Полвека борьбы за плечами – что впереди?

01_ANTIAKW2 Становление антиядерного движения в Германии. Демонстрация в Бонне, 14 октября 1979 года. Credit: Hans Weingartz / wikipedia.org

Статья подготовлена специально для 65 номера издаваемого «Беллоной» журнала «Экология и право».

Безмолвная весна

Сегодня мы сдаем мусор в переработку, больше не сбрасываем радиоактивные отходы в моря, в магазинах в ассортименте представлены экопродукты, возобновляемые источники энергии по всем фронтам бьют ископаемое топливо, правительства, города и предприятия снижают уровень выбросов парниковых газов и токсичных веществ, действуют национальные и международные природоохранные законы и нормы природопользования, ведущие экономики планируют переход к безуглеродному будущему… Мир, в котором сегодня существуют экологическое право, экологическое образование и экологическая ответственность, создан теми, кто не мирился со статус-кво, ставил перед собой, казалось бы, фантастические цели и не отступался от идеалов.

Хотя пионерами охраны природы по праву считают американских писателей-натуралистов Генри Торо и Джона Мьюра, основавшего в 1892 году первую природоохранную организацию «Сьерра-клуб» (Sierra Club) и инициировавшего создание национальных парков, катализатором распространения экологических идей в обществе послужил выход в 1962 году книги Рэйчел Карсон «Безмолвная весна». Весна безмолвствует без птиц. Птиц нет, потому что нет насекомых. Насекомых нет, потому что их убили пестициды и инсектициды. По пищевой цепочке химикаты отравляют природу и человека, писала Карсон. То, что сейчас кажется очевидным, тогда стало сенсацией. При поддержке ученых и по указу президента Кеннеди было организовано расследование, подтвердившее правоту автора и приведшее к запрету на применение ДДТ.

Необходимость защиты окружающей среды от уничтожения в результате стремительного промышленного и технологического развития перестала быть сферой интересов тех немногих, кого беспокоило исчезновение дикой природы. Оказалось, что под угрозой само человечество и его среда обитания. Признаки экологического кризиса не заставили себя ждать: разливы нефти, лесные пожары, исчезновение промысловых запасов рыбы, аварии на атомных станциях, загрязнение рек токсичными веществами, кислотные дожди, снижение качества воздуха, истощение озонового слоя, а впереди уже замаячил призрак антропогенного изменения климата.

Все это дало толчок к объединению людей против угрожающих их жизни и среде обитания объектов, осознанию локальных и глобальных экологических проблем, распространению экологического мировоззрения и рождению мирового экологического движения, важную роль для развития которого сыграли протестные настроения 1968 года: идеи защиты окружающей среды от индустриальной деградации нашли поддержку у тех, кто критиковал капиталистическую систему производства, общество потребления, войну и атомное вооружение. Созвучие левых и природоохранных взглядов выведет экологическое движение на политическую арену и приведет к созданию «зеленых» партий.

Лишение в 1967 году озера Педдер правительством острова Тасмания статуса национального парка и план строительства на нем плотинной ГЭС вызывает широкий общественный резонанс и становится отправной точкой австралийского экологического движения. Одна из принимающих участие в протестных действиях групп учреждает первую в мире политическую «зеленую» партию – «Тасманийские зеленые». Затем местная «зеленая» партия появится в США, до конца 1970-х – в ФРГ, Бельгии, Франции, Великобритании, Нидерландах, Италии, а в 1983 году «Зеленые Германии» впервые получат 27 мест в Бундестаге.

В США появляются влиятельные экологические организации, действующие по сей день: в 1967 году группа ученых и юристов, работающих над запрещением ДДТ, учреждает Фонд защиты окружающей среды (Environmental Defense Fund), а в 1970 году создается Совет по охране природных ресурсов (Natural Resources  Defense Council), который начинает лоббировать принятие и выполнение природоохранного законодательства. Тем временем в СССР складывается движение студенческих дружин охраны природы – ДОП.

Земля прежде всего

В 1969 году в Амстердаме группа противников развития атомной энергетики основывает «Друзей Земли» (Friends of the Earth), чьи представительства к 1971 году откроются также в Великобритании, Швеции, Франции и США, а сегодня сеть «Друзей Земли» объединяет экологические организации в 74 странах. Британские «Друзья Земли» начинают с того, что приносят к офису компании Schweppes 1500 бутылочек из-под напитков с требованием наладить в стране систему переработки отходов. В то же время в Ванкувере возникает группа под названием «Комитет «Не гони волну» (The Don’t Make a Wave Committee), выступающая против испытаний ядерного оружия на Алеутских островах и во Французской Полинезии. В 1971 году она получила новое название – Гринпис. Вдохновленные примером антиядерного активиста и пацифиста Альберта Бигелоу, который в 1958 году вместе с тремя единомышленниками на небольшом парусном судне совершил несколько попыток проникновения в район планируемого проведения испытаний ядерного оружия возле Маршалловых островов, члены группы переняли ту же тактику пассивного сопротивления – когда протест против деятельности осуществляется одним лишь присутствием в месте ее реализации, и сделали ее визитной карточкой Гринпис и экологического движения в целом.

Следующий, 1972, год отмечен такими знаковыми для экологического движения событиями, как состоявшийся в Стокгольме первый Саммит Земли, Конференция ООН по проблемам окружающей человека среды, учреждение Экологической программы ООН (ЮНЕП), а также публикация доклада исследователей Массачусетского технологического института «Пределы роста», в котором утверждалось, что при существующих темпах и способах истощения ресурсов и загрязнения среды пределы развития будут достигнуты в течение ста лет, но при их изменении вполне возможно экономическое и экологическое равновесие. Между тем Саммит Земли обнажил еще один аспект дисбаланса: потребляя больше ресурсов и обладая бóльшими материальными благами, развитые страны причиняют больший ущерб окружающей среде, а последствия его в большей степени испытывают на себе развивающиеся страны.

В начале 1970-х жители индийского штата Утар-Прадеш объединяются против строительства скоростных дорог, повлекшего истощение природных ресурсов, снижение урожаев, усиление эрозии и наводнений: 26 марта 1974 года 26 женщин и детей деревни Рени создали «живые цепи», сцепив руки вокруг стволов предназначенных к вырубке деревьев, и дали жизнь движению Чипко («объятие») – использованию в экологических акциях методов сатьяграхи, разработанных Махатмой Ганди принципов ненасильственного сопротивления и гражданского неповиновения. Эти способы борьбы, в том числе «обнимание деревьев» и прикрепление себя к объектам, на протяжении десятилетий будут применять экологические активисты по всему миру в действиях разного масштаба, от индивидуальной защиты одной секвойи до международной блокады атомной станции. Кампания Чипко в Индии увенчалась успехом: благодаря усилиям жителей множество деревьев уцелело, в 1980 году лес Рени получил статус уязвимой зоны, и на 15 лет любая вырубка в штате была запрещена.

В 1977 году в Кении возникло движение «Зеленый пояс», деятельность которого направлена на восстановление лесов, так как древесина является основным источником энергии для местного населения. Цель движения – мобилизовать «самоопределение, справедливость, равноправие, снижение бедности и защиту окружающей среды, используя дерево как отправную точку». К настоящему моменту в Кении руками 30 тыс. женщин посажено более 51 млн деревьев.

В 1970-е годы получила развитие концепция «глубинной экологии» (термин введен норвежским экофилософом Арне Нейсом в 1972 году), или биоцентризма, которая, в противоположность антропоцентризму, рассматривает человека как один из равноценных биологических видов, существующих на планете. Для последователей глубинной экологии окружающая среда нуждается в охране в силу своей самостоятельной ценности, а не в интересах человека. Вместе с четырьмя экологическими законами Барри Коммонера, сформулированными в 1971 году, принципы биоцентризма составили философскую и этическую основу экологического движения для многих его участников.

К концу десятилетия возникли более радикальные экологические организации, такие как Общество «Морской пастух» (Sea Shepherd Conservation Society), команда которого в 1979 году впервые таранит и вынуждает вернуться в порт судно китобоев-браконьеров в Атлантике. Среди акций прямого действия – то есть акций, рассчитанных на прямое и наглядное привлечение внимания к проблеме или ее решению, – практикуемых «Морскими пастухами» для защиты морской фауны, – повреждение судов в портах, абордаж и дезориентация их в море, уничтожение сетей. В том же году возникает движение «Земля прежде всего!» (Earth First!) – децентрализованная сеть локальных групп активистов, благодаря которой вошло в обиход понятие «экотажа» (экологический саботаж) и которая прославилась прямыми акциями в защиту девственных лесов Орегона и Калифорнии под лозунгом «Без компромиссов в защите матери-Земли!» на протяжении 1980-х и 1990-х годов. Аналогичным образом в Германии в 1982 году появилась и начала действовать в защиту лесов, в частности Шварцвальда, организация «Робин Вуд» (Robin Wood).

Нет атому, военному и мирному

В 1979 году происходят сразу две тяжелые аварии в атомной энергетике – расплавление активной зоны на АЭС Три-Майл-Айленд и утечка радиоактивных отходов в Черч-Рок, США. Обеспокоенность сначала ученых, а следом и общества рисками, связанными с атомной энергией, в 1970-1980-е годы выводит антиядерные инициативы, изначально выступавшие против распространения ядерного оружия, на передовой край мирового экологического движения.

Первым крупным успехом становится предотвращение строительства АЭС Виль в Германии в результате массовых протестов – 23 февраля 1975 года строительную площадку оккупировали 30 тыс. человек, и правительство отказалось от мысли насильственно перемещать их оттуда. АЭС так никогда и не была построена, и эта победа способствовала становлению антиядерного движения Германии и активизации протестных выступлений в других странах Европы и в США.

Так, в 1985-1986 годах различными методами – от рок-концертов до коктейлей Молотова – велась борьба против строительства завода по переработке отработавшего ядерного топлива в Ваккерсдорфе, Бавария, увенчавшаяся в итоге успехом. В середине 1990-х годов антиядерные силы Германии, при международной поддержке, мобилизуются вокруг Горлебена, пункта назначения прибывающих на хранение высокоактивных отходов с перерабатывающего предприятия Ля Аг во Франции. Перевозки, состоявшиеся в 1995-1997 годах и сопровождавшиеся многотысячными протестами и блокадами, были прекращены вплоть до 2008 года.

Во Франции в 1975-1977 годах в десяти демонстрациях против атомной энергии приняло участие 175 тыс. человек, в Германии в семи акциях протеста возле объектов атомной промышленности или попытках их блокады – 280 тыс. Одна только демонстрация в Бонне осенью 1979 года собрала 120 тыс. человек. Благодаря высокой активности антиядерного движения в Испании в 1970-е и 1980-е годы в стране было построено лишь 10 из 37 планировавшихся атомных станций. Строительство АЭС Батаан на Филиппинах с 1976 по 1984 год сопровождалось массовыми протестами вплоть до 1986 года, пока не было принято решение, что достроенная станция так и не вступит в строй. Экологи объединились в национальную Коалицию за безъядерные Филиппины, которая, как и любая другая экологическая организация в мире, в своей кампании опиралась на такие инструменты, как лоббирование, привлечение экспертов, судебные разбирательства, протестные акции, связи с общественностью и средствами массовой информации, а также международная солидарность. В 2008 году правительство вернулось к мысли о запуске АЭС, а вместе с ней возобновились и протесты.

В США координационным центром антиядерных групп и активистов становится созданная в 1978 году Служба информации и ресурсов по атомной энергии (Nuclear Information and Resource Center, NIRS), которая большое внимание уделяет лоббистской и правовой деятельности, в частности в области законодательства, регулирующего выдачу разрешений на строительство и эксплуатацию ядерных объектов, управление радиоактивными отходами.

Среди примеров успешной деятельности NIRS – кампания «Остановим мобильный Чернобыль»: поправка к закону, которая позволила бы перевозку отработавшего ядерного топлива со всех реакторов страны для глубинного захоронения в Юкка-Маунтин еще до того, как это место получило бы статус пункта окончательной изоляции отходов, так и не была принята. Кроме того, NIRS инициировала судебное разбирательство, в результате которого было отказано в выдаче разрешения на строительство реактора на АЭС Калверт-Клифс – и это стало прецедентом.

Много задач, много надежд

Антиядерное движение вдохновило людей на выступления против других вредных для здоровья человека и разрушающих окружающую среду объектов – крупных плотин, мостов, туннелей, дорог.

В Великобритании в ответ на планы правительства по расширению транспортной сети возникает антидорожное движение, чья деятельность в 1970-х фокусируется на местных экологических и социальных проблемах, связанных с расширением лондонских дорог, в 1980-е включает также позиции защиты дикой природы, а в 1990-е – уже и аргументы, касающиеся выбросов парниковых газов. В 1992 году состоится первый экологический лагерь протеста возле участка расширения автострады М3 в Твайфорд-Дауне, в 2011 году вошедшем в состав национального парка. В 1994 году правительственная комиссия придет к заключению, что расширение дорог поощряет рост автомобильного движения и загрязнения атмосферы, и в 1995-1997 годах большинство планов строительства автотрасс будут отменены. Отсюда позже вырастет и распространится по миру движение сопротивления доминирующей роли автомобиля в городском движении «Вернем себе улицы» (Reclaim the Streets).

В 1982 году вступает в силу международный мораторий на китобойный промысел, а в Северной Каролине, где чернокожая беднота выступает против свалки токсичных отходов в месте своего проживания, рождается термин «экологический расизм», что дает толчок движению за экологическую справедливость. В 1986 году экологи одерживают крупную победу в борьбе с безудержным потреблением: «Макдональдс» вводит использование биоразлагаемой упаковки, что знаменует новую эру в работе экологических организаций с компаниями в отношении их воздействия на окружающую среду и с гражданами и в отношении их роли как потребителей.

В этом же году мир столкнется с одной из тяжелейших техногенных катастроф за всю историю цивилизации. Чернобыльская трагедия заставляет многих принять точку зрения экологов на риски атомной энергии, во всем мире прекращено или заморожено строительство АЭС.

В 1987 году заключается международный Монреальский договор, который накладывает запрет на использование веществ, негативно воздействующих на озоновый слой Земли. Тогда же доклад Международной комиссии ООН по окружающей среде и развитию, известный как «Доклад Брунтланн», вводит ставшее надолго мантрой экологического движения понятие «устойчивого развития» – концепции развития, которое «удовлетворяет потребности настоящего поколения, не ставя под угрозу возможность будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности». В 1988 году налагается запрет на сброс в океаны любого вида отходов и учреждается Межправительственная группа экспертов по изменению климата, призванная окончательно установить, является ли антропогенный фактор основной причиной роста глобальной температуры.

Перестройка и распад Советского Союза дают дорогу стремительному развитию экологического движения на территории бывшего социалистического лагеря. В странах Восточной Европы и СНГ возникает множество локальных экологических инициатив, происходит объединение их в национальные зонтичные ассоциации, открываются отделения международных организаций. Экологические активисты новых демократических государств перенимают опыт западных коллег и применяют его дома. Так, в 1989 году экологическая коалиция Венгрии и Чехословакии сумела предотвратить строительство дамбы на Дунае, а в 1990 году в Польше под давлением экологов правительство отказывается от достройки АЭС Жарновец. Крупнейшим объединением экологов бывшего СССР становится Социально-экологический союз, на платформе которого деятельность множества организаций, работающих в разных городах, разных сферах и разными методами, движется в едином направлении.

Ископаемое топливо: схватка не на жизнь, а на смерть

Десятилетие 1990-х приходит под знаком надвигающегося изменения климата, для обозначения которого первоначально используется термин «глобальное потепление». Результатом Саммита Земли 1992 года, который определил эту угрозу как приоритетную из стоящих перед человечеством экологических проблем, становятся, помимо Конвенции о биоразнообразии, Рамочная конвенция ООН об изменении климата и Киотский протокол – первое международное климатическое соглашение, направленное на сокращение странами-участницами выбросов углекислого газа. Однако не все развитые страны готовы поступиться своими интересами, и перед экологическим движением открывается широкий фронт работ. В конце концов этот долгий путь приведет к принятию в 2015 году Парижского соглашения по климату.

Пока же экологические инициативы против ископаемых источников энергии и в поддержку возобновляемых только набирают силу. А транснациональные корпорации, десятилетиями безнаказанно разрушающие среду обитания и жизни людей при добыче, транспортировке и сжигании нефти и угля, противодействуют их усилиям. Протесты и борьба против загрязнения повсеместно – и особенно в странах третьего мира – сталкиваются с насилием, клеветой и нарушениями прав человека.

Компания Shell печально известна своей деятельностью в Нигерии, результатом которой стала экологическая катастрофа в дельте Нигера – крупнейшей в Африке заболоченной экосистеме, являющейся домом для 31 млн человек и одним из мест наибольшей концентрации биоразнообразия в мире, источником пресной воды и пресноводной рыбы, сельскохозяйственных растений и древесины. По данным ООН от 2011 года, на восстановление региона, десятилетиями страдавшего от нефтеразливов, потребуется 25-30 лет и $1 млрд только на первые пять лет ликвидации последствий.

Происходившее в Нигерии в 1993-1994 годах можно назвать войной против народа, посмевшего поднять голову против нефтедобычи. Сотни тысяч протестовали против деятельности Shell и действий правительства, в 1994 году в ходе подавления конфликтов военными были расстреляны тысячи мирных жителей, а в 1995 году были казнены девять активистов «Движения за выживание народа огони», включая его инициатора Кена Саро-Виву, чьими последними словами было: «Господи, прими мою душу, но борьба продолжается». В 1996 году родственники девяти казненных подали против Shell иски, обвиняя компанию в соучастии во внесудебной казни, пытках, а также найме военных для подавления протестов и прочих тяжелых нарушениях прав человека, и 13 лет спустя Shell, не признавая ответственности по выдвинутым обвинениям, согласилась во внесудебном порядке выплатить $15,5 млн. Четыре года спустя, также в рамках внесудебной договоренности, Shell согласилась на выплату £55 млн пострадавшим от двух крупных нефтеразливов в 2008 и 2009 годах.

Борьба продолжается по сей день. В 2013 году один из судов Нидерландов признал дочернюю компанию англо-голландского нефтяного гиганта в Нигерии ответственной за загрязнения в дельте Нигера. Но в январе 2017 года Верховный суд Великобритании отказал в принятии двух исков от представителей 42 тыс. нигерийцев, потребовавших от Shell, начавшей нефтедобычу в Нигерии еще в 1958 году, компенсаций за загрязнения и мер по очистке дельты Нигера, где в результате регулярных разливов нефти загрязнены питьевая вода, подземные источники и почва, уничтожены мангровые леса, исчезли популяции рыбы, разорены фермеры и рыбаки, повреждено здоровье населения. Суд пояснил, что дела должны слушаться нигерийскими судами, на чью справедливость истцы не надеются.

Летом 2006 года в Бангладеш убиты три участника многотысячной мирной демонстрации против планов ведения добычи угля открытым способом, которые угрожали переселением 130 тыс. фермерских семей, уничтожением 14,5 гектара плодородных земель и разорением объекту Всемирного наследия ЮНЕСКО, крупнейшему на Земле мангровому лесу Сундарбан.

А в апреле 2016 года полицией были убиты четыре участника протестов против строительства вблизи Сундарбан двух угольных станций. Уголь для станций планируется привозить из Индонезии, где в Восточном Калимантане угольные карьеры занимают 40 тыс. кв. км – или четверть территории провинции, некогда занятой богатейшими в мире по биоразнообразию низменными тропическими лесами, которые на острове Борнео стремительно исчезают также под посадками масличных пальм.

Новые времена и прежние вызовы

Со вступлением в силу в прошлом году принятого на саммите в Париже нового мирового климатического соглашения мечта экологов о переходе к безуглеродной энергетике наконец начинает приобретать реальные очертания. Помимо обнадеживающих тенденций в борьбе с изменением климата и за чистую энергетику минувший год принес экологам и другие позитивные моменты. Двадцать стран, включая Россию и США, учреждают 40 морских заповедников, где запрещены коммерческое рыболовство, добыча нефти и газа и другие опасные виды деятельности. Впервые более чем за столетие зарегистрировано увеличение мировой популяции тигров: их стало 3890 против 3200 в 2010 году. После десятилетия успешных охранных действий также на 17% увеличилась популяция большой панды, а количество американских ламантинов, которых в 1991 году насчитывалось 1267, выросло в пять раз. Яркой и громкой победой увенчался продолжительный мирный протест в Северной Дакоте, который привлек общенациональное и международное внимание к плану строительства нефтяного трубопровода возле индейской резервации Стэндинг-Рок, угрожавшего водоснабжению и священным землям племени сиу: в декабре 2016 года проект был приостановлен, назначена экологическая экспертиза.

Однако победа уже в скором времени сменилась очередным вызовом: пришедшая в Белый дом новая администрация выпустила правительственные постановления об ускоренном завершении работ по оценке экологического воздействия проекта и возобновлении строительства. Увы, пример противостояния в Северной Дакоте иллюстративен: даже со столь внушительным опытом достигнутых перемен за плечами, не похоже, что экологическому движению пришло время остановиться и почивать на лаврах.

Преобразования, к которым призывают экологи, медленны, неполны, а то и реверсивны. Ведь те, кто извлекает прибыль из разорительной эксплуатации природных ресурсов, тратят немало сил на то, чтобы сохранить ту экономическую систему, которая, по словам американского писателя и экологического активиста Уэнделла Берри, «уничтожает, загрязняет и уродует эту прекрасную землю», основываясь на двух мифах: «что то, что не имеет рыночной ценности, не имеет ценности вообще, и что контроль над экономической жизнью наших сообществ можно безопасно передать в руки огромных корпораций». Тут все средства хороши: угрозы и физическая расправа над отдельными активистами, травля и клевета в средствах массовой информации, политические репрессии, дискредитация экологов путем учреждения «карманных» общественных и экспертных организаций, спонсирование и участие в экологических мероприятиях разного уровня и прочий greenwashing – то есть создание «зеленого» имиджа без достаточных на то оснований.

Не остаться за бортом в мире, движущемуся к безуглеродному будущему, пытается атомная энергетика, под видом средства для борьбы с изменением климата, – и экологи запускают новые информационные кампании и акции, и угольная, чьи надежды на технологию хранения и улавливания углерода не решают проблемы тяжелых последствий добычи, перевозки и сжигания угля для природы и человека. Леса – легкие и кладовая планеты – продолжают, по данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, исчезать со скоростью 14 гектаров в минуту. В 2010 году приостановлен мораторий на убийство китов. В 2012 году в Китае введена в строй крупнейшая по мощности ГЭС «Три ущелья», из-за которой подверглись переселению 1,3 млн человек, поставлены под угрозу сокращения или полного вымирания популяция обитающих в Янцзы осетровых и 3 тыс. оставшихся в мире белых журавлей и окончательно исчез китайский речной дельфин. Победы экологического движения отличаются тем, что их приходится одерживать вновь и вновь.

Лозунг «Будьте реалистами, требуйте невозможного!» всегда актуален. Экологи всегда должны быть здесь, чтобы требовать невозможного. И только тогда будет сделано необходимое.

 

16 января 2017 года Санкт-Петербургская общественная организация Экологический Правозащитный центр «Беллона» внесена Министерством юстиции РФ в реестр «некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента».

Галина Рагузина

ragunna@gmail.com