Бумажный снос заборов

QeEBeYvJ0AU

Если раньше активисты говорили об этом в шутку, то теперь приходится признать – к сожалению, все серьезно. Государство действительно не требует от прокуратуры результата в виде снесенных заборов. Государство требует добротно составленного акта, что забор на момент составления этого акта был снесен. То, что через полчаса его могут поставить на место (о чем представитель надзорной структуры, несомненно, должен прекрасно знать) – никого не интересует.

Отличным примером могут служить июньские события в Токсово. Природоохранная прокуратура Ленинградской области сначала подала в суд иск об освобождении озера Лассылампи, а после третьего заседания забрала его. Причем заявила о «полном удовлетворении исковых требований». Дело в том, что еще 7 мая проверка комитета Госэконадзора ЛО в лице его зампреда Андрея Ермолова зафиксировала актом, что забор гендиректора «Первой мебельной фабрики» Александра Шестакова, установленный по урез воды, якобы снесен. Мы пишем «якобы», потому что в береговой полосе сняли только секции забора, а металлические столбы оставили на месте. Понятно, что повесить секции вновь – дело пяти минут. Не удивимся, если это произошло еще до отбытия комиссии.

В конце мая – начале июня Госэконадзор передал акт в природоохранную прокуратуру, которая 6 июня должна была требовать сноса этого забора в Петроградском районном суде. 4 июня к старшей помощнице природоохранного прокурора, которая вела дело – Рамиле Агаевой – приехала одна из активисток с озера Лассылампи Диляра Новопашина. Она привезла свежие фотографии, иллюстрирующие, что захватчики нагло обманули надзорные органы, и попросила настаивать в суде на исковых требованиях. Однако Рамиля Эльмурадовна в ответ заявила, что «сегодня у нее не приемный день».

Фото было предложено подать официальным обращением, что активистка и сделала. Однако Агаева, видимо, «забыла» ознакомиться даже с официальным обращением, потому что спустя два дня она ничтоже сумняшеся забрала из суда прокурорское исковое!

Когда через несколько дней к Рамиле Эльмурадовне пришли токсовские активисты и спросили, почему она представила в суде заведомую ложь, девушка даже бровью не повела. Она была уверена, что все сделала абсолютно правильно: ведь бумажка о сносе забора (пусть и месячной давности) у нее была! «Но раз у вас появились хоть малейшие сомнения в отсутствии забора – ведь мы специально пришли к вам и об этом сказали! – почему же вы не проверили их, не съездили на место? – спросила Диляра Новопашина. – Ведь должно же у вас быть хотя бы профессиональное честолюбие. Вы ведь заинтересованы в победе над захватчиком. Или нет?»

«У меня не было основания не доверять акту комитета», – повторяла она в ответ. Но, если мы помним, содержание акта тоже было весьма сомнительным: каркас забора остался на месте. Тем не менее, Ермолов счел забор «демонтированным». Таким образом, бумажка явно абсурдного содержания, однако снабженная всеми нужными подписями и печатями, была использована прокуратурой как формальный повод закрыть дело. Такое ощущение, что у контрольных и надзорных органов действует какая-то внутренняя «ведомственная условность», согласно которой неправдоподобные документы признаются подлинными, а бумажки оказываются выше реальности.

Местные жители до последнего надеялись, что подобное отношение к делу – индивидуальная особенность старшей помощницы прокурора. И что, как только сам прокурор Вячеслав Мутьев обо все узнает, он, конечно же, сразу даст поручение вернуть исковое в суд! Тем более что процессуальная возможность сделать это еще сохранялась. Но, когда через пару дней встреча с природоохранным прокурором, наконец, состоялась, Мутьев категорически заявил, что повторно заявление подано не будет. В чем было дело – в чести ли мундира, или прокуратуре просто надоел этот забор – люди так и не поняли. Но абсурдное решение было «прокомпостировано» на высшем уровне. Суд дело прекратил.

Добавим, что предыдущий этап «бумажного» сноса заборов на Лассылампи случился ровно год назад, 22 июня 2017 года. Тогда специалист комитета госэконадзора Е.А. Зеленицкая заактировала снос заборов даже не у одного, а у двух берегозахватчиков. Местные активисты проверили берег спустя примерно 4 часа после составления акта. Заборы стояли на месте! Вполне возможно, что в тот раз заборы не пытались сносить даже для вида, и Зеленицкая подписала заведомо подложный акт. В таком случае, в этом году наблюдается существенный прогресс: теперь заборы на Лассылампи, хоть частично сносятся на целых полдня!

Возмущенные правовым тупиком, жители и активисты в июне провели акцию по народному демонтажу забора на Лассылампи. Спустя три дня хозяева его восстановили – но, во-первых, не в такой капитальной форме, как раньше, а во-вторых, с приложением более серьезных усилий, чем после чиновничьих бумажных сносов.

Ирина Андрианова