Земля раздора

Khanty in front of Chum near Lake Numto Credit: Irina Kazanskaya

Приспособились к морозу, но не к рынку

Коренные народы выделяют в особую группу, не только из-за их небольшой численности, но и из-за того, что их культура в наименьшей степени способна адаптироваться к современной цивилизации. Живя в сверхэкстремальных условиях Севера или Юга, малочисленные народы создали системы адаптации к этим суровым природным условиям, но не к рыночным механизмам.

Официальной датой признания особых прав у коренного населения считается 1957 год, когда была принята Конвенция Международной организации труда «О защите и интеграции коренного и другого населения, ведущего племенной и полуплеменной образ жизни, в независимых странах».

Самым богатым коренными народами континентом является Африка – там насчитывается несколько тысяч народов и групп. В Российской Федерации проживает 40 коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока, общая численность которых – около 244 тыс. человек. К ним относятся алеуты, долганы, удэгейцы, коряки, манси, нанайцы, ненцы, саамы, селькупы, ханты, чукчи, эвенки, эскимосы и другие. Коренные малочисленные народы проживают на территориях традиционного расселения своих предков, сохраняют традиционный образ жизни, хозяйствование и промыслы. Каждая этническая группа насчитывает менее 50 тыс. человек и является самостоятельной этнической общностью.

Когда пришли нефтяники

Природные ресурсы – нефть, газ, другие полезные ископаемые могут стать залогом благосостояния граждан, а могут – ресурсным проклятием. Именно добывающие регионы многие годы остаются территорией конфликтов между коренными сообществами и корпорациями. Накал напряженности растет, иногда даже переходит в сферу частных разборок и судебных разбирательств.

«Нефть – это история разрушения. Не существует безопасного способа транспортировки нефти, и последствия разлива особенно разрушительны, когда происходят на землях коренных народов, отравляя все живое. Во всём мире люди выступают против опасных нефтяных проектов, которые пересекают территории коренных народов и угрожают окружающей среде, – пишут активисты Гринпис в своей петиции к 12 крупнейшим банкам, финансирующим такие проекты в США и Канаде. – Некоторые из них инвестируют и компанию «Сургутнефтегаз», которая добывает нефть в российском природном парке «Нумто» и угрожает его самой ценной части – водно-болотным угодьям рядом с озером Нумто, священным для коренных жителей».

Парк Нумто (Ханты-Мансийский автономный округ) остается «яблоком раздора» «нефтяной житницы» России. На территории парка постоянно проживает около 250 представителей двух этнических групп лесных ненцев и казымских хантов, сохранивших и по сей день свой язык, культуру и самобытный уклад жизни. А также – традиционное хозяйствование: оленеводство, охоту, рыболовство и сбор дикоросов. Здесь более 10 тысяч уникальных природных объектов, в том числе, пути миграции лося и «роддом» для него, места встречи с краснокнижными обитателями парка, границы ягельников и многие другое. Весь комплекс этнических объектов, сосредоточенных в его окрестностях, в 2016 году включен в единый государственный реестр культурного наследия народов Российской Федерации.

Парк создали 20 лет назад, и при первом зонировании учли не все. Так, в заповедный участок на севере парка ошибочно включили коридор магистрального трубопровода и дороги с Ямала. А люди из числа коренного населения вынужденно стали нарушителями законодательства, ведь оленеводство, рыбалка и охота в зонах рекреационного и заповедного режимов, на участках археологических памятников и в местах обитания редких птиц запрещены.

В границах природного парка выделено несколько лицензионных участков нефтедобычи, разработкой которых более 10 лет занимается ОАО «Сургутнефтегаз». На сегодняшний день там добыто свыше 5 млн тонн нефти. Компания «Сургутнефтегаз» намерена продолжить деятельность, что, естественно, беспокоит коренное население.

«Цель природного парка – это сохранение верховья Казыма, самого озера Нумто и традиционного природопользования. По верховью Казыма, по заказному режиму, благодаря зонированию площадь увеличивается. Нумто как зонтиком накрывает местные достопримечательности, где нельзя ничего делать», – говорит зам. директора департамента природных ресурсов и несырьевого сектора экономики ХМАО-Югры Евгений Платонов.

Более 200 жителей нефтяного региона при поддержке экологов обратились к президенту РФ с открытым письмом с просьбой не допустить добычу нефти в угодьях парка. Коренные жители направили заявление о недопустимости строительства нефтепровода в генпрокуратуру РФ. Позже в парк стали приезжать сотрудники «Сургутнефтегаза» и активно отговаривать население протестовать против добычи нефти. По данным «Гринпис», к людям, которые публично выступили против промышленного освоения района, лично приходили представители компании.

В феврале 2017 года коренные жители направили обращение президенту России Владимиру Путину с просьбой защитить «Нумто». В конце 2017 года в городе Белоярский прошли очередные общественные слушания по бурению нефтяной скважины на водно-болотных угодьях природного парка. После этого десятки представителей общественных объединений, защищающих права коренных народов, подписали открытое письмо руководителям Росприроднадзора и Природнадзора ХМАО с просьбой не принимать этот проект на экологическую экспертизу. Конфликт до сих пор не исчерпан.

Несколько лет назад объединения коренных жителей Севера подписали совместное заявление против нефтяного освоения Арктики: «Народы Севера не будут молча наблюдать, как нефтяные компании варварски разрушают их земли, и ждать от них милости. Мы призываем запретить добычу нефти на арктическом шельфе и объявить мораторий на наземные разработки на Севере до тех пор, пока компании не возьмут на себя ответственность за тот ущерб природе, который уже нанесли».

Вину не признал

Случается, противостояние доходит до давления на активистов и даже уголовных разбирательств. Одним из нашумевших дел стало дело шамана Сергея Кечимова, которого осудили при попытке защитить от планов нефтяных разработок священное для народа ханты озеро Имлор, также расположенное в ХМАО.

Компания «Сургутнефтегаз» несколько лет назад получила разрешение на добычу нефти на территории родового угодья Кечимова, рядом с озером Имлор. Во время одного из споров Кечимов из ружья застрелил собаку рабочего, которая, как говорит Кечимов, загрызла одного из его оленей. Кечимова обвинили в угрозах убийством сотрудникам нефтяной компании и требовали двух лет лишения свободы. В деле указано, что он, «основываясь на собственных убеждениях и верованиях, неоднократно выражал протест против проведения каких-либо работ в священных для народов ханты и манси местах».

Районный судья Сургутского района признал подсудимого виновным и назначил наказание в виде исправительных работ, от которого Кечимов был освобожден ввиду применения акта об амнистии в честь 70-летия победы в Великой Отечественной войне. О том, что Кечимов попадает под амнистию, было известно еще в начале судебного процесса. Но, как поясняет его адвокат Алексей Верхоглядов, для подзащитного было принципиально провести полное судебное следствие по делу.

«Мой подзащитный не признал вину. И все доводы со стороны следствия, озвученные в суде, он как считал, так и считает недоказанными. Но нам было важно в этом деле вытащить в суд каждого свидетеля, обсудить каждый предъявленный довод со стороны следствия, чтобы показать, насколько предъявленное обвинение несостоятельно. Этот процесс также показал, как беззащитны у нас в подобных ситуациях аборигены», – говорит Верхоглядов.

Данная попытка давления на активистов, защищающих права коренных малочисленных народов, далеко не первая. К примеру, в конце 2012 года Министерство юстиции под предлогом несоответствия устава организации законодательству приостановило деятельность Ассоциации коренных малочисленных народов РАЙПОН, которую тогда возглавлял представитель народы удэге Родион Суляндзига.

«Идет новый виток индустриализации северных территорий. Коренные являются одним из последних барьеров на пути компаний и государств к добыче этих ресурсов, и легче применить силовые методы, используя избирательное правосудие, чтобы не отвлекать лишние силы, время и ресурсы на переговоры с какими-то коренными. Кость в горле – наша международная деятельность», – так прокомментировал ситуацию Родион Суляндзига.

Сказать «нет» невозможно

При этом, законодательных рычагов для защиты прав коренных народов в РФ, казалось бы, вполне достаточно. В первую очередь эти вопросы регулирует закон «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации». Действующий с 1999 года документ предоставляет малым коренным народам право безвозмездно пользоваться землями различных категорий для традиционных занятий и участвовать в осуществлении контроля за их использованием. Есть пункты, касающиеся прав коренных народов и в Земельном кодексе, и в других законодательных актах.

Любое использование угодий внешними лицами должно согласовываться с теми коренными, которые им владеют. Начиная от сбора дикорастущих растений и заканчивая добычей нефти. Правда, при этом самого права собственности на угодья у коренных нет. Сами использовать земли они могут только для поддержания традиционного уклада жизни. Заниматься предпринимательством можно только в рамках тех же традиционных промыслов.

Российское законодательство предполагает заключение соглашений с представителями коренных малочисленных народов на использование их земель, в том числе при нефтедобыче, и компенсацию наносимого ущерба. Однако практика такова, что сказать «нет» нефтяникам практически невозможно.

Процедура не оставляет места для этого. Добывающие компании обычно либо предлагают проект на безальтернативной основе либо настаивают на своем варианте даже при организации этнологических экспертиз. Согласия коренных не спрашивают и на момент выдачи лицензии на то или иное месторождение. На переговоры с аборигенами нефтяники приходят с уже полученной лицензией на разработку их земель и ставят перед фактом: или соглашаетесь на наши условия, или все решится как-нибудь само.

Эта ситуация и порождает конфликты. Для добывающих компаний северные земли – источник обогащения, а для коренных каждая новая скважина – это не просто сужение территории родовых угодий. Это неизбежные нефтяные разливы, отравляющие землю, а значит, лишающие оленей пищи. Это дороги, пересекающие пастбища. Дороги, по которым в угодья начинают приезжать браконьеры.

Эксперты говорят: в целом законодательство РФ относительно прав коренных народов соответствует международным нормам, но оно носит слишком общий характер. Остается надеяться на сознательность корпораций.

«Сувенирная» культура и возврат к истокам

В России понятие корпоративной социальной ответственности существует в зачаточном виде. Пока нет официальных документов, определяющих эту сферу. Хотя органы власти и местного самоуправления большинства северных субъектов федерации пытаются устанавливать нормы и правила.

Так в 2010 г. Государственным собранием (Ил Тумэн) был принят в первом чтении проект закона Республики Саха (Якутия) «О социальной ответственности бизнеса». В нем вводится понятие «Соглашение о социальной ответственности бизнеса». Ответственность рассматривается как добровольная, выходящая за рамки определенного законодательством минимума.

Пока список результатов социальной ответственности бизнеса не велик. Непростым является и вопрос о компенсациях, выплатах по экономическим соглашениям, на которые идут промышленные компании.

«Мы понимаем, что во многом добывающие отрасли – это основа экономики РФ, но нам кажется, что необходимо начать регулировать эти отношения», – считает Родион Суляндзига, возглавляющий в России Центр содействия коренным и малочисленным народам Севера. По его словам, компании-недропользователи часто получают лицензию на добычу, проводят даже экологическую экспертизу – но довольно редко реальные консультации с коренными жителями региона. «Даже когда они и происходят, то носят скорее декларативный характер», – говорит он.

Этнограф из Республики Коми, эксперт по народам Севера Кирилл Истомин, который в подробностях знает о непростых взаимоотношениях коренного населения Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов с нефтяниками считает, что, если людям просто дать много денег, то это не очень хорошо – это разрушает традиционную культуру.

«Нефтяники в ХМАО дают доплаты кочевым народам, доплаты за поголовье оленей и так далее. На нефтяных и газовых вышках можно вызвать врача коренным народам, там же можно продать оленя, если тебе нужны какие-то продукты. Но если бы коренные народы получали такую же часть от продажи нефти, какую получают, например, жители Саудовской Аравии, то, разумеется, они жили бы гораздо лучше», – считает эксперт.

Еще одна проблема, которую озвучивает Истомин, – утрата основ традиционного образа жизни. Поэтому, по его мнению, представителям коренных народов нужно бороться за то, чтобы получать часть от прибыли, которая появляется за счет эксплуатации месторождений на их земле, а не за компенсации, которые они получают за ущерб традиционному образу жизни.

По мнению научного сотрудника Центра независимых социологических исследований Марии Тысячнюк, нефтяные консорциумы влияют на жизнь коренных народов, мягко говоря, неоднозначно. «Местные жители говорят, что раньше праздники проводили для себя, а теперь культура стала более «сувенирной». Костюмы коренного населения никогда не были яркими, но компании стали поощрять выступление ансамблей за рубежом, финансировать поездки. Теперь жители шьют яркие красивые костюмы, чтобы они хорошо выглядели со сцены», – рассказывает ученый.

Не все коренные жители оказались готовы к переменам и поддержке добывающих компаний, но вместе с тем у людей появилась возможность вернуться к истокам. «Сегодня многие забросили традиционный образ жизни, – говорит Тысячнюк. – Но и наоборот – некоторые люди всю жизнь прожили в городе, и гранты дали им возможность на пенсии поехать на землю предков, создать общину и заниматься традиционными промыслами».

Дивиденды с земли

Конфликты коренных народов с добывающими корпорациями периодически возникают и в других странах мира. Поселение Клайд-Ривер (Канада), где живёт около тысячи человек, добилось рассмотрения иска в самой высокой судебной инстанции страны, чтобы остановить сейсморазведку на своей исконной территории. Свою позицию они аргументировали тем, что правительство не провело необходимого обсуждения проекта с сообществами, на которые он повлияет. Решение суда оказалось в пользу коренных народов.

Юрист Надер Хасан так прокомментировал ситуацию: «Решение суда – настоящий прорыв для Клайд-Ривер и прав коренных жителей Канады. Потребовалось вмешательство высшей судебной инстанции страны, чтобы вновь напомнить правительству Канады, что нужно должным образом учитывать мнение коренных жителей. Нельзя подменять конституционные обязательства пустыми словами. Для меня было честью представлять жителей Клайд-Ривер, не отступивших перед препятствиями, которые казались непреодолимыми. Их победа – это победа для коренных жителей по всему миру».

Одними из первых в международной практике урегулировать взаимоотношения коренных малых народов с нефтяниками смогли на Аляске (США). Здесь каждый житель получает на свои счета долю от добычи нефти в виде дивидендов от деятельности так называемого Перманентного фонда развития (APF). Фонд, неподконтрольный исполнительной власти, но зато полностью подконтрольный избирателям, аккумулирует до 50% рентных доходов.

APF был создан в 1976 г., после того, как на Аляске была найдена нефть. В конституции штата записано, что правительство должно гарантировать, чтобы нефть Аляски принесла гражданам максимальную пользу. Нефть определяется как собственность граждан Аляски. Ежегодно каждый гражданин штата получает чек на выплату дивиденда на сумму, рассчитанную на основании общей суммы лицензионных платежей за добычу нефти, которые нефтяные компании выплачивают в APF.

В итоге Аляска сегодня – единственный штат США, где практически нет безработицы. Дивиденды стимулируют развитие местной экономики. Бюджет Аляски на 80% состоит из налогов, которые платят нефтяные компании за право добывать нефть на территории штата. Население Аляски никаких других налогов штату не платит, но при этом каждый житель Аляски получает от правительства Аляски чек на сумму, эквивалентную части прибыли от добычи нефти. Средняя за последние 10 лет цифра – около $1200 на человека, но, когда цены на нефть выше, как было в последние годы, выплаты были выше – около $2000.

Кто за что заплатит

В России тоже идет процесс экономического урегулирования прав малых коренных народов Севера. Федеральное агентство по делам национальностей предложило на законодательном уровне определять размер компенсаций коренным малочисленным народам за ущерб, нанесенный среде их обитания хозяйственной деятельностью.

Проект предлагает внести в закон «О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ» поправки, содержащие методику определения ущерба коренным малым народам Севера за хозяйственную деятельность организаций в виде прямого отчуждения земель и серьезного ухудшения состояния среды их обитания. Ведомство предлагает установить законом, кто и сколько должен платить за ущерб, а также что конкретно под ним понимать.

Планируется решить, как считать такой ущерб – по квадратным метрам, гектарам. Компенсацию предполагается выплачивать родовым общинам и органам местного самоуправления на территориях, где живут учтенные представители коренных народов. Учитывать их предполагается при помощи реестра, в который будут включены граждане РФ, которые «занимаются традиционными промыслами» в «местах традиционного проживания». Федеральное агентство по делам национальностей намерено разработать соответствующий законопроект в нынешнем году.

«Часть решения, а не часть проблемы»

В аборигенных представлениях о земле отражаются идеалы коренных народов, в которых заложены необходимость не наносить ущерба окружающему миру, соблюдение меры в использовании ресурсов, необходимость следить за землей и осознание «права земли» как естественного регулятора в отношениях между людьми.

Первый и самый главный наш обычай – уважение и близость к природе. Она всегда на первом месте, потому что живая, потому что священная. Природа – общий дом. Нельзя без серьезной необходимости наносить ей ущерб. Есть тропинка проторенная, так и иди по ней, не срезай, даже если видишь более короткий путь. Живые деревья без надобности не рубили – это первейшее правило. Огонь всегда разводили сушняком и хворостом, очищали лес от завалов. Лишнего ничего у природы тоже брать нельзя. Если уж ни к чему тебе мясо или рыба, зверь пушной, то и не ходи охотиться, побереги. Человеку всё лишь по потребностям нужно, к чему лишнее?..

В странах, где соблюдаются права коренных народов и всех граждан на доходы от природных ресурсов, наблюдается снижений бедности, правительство инвестирует накопленный капитал в повышение благосостояния своего народа, местная экономика развивается, снижая уровень безработицы, наблюдается всеобщее повышение уровня жизни, предусмотрены меры по предотвращению злоупотреблений общественными средствами.

«Не стоит идеализировать перспективы экономического развития. История коренных народов – это эксплуатация и грабеж во имя экономического развития – говорит представитель норвежских саамов Айне Кестикало. – Мы призываем политиков к ответственным решениям. Коренные народы готовы подключиться к поиску этих решений. Мы, коренные народы, должны участвовать в принятии решений, которые оказывают влияние на наш регион. Мы должны играть ключевую роль». По мнению Кестикало, «коренные народы должны рассматриваться как часть решения, а не как часть проблемы, когда дело касается разработки природных ресурсов».

Ольга Подосенова