Космодром «Байконур»: есть ли правовые способы борьбы с грозящей опасностью?

katastrofa-rakiety-proton-m-02.07.2013-3-900x480

С момента своего создания в 1955 г. космодром «Байконур» стал местом многочисленных аварийных ситуаций. Хотя всем ясно, что освоение космоса сопряжено со значительными опасностями, и что нулевого риска в этой сфере быть не может, частота и серьезность инцидентов на «Байконуре» за последние несколько лет вызывает много вопросов.

Китай, Россия и Казахстан сделали выбор в пользу континентального размещения космических объектов. Хотя в принципе траектории ракет строятся с расчетом пролета над малонаселенными или необитаемыми территориями, на практике космический мусор порой находят на расстоянии более 80 км от этих территорий. Особенно опасно падение на землю обломков и продуктов сгорания ракетного топлива при пусках ракет-носителей.

В октябре 2018 г. инцидент во время старта ракеты-носителя заставил экипаж вылетевшей на МКС миссии совершить аварийную посадку. В июне 2017 г. при падении частей ракеты-носителя во время запуска грузового корабля на МКС возник пожар в степи. К счастью, пожар произошел в необитаемой местности. Тем не менее, один человек погиб, и один пострадал во время операции по сбору отделяемых частей ракет-носителей. В 2015 г. в Сибири, недалеко от Читы, произошло падение ступеней ракеты-носителя, содержащих высокотоксичное топливо гептил.

Об этом токсичном топливе заговорили еще в 2013 г., когда ракета-носитель взорвалась через несколько секунд после взлета, а ее остаточное топливо воспламенилось, образовав облако ядовитого дыма, которое направилось в сторону жилых кварталов Байконура, находившихся примерно в 50 км от места происшествия. Власти посоветовали людям не выходить из дома, однако не считали, что местному населению грозит реальная опасность. Риск токсичного загрязнения в результате аварии был сведен к минимуму.

Именно это ракетное топливо вызывает наибольшую озабоченность у экологических организаций. Гептил, или несиммеричный диметилгидразин (НДМГ), используемый в ракетах-носителях «Протон-М», опасен для здоровья человека и для окружающей среды. Эксперты неоднократно высказывались о вредных факторах, связанных с применением этих химических веществ. В своем докладе за 2004 г. Программа развития ООН указала, что в контексте эксплуатации космодрома «Байконур» эти вещества «(…) оказывают канцерогенное, мутагенное и тератогенное действие на биологические организмы». Предполагается, что в рамках российской космической программы старая модель будет заменена ракетой нового типа («Ангара 5»), не требующей использования токсичного топлива. Однако разработка новой модели задерживается – по-видимому, из-за нехватки ресурсов у российской космической программы.

Власти Казахстана неоднократно поднимали вопрос о рисках для окружающей среды и здоровья людей в связи с эксплуатацией объектов на территории«Байконура», особенно после различных аварий. Одновременно с этим развивается низовое движение, инициированное экологическими организациями и местными жителями. Однако следует отметить, что на решение этого вопроса по-прежнему оказывают серьезное влияние тесное международное сотрудничество России и Казахстана и экономические выгоды для региона.

В связи с тем, что людям и природе на территории вокруг космодрома наносится серьезный ущерб, эко-активисты требуют от властей принятия мер вплоть до выплаты компенсаций. В теории для решения этого вопроса имеются различные правовые средства на международном и национальном уровнях. Однако в реальности мы видим, что российские власти и судебная система, судя по всему, отказываются подчиняться этим процедурам.

Международное право: Конвенция 1972 г. о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами (вступила в силу 22 января 1974 г.)

Конвенция различает два вида ответственности в зависимости от места происшествия (на поверхности земли и в космическом пространстве). Если ущерб причинен на поверхности земли, Статья 2 Конвенции предусматривает, что «запускающее государство несет абсолютную ответственность за выплату компенсации за ущерб, причиненный его космическим объектом на поверхности Земли или воздушному судну в полете».

Здесь важен термин «абсолютная»: с одной стороны, компенсация не ограничена, а с другой стороны, от жертв не требуется представлять доказательства. Это ситуация объективной вины. Следует отметить, что в международном праве очень редки случаи предоставления такой широкой и всеобъемлющей защиты. По своей сути Конвенция призвана обеспечить полную защиту лиц, не участвующих в космической деятельности. Кроме того, Конвенция предусматривает систему совместной и раздельной ответственности запускающих государств. Несмотря на отсутствие юридических определений понятий «запускающие государства» и «космический мусор», общепризнанным среди занимающихся освоением космоса стран является принцип, что государство несет ответственность и за деятельность частных операторов в космосе.

Однако установленный Конвенцией механизм ограничен по своему действию и предусматривает только порядок урегулирования проблем между государствами. В случае с «Байконуром» Казахстан для применения процедур Конвенции должен был бы выступить против России. Учитывая экономические и политические связи между двумя государствами, на практике такой сценарий абсолютно нереалистичен. При попытке применения «классического» международного права возникнет та же проблема: иск в международные суды может подать только одно государство против другого.

Более того, в данной ситуации одно из запускающих государств (Казахстан) само понесло ущерб. На такие случаи механизм Конвенции не распространяется. И в самом деле: ведь если бы запускающие государства, которые должны нести солидарную и раздельную ответственность за ущерб, имели право выступать друг против друга, это противоречило бы главной цели Конвенции. Кроме того, в Статье 11 Конвенции указано, что существование Конвенции никоим образом не препятствует возбуждению исков в судебных или административных органах запускающего государства. Но и здесь экологические организации и активисты столкнулись с препятствием.

Отношение к проблеме российских властей

В 2016 году активисты при правовой поддержке со стороны ЭПЦ «БЕЛЛОНА» заявили иск от имени экологического общественного фонда «Байконур Эко Мониторинг». Здесь важно подчеркнуть наличие соглашения между Россией и Казахстаном в связи с арендой и эксплуатацией территории«Байконура». Согласно статье 1 этого документа – Соглашения от 23 декабря 1995 года между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о статусе города Байконур, порядке формирования и статусе его органов исполнительной власти, «…на период аренды комплекса «Байконур» город Байконур в отношениях с Российской Федерацией наделяется статусом, соответствующим городу федерального значения Российской Федерации».

Таким образом, хотя жители города – граждане Казахстана, они находятся под юрисдикцией российских судов. А из-за особого статуса города и космодорма это юрисдикция судов военных.

Требования Фонда заключались в восстановлении состояния окружающей среды, нарушенного в результате инцидента в июне 2013 года при запуске ракеты-носителя «Протон-М» с тремя российскими спутниками ГЛОНАСС-М на борту, которая взорвалась на первой минуте после запуска. 600 тонн гептила пролились на территорию байконурского комплекса, а компоненты, появившиеся в результате взаимодействия двух смесей, гептила и «амила», попали в атмосферу Республики Казахстан, накрыв территорию Кызылординской области токсичным облаком.

Все суды, от 26-го гарнизонного военного до Верховного Суда Российской Федерации, отказались принять иск к рассмотрению. Суды мотивировали свои решения тем, что такие вопросы подлежат рассмотрению на межправительственном уровне, а НКО неправомочна заявлять такой иск.

14 февраля 2018 года Марат Даулетбаев, активист и директор фонда «Байконур Эко Мониторинг», сообщил, что исковые требования организации состоят в (1) возмещении вреда окружающей среде за счет средств ГК «Роскосмос» и Российской Федерации и (2) возмещении морального ущерба.

Суд отказался рассматривать требование о возмещении вреда окружающей среде и рассмотрел только требование о возмещении морального ущерба. В то же время суд обосновал свое решение исключительно ссылками на нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, проигнорировав международные конвенции, соглашения между Россией и Казахстаном и даже закон «О космической деятельности». 10 апреля 2018 года суд отказал в удовлетворении всех исковых требований. Г-н Даулетбаев подал жалобу в Верховный Суд Российской Федерации.

Заключение

Следующим шагом могло бы стать рассмотрение конфликта в Европейском суде по правам человека (поскольку Россия является стороной Европейской конвенции). Однако в связи с этим также встает много проблем. Будут ли соблюдены формальные требования? Например, требование об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты перед подачей жалобы в ЕСПЧ. А в случае приемлемости жалобы – станут ли российские власти исполнять решение Страсбурга?

Нам кажется, что актуальность этой проблемы как для окружающей среды, так и для жителей Байконура требует незамедлительных действий. Учитывая позицию России и Казахстана по этому вопросу, для достижения результата необходимо вмешательство на международном уровне.

Тем более что, по всей видимости, Россия не готова в ближайшем будущем прекратить использование ракет-носителей на токсичном и опасном топливе. Недавно и на другом российском космодроме в Плесецке при запусках спутников ЕКА были использованы проблемные ракеты-носители («Протон-М»). Прибрежное положение Плесецка препятствует рассеиванию остатков топлива вокруг космодрома. Но и здесь не было учтено воздействие на окружающую среду и здоровье жителей прилегающих областей. Из всех государств на сегодняшний день только Канада обратилась к России с вопросами на эту тему. Однако проблемой также занялись организации, представляющие права инуитов. Залогом успеха этих двух организаций может стать глобальное сотрудничество с целью охраны окружающей среды и здоровья людей.

Автор статьи — Каролин Шарлье, стажер Экологического правового центра «БЕЛЛОНА», выпускница Католического университета Лувена (Бельгия).

Оригинал текста опубликован на сайте программы «Правовой диалог» Гражданского форума ЕС-Россия.

 

Источники (на английском)

Доктрина и космическое право

Marco Alberti, Ksenia Lisitsyna. Russia’s posture in Space: Prospects for Europe. 2018.

Lotta Viikari. The environmental element in Space Law: Assessing the present and charting the future. 2008.

Armel Kerrest. “Liability for damage caused by space activities” in Space Law: Current problems and perspectives for future regulations, 2005.

 Байконур

https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC3091350/

https://www.theverge.com/2013/7/2/4487096/russian-rocket-explosion-proton-heptyl-contamination

https://observers.france24.com/fr/20130703-fusee-baikonour-crash-intoxication-sante-proton-glonass

Канадское дело

https://www.cambridge.org/core/journals/polar-record/article/toxic-splash-russian-rocket-stages-dropped-in-arctic-waters-raise-health-environmental-and-legal-concerns/EAC6047606BDFFE6F8361F91EF02D14B

https://www.cbc.ca/news/canada/north/15th-european-satellite-launch-rocket-debris-high-arctic-1.4633752

Каролин Шарлье