Пожарный сезон в разгаре

Forest fire

По данным Информационной системы дистанционного мониторинга Федерального агентства лесного хозяйства (ИСДМ – Рослесхоз), с начала года по конец апреля на территории области, согласно Сводному отчету о лесных пожарах по данным космического мониторинга, площадь, пройденная огнем, составила 2 434 034 га, в том числе 1 585 938 га леса. Количество земель в области, задействованных под выращивание зерновых, составляет около 1 млн га. Можно предположить, что большинство сельхозпроизводителей в регионе сжигают растительные остатки перед посевом и тем самым наносят ущерб лесам, загрязняют атмосферный воздух и сжигают органику в ущерб плодородию почвы.

С 7 апреля в области был введен режим ЧС в лесах, но ситуация продолжает развиваться. На данный момент помощь в стабилизации лесопожарной обстановки оказывают более половины федерального резерва ФБУ «Авиалесоохрана».

90% весенних лесных пожаров на Дальнем Востоке – от сельхозпалов

В интервью газете «Коммерсантъ» глава Рослесхоза Иван Валентик рассказал о причинах пожаров: «В Амурской области только 30 поджигателей поймали. Просто люди промасливают тряпку соответствующей горючей жидкостью, поджигают и выбрасывают из окна. Некоторые считают: зачем заморачиваться с уборкой сельхозугодий. Иногда просто так жгут траву, а где-то контролируемые отжиги переходят в пожары – такая преступная халатность. Даже пастухи иногда отжигаются для того, чтобы трава быстрее зеленая пошла. В данном случае лесной фонд – это потерпевший. Потому что у нас до 90% всех весенних пожаров в лесах вызваны переходом огня с земель других категорий. Сельхозники жгут свою траву, пожары пошли в лес, и у лесников головная боль».

Начальник парашютно-десантной пожарной службы ФБУ «Аваилесоохрана» Виктор Коносевич на вопросы журналиста amur.info о причинах пожаров ответил следующее: «Пожары – это бедствие всего мира. Если взять мой американский опыт, то из 100% причин возникновения пожаров, у американцев 15-20% – антропогенный фактор, а остальное – природный. А у нас, на территории РФ наоборот: 85-90% – это антропогенный фактор, а 10-15% – природный фактор. Безусловно, в разных регионах цифры меняются, но в общем ситуация такая, что человеческий фактор намного превышает природный».

Горение биомассы сопровождается выбросами сажи (или черного углерода), которая переносятся на большие расстояния. Выбросы от пожаров Сибири и Дальнего Востока особенно влияют на более интенсивное таяние льдов Арктики весной. Сельхозпожары, несмотря на относительно малый объем выбросов черного углерода (в десятки раз меньший по сравнению с лесными пожарами), признаются в Четвертом техническом докладе AMAP (2011) «Влияние черного углерода на климат Арктики» как достаточно существенный источник выбросов этого вещества с территорий стран Арктического Совета. Это объясняется возможностью контроля за процессами сжигания, происходящими на сельхозземлях, чего не скажешь о ситуации, когда горят леса.

fires emission Помесячное распределение эмиссии черного углерода в результате сельхозпожаров для Ростовской (Европейская часть России) (а) и Омской (Западная Сибирь) (б) областей; расчеты по категории землепользования IGBP-пашня проведены на основе активных точек горения и регулярной километровой сетки MODIS, данные в тыс. т.

В рамках проекта, проводимого ЭПЦ «БЕЛЛОНА» в 2010-2017 гг., ученные из двух институтов Академии сельскохозяйственных наук – Института почвы им. В.В. Докучаева и института Агрохимии им. Д.Н. Прянишникова проводили анализ спутниковых данных слежения за пожарами на сельскохозяйственных землях и подсчет выбросов черного углерода от этих пожаров. Они пришли к выводу, что на территории Сибири и Дальнего Востока бóльшая часть сельхозпалов наблюдается в весеннее время с пиком в апреле-мае, то есть когда происходит подготовка почвы к посеву. При этом различия в эмиссии черного углерода по годам могут составлять 20 и более раз. Данные закономерности совпадают с оценками, приведёнными ученными из других стран для Европейской и Азиатской части России.

Сравнительный анализ проводили для Ростовской и Омской областей. Максимум регистрируемых пожаров и, соответственно, эмиссии черного углерода на юге России приходится на уборочный и послеуборочный период (июль-сентябрь), второй максимум отмечается в весеннее время (март-апрель). Для Сибири и Дальнего Востока максимум приходится на весну. В неблагоприятные для сельского хозяйства годы, как, например, 2003 г., интенсивность сельхозпожаров значительно падает. Таким образом, становится понятным, почему весной начинают гореть леса именно Дальнего Востока и Сибири.

Законодательство изменяется, но правоприменение остается затруднительным

Прямой запрет на сжигание сельскохозяйственных отходов, которое неоспоримо наносит вред окружающей среде, установлен не федеральным экологическим законодательством, а Правилами противопожарного режима в Российской Федерации (далее Правила), утвержденными Постановлением Правительства РФ. Они за последние два десятилетия не раз изменялись, но запрет на сжигания послеуборочных остатков действовал все время. Многие сельхозпроизводители, даже зная про запрет, продолжали поджигать поля для очистки, пользуясь слабостью контроля и правоприменения.

Постановлением Правительства РФ от 10 ноября 2015 года №1213 внесены поправки в Правила, введённые постановлением Правительства от 25 апреля 2012 г. №390 «О противопожарном режиме». Изменения внесены в пункты 218 и 283.

В соответствии с внесёнными в пункт 218 Правил изменениями: «Запрещено выжигание сухой травянистой растительности, стерни, пожнивных остатков на землях сельскохозяйственного назначения и землях запаса, а также разведение костров на полях. Использование открытого огня и разведение костров на землях сельскохозяйственного назначения и землях запаса могут производиться при условии соблюдения требований пожарной безопасности, установленных настоящими Правилами, а также нормативными правовыми актами Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, принятыми по согласованию с Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации и Министерством сельского хозяйства Российской Федерации».

Законодатели пошли, казалось бы, на либерализацию законодательства и разрешили подконтрольные сжигания – подобная практика действует в некоторых страх Европы и в США. Но в России не все так просто.

21 марта 2016 года вступил в силу приказ МЧС России от 26 января 2016 №26 (зарегистрировано в Минюсте России 04 марта 2016 №41317), которым установлен Порядок использования открытого огня и разведения костров на землях сельскохозяйственного назначения. Согласно этому документу, сжигать траву на своих земельных участках можно только в специально оборудованных местах, при скорости ветра, не превышающей 10 м/с, а также при строгом выполнении требований к месту использования открытого огня (котлован, яма или ров не менее 30 см глубиной и не более 1 м в диаметре или площадка с прочно установленной на ней емкостью, выполненной из негорючих материалов), которое не должно располагаться вблизи здания, сооружения, постройки, открытого склада, скирды, вблизи хвойного леса или отдельно растущих хвойных деревьев и молодняка, лиственного леса или отдельно растущих групп лиственных деревьев.

В Приказе также описывается порядок выполнения работ по уничтожению сухой травянистой растительности, но до сих пор не установлено, как и кем определяется выжигание как исключительная мера, кто согласовывает процедуру выжигания, что понимается под доступными способами очистки земель, и когда эти способы следует считать исчерпанными.

Нарушение норм действующего законодательства Российской Федерации, как в области окружающей среды, так и в области пожарной безопасности должностными лицами и гражданами влечет за собой дисциплинарную, административную, уголовную или гражданско-правовую ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Так, например, согласно ст. 20.4 КоАП РФ, нарушение требований пожарной безопасности «влечет предупреждение или наложение административного штрафа на граждан в размере от 1 000 до 1 500 рублей; на должностных лиц – от 6 000 до 15 000 рублей; на юридических лиц – от 150 000 до 200 000 рублей». При этом «те же действия, совершенные в условиях особого противопожарного режима, влекут наложение административного штрафа на граждан в размере от 2 000 до 4 000 рублей; на должностных лиц – от 15 000 до 30 000 рублей; на юридических лиц – от 400 000 до 500 000 рублей». За повторное совершение данного административного правонарушения ужесточение штрафов не предусмотрено.

Если неосторожное обращение с огнем повлекло за собой уничтожение или повреждение лесных и иных насаждений, то такое действие подпадает под нормы уголовного законодательства. В зависимости от обстоятельств преступления ст. 261 УК РФ предусматривает минимальное наказание в виде штрафа 200 000 рублей и максимальное наказание в виде десяти лет лишения свободы и штрафа от 300 000 рублей до 500 000 рублей или штрафа от 1 000 000 рублей до 3 000 000 рублей. Данная статья относится к Главе 26 «Экологические преступления», тем самым указывая на экологический характер наносимого вреда.

В результате наблюдается тесное переплетение противопожарных норм и норм экологического законодательства. Применение главы об административных правонарушениях в области охраны окружающей среды и природопользования представляется крайне затруднительным. С более подробным анализом законодательства и правоприменения как на федеральном, так и региональном уровне можно ознакомиться в докладе «БЕЛЛОНЫ».

Безответственность населения – еще одна причина пожаров

30 апреля в связи со сложившейся пожарной обстановкой на природных территориях, ростом рекреационной нагрузки в майские праздники оперативный штаб Рослесхоза поручил Департаментам лесного хозяйства по федеральным округам и региональным лесным ведомствам усилить межведомственное взаимодействие c МЧС России, МВД, региональными Комиссиями по ЧС и ПБ, а также с органами местного самоуправления с целью недопущения палов сухой травы на сопредельных с лесом территориях, в том числе обратить особое внимание на выполнение требований пожарной безопасности на сопредельных с лесом землях сельхозназначения, госземзапаса, транспорта, землях населенных пунктов и иных категорий. Также предписывается выполнение вышеупомянутых постановлений правительства.

Всего с начала пожароопасного периода в Амурской области составлено 2235 протоколов, установлено 33 виновника палов. Помимо штрафов им будут предъявлены иски о возмещении затрат, связанных с тушением возникших пожаров. Кстати, из этих цифр видно, какой небольшой процент нарушителей выявляется.

В то время пока пожарные, спасатели и население борются с огнем, чтобы не допустить его распространения на жилые дома, некоторые жители региона вопреки здравому смыслу продолжают очищать территорию приусадебных и садоводческих участков при помощи огня. 25 апреля инспекторы надзорной деятельности проводили обследование населённых пунктов в составе патрульно-контрольных групп. Они составили 20 протоколов об административных правонарушениях на граждан по части 2 статьи 20.4 КоАП РФ. Причём 13 нарушителей сжигали мусор и сухую траву на территории домовладений или прилегающих к ним территориях. В трёх случаях это привело к палам. По вине жителя Тамбовского района Амурской области произошёл пал на южной окраине села Свободка. В Константиновском районе пал возник по вине жительницы села Константиновка. Помощь пожарных потребовалась и селе Невер Сковородинского района, где сжигание мусора и сухой травы на территории домовладения привело к палу.

Внимание на состояние дел с природными пожарами обратили в правительстве. Вице-премьер Александ Хлопонин сообщил, что поручит заинтересованным ведомствам подготовить предложения по увеличению штрафов за выжигание сухой травы. Сейчас такой штраф составляет 1,5 тыс. рублей.

В Минприроды поддерживают идею правительства увеличить штрафы и обращают внимание на то, что, несмотря на существование уголовной ответственности за палы сухой растительности в случаях, когда они привели к природным пожарам, наказать нарушителей сложно. Идею ужесточения наказания поддержали и в МЧС.

«Власти регионов играют с цифрами»

Как пишет «Коммерсантъ» 25 апреля, Александр Хлопонин отметил, что «власти регионов играют с цифрами», занижая площадь природных пожаров. Согласно письму главы Минприроды Сергея Донского, направленному накануне в правительство, данные о площади природных пожаров, предоставляемые органами исполнительной власти субъектов РФ, отличаются от тех же данных ИСДМ-Рослесхох в 4,35 раза (площадь меньше на 667,5 тыс. га).

На сайте ФБУ «Авиалесохраны» собирается информация о природных пожарах по всей территории России. В документе «Сведения о лесопожарной обстановке на территории субъектов РФ» представлена информация о количестве и площади лесных пожаров, возникших на территории регионов России в зоне наземного обнаружения и тушения и лесоавиационных работ с начала 2018 года по 7 мая (по данным региональных диспетчерских служб лесного хозяйства). Согласно документу, по всей России обнаружено 2471 пожаров на площади 1 068 186 га, из них 1003 пожара на площади 946 808 га произошли на территории Дальневосточного федерального округа. В Амурской области площадь пожаров составила 557 988 га.

В другом документе ИСДМ-Рослесхоз «Сводный отчет о лесных пожарах (термических аномалиях) на всех видах территорий по данным космического мониторинга по состоянию на 6 мая» представлены совершенно другие цифры. Площадь, пройденная огнем, в том числе покрытая лесом с начала года по всей России составила 3 118 175 га. Видно, что региональные власти по-прежнему занижают площадь пожаров в 3 раза. Согласно этому отчету, по количеству пожаров тоже лидирует Дальневосточный федеральный округ с 2 533 914 га, в том числе в Амурской области – 1 801 892 га.

За искажение информации о пожарах чиновники будут платить

В начале 2018 года Госдума приняла закон, который впервые вводит административную ответственность для региональных чиновников за сокрытие данных о площади лесных пожаров. Теперь, согласно поправкам к КоАП, штраф за непредставление сведений о пожарной опасности в лесах в уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, либо несвоевременное представление таких сведений, либо представление их не в полном объеме, либо представление недостоверных сведений о пожарной опасности в лесах составит от 3 до 5 тыс. рублей. Непредоставление или несвоевременное предоставление сведений, а также предоставление недостоверных или неполных сведений об уже действующих пожарах грозит чиновникам штрафом в размере от 10 до 15 тыс. руб.

Документ был разработан Минприроды по поручению вице-премьера Александра Хлопонина. Депутат от ЛДПР Юрий Волков обратил внимание, что «причиной внесения этого закона стало массовое искажение информации о реальных площадях лесных пожаров в некоторых регионах Сибири и Дальнего Востока, в частности Забайкальском крае и Республике Бурятия».

В течение многих лет экологи из неправительственных организаций указывали на занижение площади сгоревших лесов в официальных сводках. Причем разные ведомства давали разные цифры, отличающиеся в несколько раз. А приуменьшение масштабов пожаров и урона от них обычно ведет к сокращению финансирования на их ликвидацию и в целом не способствует планированию борьбы с пожарами и управления лесами.

2017 год не стал рекордным по природным пожарам и нанесенному ущербу. Но в том году впервые официальные данные о масштабах пожаров приблизились к реальным. Руководитель Рослесхоза Иван Валентик оценил ущерб от лесных пожаров в 2017 году в 10 млрд рублей, в 2016 году было 26 млрд рублей. Печальный рекорд принадлежит 2010 году, когда ущерб, нанесенный пожарами, перевалил за 85 млрд рублей.

Какой урон будет нанесен в этом году, станет известно в конце сезона. К сожалению, первый месяц пожарного сезона показал, что такие небольшие штрафы чиновников не испугали, и они вернулись к обычной практике занижения масштабов пожаров. А население и сельхозпроизводители как сжигали сухую растительность в прошлые годы, так и продолжают это делать и в этом году.

Елена Кобец

kobets@bellona.ru