Успехи ВИЭ в мире и попытки развития в России

Wind Power Credit: Duke Energy

Первая серьезная цель в развитии возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в России была поставлена в 2009 году. По плану к 2020 году их доля в энергобалансе страны должна была составить 4,5%. Однако через четыре года стало ясно, что это нереально. Цель поменяли – 2,5% к 2020 году. Но вот беда, опять что-то пошло не так, и в сентябре 2016 года министр энергетики РФ Александр Новак заявил, что «объем возобновляемых источников энергии без учета выработки гидрогенерации к 2024 составит до 2,5% в общем объеме».

В такой ситуации очень полезно искать положительный опыт и делиться им.

Этим и занимались участники секции по развитию ВИЭ.

Перспективы одной отдельно взятой страны нельзя рассматривать в отрыве от общемировых тенденций, поэтому в качестве вступления прозвучал краткий обзор успехов ВИЭ в мире, который представила эксперт Гринпис России Юлия Пронина.

Новые рекорды

Так как статистика за 2016 год еще не подготовлена, за основу были взяты результаты 2015 года, ставшего очередным рекордным годом для развития ВИЭ.

Так, по данным агентства «Блумберг», в 2015 году инвестиции в ВИЭ в глобальном масштабе достигли $329 млрд. Лидерами здесь остаются Китай, США и Япония. В основном деньги вкладывают в ветряки и солнечные станции.

В 2015 году введено в эксплуатацию 147 ГВт новых ВИЭ (против 133 ГВт в 2014 году). Их суммарная мощность выросла с 665 до 785, 9 ГВт – и это без учета гидроэнергетики! При этом доля ВИЭ в мировом производстве электроэнергии достигла 23,7%.

Солнечная генерация выросла с 5,1 ГВт в 2005 году до 227 ГВт к началу 2016 года. Ветряки повысили свою мощь за это же время с 59 до 433 ГВт.

Эксперты Гринпис просчитали разные варианты перехода на ВИЭ с точки зрения поставленной перед человечеством задачи удержать повышение глобальной температуры на планете в пределах 2 градусов. Вывод таков: если мы не перейдем к 2050 году на ВИЭ, достичь этой цели не удастся.

Существуют разные прогнозы на будущее, которые весьма отличаются друг от друга. К примеру, Международное энергетическое агентство (МЭА) дает несравненно более пессимистичный прогноз, чем Гринпис.

МЭА полагает, что к 2050 году выбросы парниковых газов могут увеличиться на 56%. Гринпис же, учитывая, что выбора – снижать или не снижать такие выбросы – у человечества нет, утверждает иное. К 2030 году вполне можно сократить глобальные выбросы CO2 до уровня 1990, а к 2050 году еще на 80% от уровня 1990 года. Есть и еще более оптимистический сценарий: сокращение выбросов к 2030 ниже уровня 1990 года, а к 2050 году до 0%. Это совсем не так фантастично, как кажется.

Все страны мира обладают значительным потенциалом ВИЭ и энергосбережения, который превышает их уровень потребления энергии. К примеру, у стран Западной Европы и Китая потенциал ВИЭ в 2-5 раз превышает необходимый им объем энергии. Для России и стран СНГ превышение составляет 10-12 раз. Для США и Канады – 5-7 раз. Для Австралии и Японии – 50 раз!

По достаточно осторожным подсчетам к 2020 году совокупная установленная мощность ВИЭ достигнет 2625 ГВт.

К 2050 году доля ВИЭ в теплоснабжении должна превысить 19%, а в транспортном секторе – 52%.

Поэтапный отказ от ископаемого топлива предполагает, что к 2035 году прекратит существование энергетика, основанная на буром угле. К 2045 году прекратится использование каменного угля, а к 2050 году будет практически сведено к нулю использование газа, нефтепродуктов и ядерного топлива.

В области получения тепловой энергии также планируется массовый переход на ВИЭ. К 2050 году до 94% тепла будет вырабатываться без использования ископаемого топлива. Остальное временно обеспечит газ. Этапы данного процесса таковы: 2012 – 21%; 2020 – 25%; 2030 – 43%; 2050 – 94%.

Вполне оптимистичен и прогноз по транспорту. В то время как МЭА предсказывает увеличение использования ископаемого топлива на 65%, Гринпис уверен в обратном. Потребление традиционного топлива будет падать, и к 2050 году его потребление упадет на 23%. Во многом это будет зависеть от политической воли правительств и разумного выбора населения в пользу альтернативных видов топлива и энергоэффективных транспортных средств.

Итак, потенциал есть, технологии есть, стимул в виде климатического катаклизма тоже есть. Посмотрим на то, во что все упирается – деньги!

Наиболее оптимистический сценарий Гринпис, который предполагает вложение в ВИЭ $ 64,6 трлн, все равно оказывается выгодным, так как к 2050 году это принесет прямую выгоду почти в $ 2 трлн. Кроме того, экономия топлива составит в эквиваленте $ 42 трлн.

По данному сценарию удастся также сдержать рост цен на электроэнергию. К 2050 году ее стоимость будет на 1,7-2,5 цент/кВтч ниже, чем в сценарии, подготовленном МЭА.

Обращаясь к специфике России, Юлия Пронина обратила внимание на то, что сейчас российский владелец солнечной батареи или ветряка находится в странной ситуации. В России передавать энергию от ВИЭ в общую сеть не запрещено, но и не разрешено. Нужно добиваться законодательного обеспечения права владельца ВИЭ на это.

Практика развития ВИЭ на Северо-Западе

Юрий Сергеев, представитель «Беллоны» из Мурманска рассказал о практических результатах проекта по развитию ВИЭ, который реализуется на Кольском полуострове в последние годы.

Говоря о том, насколько идея развития ВИЭ понятна людям, Юрий сказал, что сейчас сложно найти регион, население которого не знало бы, что это такое. Ветряки и солнечные панели стали обычным элементом пейзажа, обустройства домов и поселков.

Тем не менее, если разговор заходит о региональных программах развития ВИЭ, простой осведомленности мало. Все минимально успешные примеры развития возобновляемой энергетики в России обусловлены политическим решением региональных властей или бизнес-проектами.

Проект в Мурманской области начался с того, что «Беллона» вместе со специалистами Кольского научного центра провела оценку потенциала ВИЭ в регионе. Не смотря на то, что регион энергоизбыточный – здесь работают мощная Кольская АЭС и множество тепловых станций, – существует немалое количество территорий, не охваченных энергоснабжением. Это удаленные районы, поселки, которые обеспечиваются дизель-генераторами. Исследование показало, что метеостанции, погранзаставы, рыболовецкие и оленеводческие хозяйства рационально обеспечивать установками, работающими от ВИЭ. Они позволят не только снизить экономические затраты, но и улучшить экологическую обстановку и социально-бытовые условия жизни населения.

По итогам исследования вышел доклад. На его презентацию пришел председатель сельского поселения Варзуга, куда входит несколько населенных пунктов, в большинстве из которых электричество подавалось 8-9 часов в день. Послушав доклад, он пошел обивать пороги – дайте денег на проект «Беллоны»!

В 2013 году удалось получить 30 млн руб. на разработку программы по энергообеспечению отдаленных поселений и на установку пилотного объекта в одном из них.

Первая установка «три в одном» в Мурманской области заработала весной 2014 года в поселке Пялица (входит в состав Варзуги). Это комплекс из четырех ветряков по 5 кВт, двух дизель-генераторов по 30 кВт и 60-ти солнечных панелей общей мощностью 15 кВт.

По информации региональных властей всего лишь за полгода проект в поселке Пялицы дал экономический эффект примерно в 3,5 млн руб.

Затем была запущена еще одна специальная программа, получившая финансирование на 109 млн руб. 80% средств на ее реализацию выделил региональный бюджет, 15% – федеральный, 5% – муниципальный. В результате ВИЭ-комплексы в сочетании с дизель-установками появились в 4-х деревнях.

Другой интересный проект вырос из осознания того, что до сих пор никак не удавалось посчитать существующие мощности ВИЭ. «Беллона» выпустила реестры таких источников по Кольскому полуострову, по Карелии и Архангельской области.

Что интересно, в Мурманской области и в Карелии «Беллона» получила поддержку от министерств энергетики и смогла получить почти всю необходимую информацию по объектам.

В Мурманской области долгое время существовала проблема с маяками и навигационными знаками, ранее работавшими на ядерных источниках энергии – РИТЭГах. Потом их заменили на солнечные панели. Это объекты министерства обороны, и даже на обращение от местного Минэнерго был ответ – не дадим данных. Нашелся другой способ. Вышли на производителей, которые по открытым контрактам поставляли оборудование. Они предоставили эту – еще раз подчеркнем – отрытую информацию.

В Архангельской области «Беллона» столкнулась с абсолютным нежеланием местных чиновников сотрудничать. Пришлось искать собственников энергетических объектов и собирать информацию самим. В результате, все получилось.

После этого организация предложила Центру энергосбережения сделать интерактивную карту источников ВИЭ, которая сейчас успешно работает.

Объединяя усилия для развития ВИЭ, «Белонна» собирает ученых, экспертов, производителей, бизнесменов, общественников на Форуме по возобновляемой энергетике на Северо-Западе России. Три таких форума прошли в Мурманске в 2008 и 2009 годах. В 2010 году его принимал Санкт-Петербург, а в 2012 году – Петрозаводск. Планируется провести очередной форум в 2017 году. Место проведение пока не определено.

Как и многие другие общественные организации «Беллона» работает со школьниками, проводя конференции, конкурсы, экскурсии на действующие объекты. Вместе со студентами создаются экологические компьютерные игры. Победители конференций и конкурсов участвуют в крупнейшей научно-практической конференции по возобновляемой энергетике в Норвегии.

Выпущено методическое пособие для учителей «Климатические уроки». Оно одобрено всеми возможными инстанциями для использования в школах.

Под «Климатическими уроками», если говорить языком эксперта, понимается «совокупность форм организации процесса обучения, связанных общностью содержания, включающего знания, деятельность и ценностные ориентации в области проблемы климатического вызова современной цивилизации». Это пособие подготовлено с учетом программ начальной и средней школ: по биологии, географии, химии, основам безопасности жизнедеятельности, обществознанию и праву.

АЭС и крупные плотинные ГЭС не ВИЭ

О проблеме подмены понятий в обсуждении способов решения климатических проблем рассказал руководитель красноярского общественного объединения «Плотина» Александр Колотов.

Во время обсуждения парижских соглашений в конце 2015 года стали появляться призывы использовать вместо термина «возобновляемые источники энергии» термин «неуглеродные» или «низкоуглеродные источники энергии». Под ними подразумеваются АЭС и крупные ГЭС, которые представляются рычагами борьбы с изменениями климата.

Это совершенно недопустимо, так как и те и другие наносят чрезвычайно большой экологический ущерб и в целом не позволяют решить проблему изменения климата, что уже не раз доказывалось различными исследованиями.

В феврале 2016 года появился проект так называемой «безуглеродной зоны» в Восточной Сибири. По мнению его авторов, он может снизить потребления угля. Для этого предложили обложить угольную генерацию «углеродным налогом», полученные деньги направить на модернизацию существующих ГЭС, а также возведение новых ГЭС и АЭС. К счастью, проект в таком виде положили на полку, но вместе со всем негативом похоронили и его положительную часть.

К примеру, попытку решения проблемы Северного завоза, когда тратятся огромные деньги на завоз ископаемого топлива в отдаленные районы для сжигания. Создание такой безуглеродной зоны на территории, существующей за счет Северного завоза, могло бы стать важнейшим, эффективнейшим проектом.

Сегодня Якутская компания «Саха Энергия» создает в отдаленных районах ветряные станции, которые быстро окупаются. В первую очередь за счет экономии на том самом Севером завозе.

«Давайте предложим создать госкорпорации «РосСолнце» или «РосВетер», и пусть они осваивают эту территорию!» – предложил Александр Колотов.

P.S. В начале ноября по итогам обсуждения современных проблем энергетики и борьбы с изменением климата, представители тридцати российских экологических организаций из семи федеральных округов РФ приняли специальный документ. В нем говорится о недопустимости увеличения доли АЭС и крупных плотинных ГЭС в энергобалансе России в рамках долгосрочной стратегии низкоуглеродного развития страны на период до 2050 года.

Игорь Ядрошников