«Северный поток – 2» раскромсает Кургальский заказник

Kurgalskiy reserve Кургальский заказник. Credit: Виктор Терешкин

На мероприятии выступали председатель национального комитета Международного Союза Охраны Природы (IUCN), представитель России в рабочей группе HELCOM Habitat, известный ученый Рустам Сагитов, старший научный сотрудник Ботанического института им. В.Л. Комарова Елена Глазкова, эксперт по флоре Анна Доронина.

Сначала ученые рассказали об уникальности заказника. О том, какие там залежки кольчатой нерпы, серого тюленя, краснокнижные растения и мхи. И, конечно же, не раз звучало – если через заказник пройдет газопровод «Северный поток – 2», особо охраняемой природной территории (ООПТ) будет нанесен непоправимый ущерб. Поначалу ущерб будет нанесен при прокладке просеки и укладке трубы, которая буквально раскромсает, развалит заказник на две части. Урон будет нанесен лесам. Редким видам растений. И мхам. И всему животному миру. По трассе газопровода будут постоянно ездить мощные машины охраны, которая обязана регулярно её патрулировать. Это значит – будет постоянный фактор беспокойства для всех обитателей заказника. Постоянные выхлопы дизельных двигателей. А заказнику и так достается от близости порта и города Усть-Луга. Наши дорогие россияне в лесу не церемонятся. Оставляя после себя кучи мусора. И пожары. Заказнику достается от браконьеров-рыбаков, которые хищнически ловят рыбу сетями. От браконьеров-охотников, которые с мощных катеров из многозарядных полуавтоматов лупят во все, что машет крыльями.

Я спросил:

– Как вообще стало возможным, что территорию заказника, защищенного несколькими международными конвенциями, стали рассматривать в качестве выхода газопровода к заливу?

Елена Глазкова ответила:

– Это вам нужно спросить у проектировщиков. Почему они считают Россию страной третьего мира. Почему в России можно проводить газопровод по особо охраняемым природным территориям, а в европейских странах нет.

Тут Рустам Сагитов внес поправку:

– Международная компания Nord Stream2 разрабатывала только морскую часть трассы «Северного потока – 2». А всю сухопутную часть просчитали в нашем «Газпроме».

Ну вот, теперь я, наконец, понял, кто считает Россию страной третьего мира.

Но я не унимался и спросил:

– Известно, что в донных отложениях возле Кургальского полуострова содержится цезий-137. Это выброс четвертого блока Чернобыльской АЭС. Учитывалось ли в проекте, что при проведении траншеи для газопровода будут вынесены наружу донные отложения, образовавшиеся после апреля 1986 года? Именно в них высоки значения этого опасного для всего живого радионуклида.

Kurgalskiy reserve grey seals Серые тюлени в Кургальском заказнике. Credit: Виктор Терешкин

Рустам Сагитов ответил:

– Этот вопрос нужно задать специалистам Радиевого института – они вели эти проработки.

После окончания пресс-конференции я взял интервью у Александра Сутягина, главы некоммерческой организации «Мониторинг БТС» (Балтийской трубопроводной системы). Вот что он сказал:

– Изначально при разработке проекта «Северный поток – 1» планировались два маршрута – Северный, который идет в бухту Портовая, он и был реализован и проходит под Невой. И Южный, который должен был идти на мыс Колгампя на Сойкинском полуострове и был отвергнут. И карта соответствующая сделана «Гипроспецгазом», который занимался сухопутной частью маршрута. В отличие от Nord Stream, который занимался морской частью. У них разделены полномочия. Мы можем сравнивать два этих маршрута и сразу увидеть, что Северный вариант не пересекает ни одной особо охраняемой природной территории. Поэтому он и был выбран. А Южный маршрут пересекает от одной до пяти ООПТ. Но и тогда не рассматривался Кургальский полуостров, на котором расположен Кургальский заказник. Газпром в конце 1990-ых – в начале 2000 годов при проектировании «Северного потока – 1» вообще не рассматривал Кургальский полуостров в принципе как место для выхода газопровода к заливу. Считали, что можно его обойти. И еще один – очень существенный – фактор. Существуют очень жесткие требования при проектировании и прокладке магистралей газопроводов относительно расстояний до поселков или особо потенциально опасных промышленных объектов. И эти нормы железно выдерживаются, потому что при разрыве газопровода и возгорании газа воздействия на поселки будут чрезвычайно разрушительные. Если мы посмотрим на Южную трассу, которая нам сейчас предлагается в Nord Stream 2, при этом неважно, пройдет она через Кургальский полуостров или Сойкинский, то мы увидим, что Южный вариант пересекает практически все проложенные по территории области магистральные нефте- и нефтепродуктопроводы, газопроводы. Три магистральных нефтепровода БТС. И еще нефтепродуктопровод в порт Приморск. Газопроводы, которые уже проложены в Петербург. А Северный маршрут их преимущественно обходит.

Kurgalskiy sunrise Рассвет в Кургальском заказнике. Credit: Виктор Терешкин

– А есть ли какие-то исследования, в которых рассматривается, что произойдет в случае теракта на пересечении нефтепровода и газопровода?

– Если произойдет подрыв нефтепровода, неминуемо возникнет разрыв трубы, огромный разлив нефти, а вот от подрыва газопровода возникнет сильнейшая утечка газа и взрыв. Причем, колоссальный по разрушительной силе, так как взорвется очень большой объем газа.

P.S. Что же произошло в России за последние пятнадцать лет, заставившее мощную отечественную компанию «Газпром» относиться к родной стране как стране третьего мира? Крушить заказник, который охраняют международные конвенции, планировать маршрут газопровода, пересекающий нефтепроводы? Да это не маршрут, а подарок террористам. Надо начинать журналистское расследование.

 

16 января 2017 года Санкт-Петербургская общественная организация Экологический Правозащитный центр «Беллона» внесена Министерством юстиции РФ в реестр «некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента».

Виктор Терешкин