно обсуждали его. У нас есть ответственные за каждый кодекс. За Лесной отвечает моя заместитель Марина Яковлевна Лебедева, за Водный — Косариков Александр Николаевич. У нас очень демократично проходят обсуждения. Мы всегда выступали за восстановление Госкомэкологии, за создание отдельного контрольного органа, несмотря на то, что придерживались пропрезидентской позиции. По этому вопросу я неоднократно выступал.

По Лесному кодексу мы свою позицию высказали и на заседании правительства, и на парламентских слушаниях. Я считаю, что Лесной кодекс — это больше экологический закон, чем закон хозяйственного свойства. Леса — это основа сохранения чистоты воздушного бассейна. Я считаю, что западные страны, страны Западной и Восточной Европы, обязаны России. Если взять трансграничный перенос, то в нашу сторону вредных веществ от них поступает больше в 2–2,5 раза. У них антропогенная нагрузка на природную среду гораздо выше.

О Киотском протоколе
— На данном этапе, когда США, Индия и Китай не хотят его подписывать, а Западная Европа усиленно пытается нам его навязать, с научной точки зрения его ратификация малоэффективна, а с экономической — нецелесообразна.

Я вообще-то сторонник Киотского протокола. Любой эколог должен быть сторонником того, что способствует улучшению экологической ситуации. Киотский протокол способствует уменьшению выделения газов, которые могут оказать антропогенное воздействие на окружающую среду.

Но как ученый я скажу, что на самом деле никакого воздействия те пределы, которые могут повлиять, не окажут. Если, к примеру, не будем сжигать уголь. Сжигание его наносит больший вред, чем атомные электростанции. С добычей угля добывается из недр и радиация. Добыча угля связана с повышенной радиоактивностью. Люди должны изобрести альтернативные источники энергии. Например, из воды. Фактор пресной воды, скажем, слабо учитывается. Каждый день на каждого человека выпадает одна тысяча тонн воды. Это глобальный фактор.

Ближайшие планы
Нужно принять в обязательном порядке Лесной кодекс. Кстати, я не думаю, что он будет принят сходу. У меня и у моих коллег есть к нему серьезные претензии. Второе — Водный кодекс. Далее — закон о недрах и огромный блок технических регламентов. Только по радиационной безопасности их планируется принять 17 штук. По экологической безопасности, по безопасности пищевых продуктов, по санитарно-эпидемиологическому благополучию населения, по питьевой воде… Я доволен тем, что технические регламенты будут утверждаться законами. Я даже не сразу понял и выступал сначала против. Но потом стало ясно, что принятие нормативов по питьевой воде, по радиационной безопасности и других, влияющих в конечном итоге на конституционное право человека, право на жизнь, должно быть закреплено законами.

Сейчас идет обсуждение регламентов на комитете, по общественной линии — есть такой союз потребителей, союз участников потребительского рынка, в других комитетах Госдумы… Я только против того, чтобы эти обсуждения были заказухой со стороны каких-то сил. Например, санитарно-эпидемиологические нормы может лоббировать союз пивоваров — чтобы что-то им не перекрыли. Здесь я всегда занимаю позицию санитарного врача. Я только один пример привел, а их может быть много. Поэтому важно не допустить, чтобы принятые регламенты были выражением чьих-то корпоративных интересов в ущерб населению.

Например, подход к регламентам по питьевой воде может быть таким: главное в питьевой воде — безопасность для населения, а какое давление, кто владелец крана и трубопровода — это вторичные вопросы. С принятием технического регламента отпадет необходимость в принятии закона о питьевой воде.

О плате за ущерб природе
Далее — я думаю, что очень важным будет принятие закона о плате за негативное воздействие на окружающую среду. В планах правительства это есть. Мной закон подан уже давно, он, правда, пока не получил положительной оценки правительства, но я надеюсь, что мы найдем общий язык по этому вопросу.

Также будем настаивать на принятии закона об экологизации автотранспорта. Но он тоже с принятием технических регламентов может «уйти». Мы придем к необходимым стандартам Евро-3 и Евро-4. А сейчас даже стандарт Евро-2 не везде соблюдается. Я недавно был на нефтеперерабатывающем заводе в Капотне — вот где экологическая помойка! Причем речь идет не о загрязнении воздуха — главное, там идет загрязнение почвы. А Москва-река рядом. Да и по воздуху… Они поставили эту трубу с семью трубами распыла пара — это пыль в глаза. Одному богу известно, что там выбрасывается. А ведь это столица страны! Ладно бы бензин они делали хорошего качества, так нет же! Мэр Москвы Лужков декларирует вынос вредных предприятий за пределы Москвы. Это правильно. Я считаю, что Капотненский НПЗ и коксогазовый завод в Видном должны быть вынесены за пределы Москвы и Московской области. Потому что здесь очень высокая плотность населения. Здесь, в мегаполисе, надо бороться за экологию.

О сотрудничестве с экологами
У меня никаких предпочтений нет, я готов сотрудничать со всеми: с вами, с Гринпис… Я за то, чтобы вести диалог со всеми. И ни от одного слова не отказываюсь, которые вам в коридоре говорил. (О том, что некоторые экологические организации, получающие зарубежные гранты, очерняют нашу родину — прим. Г.П.) Я готов к любому диалогу.

О позиции «Яблока»
По многим экологическим проблемам позиция Российской демократической партии «Яблоко» для меня неприемлема. У нас принципиально разная точка зрения по вопросу о ввозе отработавшего ядерного топлива. Моя точка зрения известна — я за ввоз. Но по многим другим вопросам у нас с «яблочниками» мнение совпадало. К примеру, по проекту закона об использованию этилированного бензина.

О ввозе отработавшего ядерного топлива
Здесь работает синдром испуга после Чернобыля. Серьезная авария, серьезные последствия, серьезные опасения на этот счет… Я был в Японии на атомной электростанции, на заводе по хранению и переработке ядерного топлива. Японцы испуганы больше всех. Но у них нет другого выхода, как эксплуатировать 55 реакторов. И они не боятся. Построили завод в Рокасе, и население проголосовало за строительство этого завода.

У нас есть технологии, секретные в том числе. Я знаком и с секретной частью, и с несекретной. Мы можем и завезти, и переработать ОЯТ без ущерба и для людей, и для окружающей среды. Я повторюсь: мы можем и завезти, и переработать, и хранить большое количество ОЯТ, ничего не возвращая, без ущерба для страны. Это — будущее сырье. ОЯТ содержит уран-238, уран-235, по сумме двух оксидов это 95 процентов, содержит плутоний — 1,5 процента. Отходами их трудно назвать. Если их разделить, то каждый — полезный элемент…

Очень политизированный вопрос. И противники ввоза все понимают. Но 99 процентов населения на всякий случай опасаются. Синдром Чернобыля, синдром опасности.

Моя позиция основана на глубоком научном анализе. 200 тысяч тонн ОЯТ, которые есть в мире, могут быть утилизированы в любой стране. Но это надо делать только в той стране, где можно обеспечить безопасность хранения от угрозы терроризма. Из 32 стран могут обеспечить такое хранение только Россия и США. Ну, еще Франция и Англия. Но если разместить во Франции, то нам не будет выгодно. Нам спокойней будет, если на острове Врангеля разместить.

И России, и США надо договориться по ОЯТ: где, сколько и чего будет лежать. ОЯТ — это ценное сырье будущего. Это руда. Никто не знает, что мы изобретем. Может быть, опять сырьем станет уран. А может — и не станет. Ну, опять разместить его в горных породах.

О состоянии атомной отрасли
Я считаю, что атомная отрасль в надежных руках. От состояния неустойчивости она перешла к состоянию стабильности. Минэнерго, слава богу, реформировался так, что все сохранено. Агентство по атомной энергии будет функционировать, я уверен, нормально. Сохранен Госатомнадзор, чему я очень рад. Руководство очень компетентное: и Румянцев, и Малышев — очень компетентные люди — сохранились.

Мне довелось бывать на многих станциях — эксплуатация на высоком уровне.

Проблему выслуживших свой срок реакторов АЭС будем решать, ничего страшного в этом нет. Ведь решают же такие проблемы в Германии, Италии. Надо, конечно, экономическую основу подводить более мощную. В Германии создан очень мощный фонд на реконструкцию… У нас средства тоже заложены — они внутри Росэнергоатома, внутрикорпоративно. Я сторонник создания мощного фонда для решения этой проблемы.

Постскриптум:
К сожалению, время, отведенное на беседу, быстро закончилось. Владимир Александрович собрался на какое-то важное заседание. Впрочем, мы договорились, что наши встречи продолжатся. Думаю, что рассказ о них, как и об этой, будет полезным не только читателям журнала и его электронной версии. Интересно ведь знать: кто вершит судьбы страны.

Записал Григорий Пасько

 

 

Из книги В. Грачева «Теория и практика личного успеха». Тираж 5000 экземпляров. Отпечатано в г. Можайск, 2002 год:
«Недавно на моем юбилее выступил В.В. Жириновский. Он поздравил меня с юбилеем и высказал два пожелания: 1.Чтобы комитет по экологии и сама экология стали главными в нашей жизни. 2. Чтобы я использовал свой поставленный голос как Божий дар для достижения политических успехов. Я был очень благодарен ему за эти пожелания».

«Имидж, харизма — основа продвижения политика и руководителя. Здесь много ярких примеров, и прежде всего — безвременно ушедший от нас А.И. Лебедь, обладающий неиссякаемым источником юмора В.С. Черномырдин, совершенно оригинальный В.В. Жириновский и, конечно же, В.В. Путин — вроде бы и без харизмы (у нас это слово после Б.Н. Ельцина приобрело какой-то определенный смысл, который к В.В. Путину не подходит), но с обаянием и умением привлечь на свою сторону всех людей — «от мала до велика». Такого рейтинга, как у него, нет ни у одного политика в стране».

«…Я вспомнил давний случай, который произошел со мной в Одессе в 1962 году. Я подбежал к остановке троллейбуса, который еще стоял на остановке, но двери только что закрылись. Я резким движением раздвинул двери и проник (иначе не скажешь) в салон. Один пожилой одессит, видимо, умудренный жизненным опытом, сказал: «Этот-таки далеко пойдет».

«Я очень ценю усилия Главного санитарного врача страны Г.Г. Онищенко за его борьбу с рекламой пива… Потом уже против этой рекламы высказался наш президент В.В. Путин, но как-то мягко высказался. Он вообще все как-то мягко делает. Борется с коррупцией, но как-то мягко, критикует Правительство М.М. Касьянова, ничего не делающее для укрепления нашей экономики…, но тоже как-то мягко.

В.В. Путин — прекрасный пример для нас всех во многом: в образе жизни, в активной жизненной позиции (кроме одного элемента — жесткости ему не хватает), ярчайший пример счастливого случая оказаться в нужное время в нужном месте».

«Давайте же все стремиться к успеху! Успех каждого — это наш общий успех. Это наша ежедневно счастливая жизнь — наше счастливое будущее уже сегодня».

Еще News

Все news