News

Остров Невезения в океане Бед

Опубликовано: 15/07/2003

Автор: Алексей Яблоков

Статья академика Алексея Яблокова, написанная специально для журнала «Экология и право». По мнению академика, российские нормы радиационной безопасности нарушают право человека на благоприятную окружающую среду.

Радиационное загрязнение биосферы оказывается одним из самых значительных антропогенных загрязнений ХХ века. Нормирование радиационной безопасности непосредственно касается жизни и здоровья десятков миллионов человек.


Нормы радиационной безопасности — это те границы, которые общество ставит перед радиационными технологиями и атомной индустрией, исходя из имеющихся знаний. Норма – это тот определенный нами порог, ниже которого воздействие может считаться приемлемым. Считать корректировку таких норм только «делом специалистов» было бы неправильно: слишком много примеров, когда специалисты, в угоду ведомственным интересам, игнорируют опасные последствия своей деятельности.


Более того, есть доказательства сокрытия важных фактов влияния атомной индустрии (например, в случаях ядерно-радиационных катастроф в Саванна-Ривер (США, 1970 г.), на Ленинградской АЭС (1975 г.), на АЭС «Три-Майл-Айленд» (США, 1979 г.) и Чернобыльской АЭС (1986 г.).


Атомщики чинили в прошлом всяческие препятствия для сбора крайне существенных данных последствий атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки и Южно-Уральской радиационной катастрофы, они и сейчас пытаются замалчивать опасные для атомной индустрии результаты исследований влияния низкоуровневой радиации.


Десятки лет главным эффектом действия радиации считалось покраснение кожи после облучения. Не изменения генетического материала, не нарушение иммунитета, не возникновение раковых заболеваний, а грубый радиационный ожог, вызываемый мощными дозами!


С начала официального регулирования (1925 г.) безопасная доза облучения персонала уменьшилась в 78 раз, а с начала ХХ в. считавшийся приемлемым уровень облучения населения уменьшился в тысячи раз! И современные знания также окажутся примитивными уже через десяток лет.


Основные положения действующих норм радиационной защиты основаны на предположениях о незначительности влияния малых доз и малых мощностей доз. Очень точно сформулировал сложившуюся ситуацию директор НПО «Радон» О.Польский: «…Радиоактивные нормы с самого начала формировались как реверанс в сторону атомной отрасли».


Нормы радиационной безопасности учитывают лишь некоторые последствия облучения: злокачественные новообразования у облученных лиц; крупные генетические эффекты; значительные нарушения умственного развития.


Нормами не учитываются:


– несмертельные раки, вызванные радиацией;


– раки, вызванные иными, чем радиация, канцерогенами, но ускоренно развившиеся под действием радиации;


– возможность наследования раковых заболеваний, вызванных облучением;


– действие так называемых «малых» мутаций. Таких мутаций в десятки (если не в сотни) раз больше, чем учитываемых «серьезных» или «крупных» генетических эффектов. В результате малых мутаций возникает, например, предрасположенность к раку грудной железы;


– возникновение множества других (кроме раков и крупных генетических нарушений) заболеваний.


Среди них — большое число сравнительно мелких нарушений умственного развития (официально учитываются лишь такие нарушения, при которых человек не может сам себя обслуживать), наступающих в результате поражения центральной нервной системы. Один этот «недосмотр» касается психического здоровья миллионов человек только среди живущих (и многократно большего числа их потомков). Не исключено, что нарушения умственных способностей и поведения (психо-физиологические нарушения, mental disorders, «синдром хронической усталости») могут оказаться самыми опасными непосредственными последствиями действия низкоуровневой радиации для человека.


Официально принятый метод учета радиационного воздействия попавших внутрь организма (инкорпорированных) радионуклидов на ткани органов по средней энергии электронов, образующихся при радиоактивном распаде, ведет к существенному занижению результатов воздействия радиации (внутреннее и внешнее облучение различаются по действию так же, как отличается теплоидущее от камина, и тепло проглоченного раскаленного угля).


Перечислены далеко не все недостаточно учитываемые аспекты действия радиации. Но особенно важно, что нормы не учитывают изменчивость радиочувствительности. Все нормы относятся не к реальным людям, а к условному «стандартному человеку» — мужчине белой расы, в возрасте 20 лет, с хорошим состоянием здоровья. Радиочувствительность различна у представителей разных рас и народов, в разных популяциях, в разном возрасте, у мужчин и женщин. По аналогии с тем, что обнаружено у животных, нужно предположить, что должны быть изменения радиочувствительности организма в течение года (в разные сезоны), в разные периоды лунного цикла (внутри месяца) и даже в разное время суток. Существующие нормы радиационной безопасности, рассчитанные на «среднего» человека из «средней» популяции, не могут эффективно защитить большинство людей.


Даже в однородной популяции существует индивидуальная изменчивость радиочувствительности: большая часть особей характеризуется средней чувствительностью к действию ионизирующей радиации, 14-20 % оказываются заметно более радиорезистентными (малочувствительными), а 10—20% — заметно более радиочувствительными (сверхчувствительными). Разные люди различаются по степени радиочувствительности в несколько раз.


Обобщая все эти данные, можно утверждать, что любые единые для всех нормы радиационной безопасности по своей природе оказываются неприемлемыми – они легализуют угрозу поражения значительной части населения. Нравственно приемлемыми будут нормы, учитывающие необходимость защиты от радиации не «среднего человека», а наиболее чувствительных групп в популяции — беременных женщин, младенцев, стариков, больных или ослабленных людей. При этом, конечно, они будут избыточными для части популяции с малой радиочувствительностью, но эта избыточность — та цена, которую придется заплатить человечеству, если оно хочет выжить во всем многообразии, а не деградировать в наступившем мире техногенной радиации.


Атомщики говорят: от курения погибает больше людей в мире, чем от действия радиации. Действительно, увеличение риска заболевания раком легкого от дополнительного облучения много меньше, чем риск для курильщика получить рак легкого сравнительно с некурящим человеком. Принципиальная разница заключается в том, что курильщик сознательно идет на риск заболевания и к ранней смерти, тогда как риск заболевания от дополнительного облучения касается любого из нас, независимо от нашего желания. Поэтому справедливы утверждения правозащитников, когда они говорят, что современная атомная индустрия нарушает права человека.


Наконец, расчеты показывают, что как бы ни было велико число жертв транспортных или каких-то индустриальных катастроф, оно несравнимо с тысячекратно большим числом людей, получающих генетические нарушения в результате облучения в череде поколений. Ведь радиационные поражения принципиально отличаются от большинства других тем, что они могут затрагивать половые клетки и передаваться из поколения в поколение. Гибель в обычной катастрофе – трагедия для семьи и близких. Нарушение генома — трагедия для множества следующих поколений.


Мы можем не курить, и так уменьшить риск заболевания раком легкого. Мы можем избегать летать на самолетах, и тем уменьшить риск гибели в авиакатастрофах. Можно, в конце концов, уехать подальше от прелестей цивилизации и заняться разведением пчел или другой деятельностью с ничтожным уровнем риска. Но ни вы сами, ни ваши дети не смогут теперь избежать влияния глобальных и вечных техногенных радионуклидов ни в самом удаленном сибирском заповеднике, ни на необитаемом острове в Тихом океане.