Парк или месторождение: два взгляда на священное озеро Нумто

Khanty in front of Chum near Lake Numto Credit: Irina Kazanskaya

Кто победит в этом противостоянии сказать сложно, но история показывает, что так или иначе нефтяники и газовики свои интересы защищают эффективнее, чем коренное население. Проблема с освоением особо охраняемых территорий привычно решается изменением их зонирования. Этот вопрос как раз и будет обсуждаться в Белоярском 25 февраля.

Если нельзя, но очень хочется

Коренные жители твёрдо намерены отстоять свою святыню, где обитает множество редких птиц, занесённых в Красные книги РФ и ХМАО-Югры. Среди них и редчайшие журавли-стерхи, которые пользуются особым вниманием Президента России. Природный парк «Нумто» внесён в перспективный список Рамсарской конвенции, защищающей особо ценные водно-болотные угодья мира. Российское законодательство (законы «Об охране окружающей среды», «О животном мире» и другие) однозначно запрещает хозяйственное освоение таких территорий.

В истории нашей страны практически нет случаев безболезненного вторжения нефтяников и газовиков на земли коренного населения. И дело не только в нефтяных разливах и других авариях. Строятся дороги и линии электропередач. По ранимой северной почве идёт тяжёлая техника. Становится больше браконьеров на озерах и реках. Оленеводы начинают жаловаться на отстрел домашних оленей и загрязнение отходами их родовых угодий.

«Это наш дом, наш мир, наша земля, и другой у нас не будет. Здесь мы, как и многие поколения наших предков, занимаемся оленеводством, ловим рыбу, собираем ягоды и проводим обряды. По плану «Сургутнефтегаза» дорога пройдет в километре от моего стойбища. Там построят буровые, нефтепроводы, линии электропередач, будут рубить деревья, ездить по лесам и болотам на тяжёлой технике. Несмотря на обещания нефтяников, аварий при добыче нефти избежать невозможно. Если будет разлив на наших водно-болотных угодьях, нефть попадёт в реки, которые текут дальше на север и впадают в Обскую губу Карского моря», – пишет оленевод Василия Пяк.

В настоящий момент проводится сбор подписей под письмом в поддержку местных жителей. Распечатанные подписи они собираются принести с собой на слушания в Белоярском.

«Это наши лицензионные участки»

Так считают нефтяники, потому, что на территории парка у них уже есть скважины. Как сообщил руководитель Департамента природных ресурсов Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (ХМАО) Евгений Платонов, когда создавался природный парк, газовая инфраструктура уже была, власти знали и про лицензии. То есть, у нефтяников и у поддерживающей их власти есть повод заявить, что изменение зонирование необходимо. Рассчитывать, что оно будет проводиться в интересах коренного населения и природы, не приходится.

На что можно рассчитывать, если глава госструктуры, отвечающей за охрану природы в ХМАО, откровенно рассуждает: «Кроме природных экосистем, там есть лицензионные участки «Сургутнефтегаза», которые он выкупил десятки лет назад. У предприятия есть обязательства перед государством о том, чтобы проводить бурение, изыскание, исследование и освоение территории».

В компании «Сургутнефтегаз» считают, что отказ от бурения в природном парке противоречит действующему законодательству по охране недр. Так что, как сообщают СМИ, «проведение работ по выданной лицензии будет осуществляться при любом зонировании».

Также стоит отметить, что по неоднократным заявлениям правительства ХМАО в округе создана самая эффективная система отстаивания интересов коренных народов. Первый заместитель Губернатора ХМАО Геннадий Бухтин неоднократно заявлял на различных мероприятиях, что передовой в этом плане опыт региона высоко оценён и российскими властями, и международными организациями. Геннадий Бухтин неоднократно уверял и в том, что озеро Нумто, как и другая святыня – озеро Имлор, не будут принесены в жертву сиюминутным потребностям нефтяников.

Справка: Природный парк «Нумто» (в переводе «Божье» или «Небесное») создан в 1997 г. для сохранения уникальных природных комплексов Сибирских Увалов и защиты мест проживания и хозяйственной деятельности малочисленных народов Севера. Озеро имеет не только биологическую ценность, но и культовую – сюда съезжаются из отдалённых мест ханты и лесные ненцы для проведения обрядов и жертвоприношений.

Игорь Ядрошников