Арктические проекты должны перейти на «зеленые рельсы»

Arctic sunset Credit: PJ Hansen

«Устаревшие энергетические решения не выдерживают экономической конкуренции в условиях низкоуглеродной экономики и развития энергосбережения. Вслед за падением мирового спроса на уголь начнет снижаться спрос и на нефть, хотя углеводороды будут сохранять свое значение довольно продолжительный период. Норвегия уже сейчас должна задуматься о диверсификации экономики, делая ставку на опережающее развитие «зеленых» отраслей экономики и занятость населения в них», – заявил министр климата и экологии Норвегии Видар Хельгесен (Vidar Helgesen) на международном форуме «Арктические Рубежи», проходящем сейчас  в Тромсе на севере Норвегии.

По его мнению, Норвегии, чей бюджет в значительной степени зависит от добычи и экспорта углеводородов, нельзя игнорировать стремительное распространение чистых энергетических технологий и возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в мире.

«Развитие возобновляемой энергетики идет такими темпами, что солнечная энергия очень скоро сможет на равных конкурировать со всеми остальными источниками энергии», – уверен норвежский министр.

В частности, 75% энергии, потребляемой в полностью расположенной в Арктике Исландии, производится на основе ВИЭ. Электро-  и теплоснабжение в Норвегии практически на 100% осуществляется за счет гидростанций, которые, по норвежской классификации, относятся к ВИЭ.

Сейчас в стране викингов создана специальная комиссия по оценке суммарного воздействия экономики на климат. Главный фокус – на снижении выбросов углекислого газа за счет инвестиций в ВИЭ, торговли квотами, увеличения налогообложения для загрязняющих атмосферу отраслей и предприятий.

«Мы часто говорим о «зеленом сдвиге» для Арктики. Речь идет о переходе от устаревших технологий к новаторским. Надеюсь, что нам удастся перевести и добычу углеводородов на более энергосберегающие технологии», – сказал Хельгесен.

В качестве примера он привел рыбную промышленность. «Чтобы вырастить и добыть пять килограммов лосося, мы сейчас затрачиваем порядка одного барреля нефти, – конечно, необходимо менять существующие технологии».

Российский взгляд на Арктику

Ситуация в российской Арктике выглядит сложнее, что обусловлено историческим наследием. В СССР до 60% ресурсов добывалось на севере, где большое количество городов было построено вокруг градообразующих комбинатов.

То, что Россия продолжит работу в Арктике, не вызывает сомнений. Главный вопрос заключается в том, каким образом это будет делаться.

По мнению вице-ректора Европейского Университета Санкт-Петербурга Никиты Ломагина, российский север рассматривается с нескольких ракурсов: с точки зрения международного сотрудничества, как источник дохода в бюджет от существующих проектов по добыче полезных ископаемых и будущих перспективных проектов, а также как обширные и малозаселенные территории, требующие субсидий и спасения от деградации.

В частности, уже несколько лет Россия занимается ликвидацией на арктических территориях накопленного экологического ущерба. Соответствующая программа разработана на период до 2025 года. Однако из-за сложных погодных условий и навигации, работы возможно проводить только в течении двух месяцев в году.

По словам директора Департамента международного сотрудничества Министерства природных ресурсов и экологии России Нутридина Иманова, Россия серьезно ужесточила и систематизировала требования к нефтегазовым компаниям – были внесены изменения в ряд законов: теперь нефтегазовые компании должны иметь план ликвидации разливов нефти и финансовые средства для его реализации, системы обнаружения нефти и нефтепродуктов, а также средства для оперативного оповещения о разливах.

По его словам, Россия придерживается строгого принципа, согласно которому любая хозяйственная деятельность в арктической зоне должна осуществляться на основе высоких экологических стандартов и технологий.

Однако представитель Минприроды не привел в пример ни одного из существующих или будущих проектов или производств, соответствующего обозначенным требованиям.

«К российскому сектору относится треть общей площади Арктики и порядка 80% всего видового разнообразия региона. В Российской Арктике находится 22 особо охраняемые природные территории: природные парки и заповедники», – рассказал он, говоря о том, что Россия осознает свою ответственность в области сохранения хрупкой и уязвимой природной среды арктического региона и его обитателей.

Напомним, что в декабре 2015 года в российском арктическом заповеднике на острове Врангеля произошел инцидент: во время обустройства одной из арктических баз, сотрудники, занятые на строительстве, подложили взрывчатку в еду, которой прикармливали краснокнижного белого медведя. Проглотив «угощение» и получив серьезные травмы, медведица ушла от людей.

Данный инцидент вызвал бурную негативную реакцию общественности и профессионалов. Министр природных ресурсов и экологии Донской обратился в Генеральную Прокуратуру с просьбой провести расследование данного акта вандализма.

Общественные экологические организации и ученые выразили возмущение тем, что на территории заповедника ведется строительство, причем персоналом, который абсолютно не инструктирован и не знаком с правилами поведения в таких условиях.

Говоря о политике России в Арктике, Иманов подчеркнул, что она ведется «без двойного дна».

«Арктика, с российской точки зрения, регион мира и стабильности. Здесь есть конкуренция, но она мирная. Это не как проживание в многоквартирном доме, где, если не повезло с соседом, всегда можно переехать в другое место. В Арктике надо искать консенсус, руководствуясь национальными, международными интересами и здравым смыслом. Наша общая цель – сохранение Арктики», – подчеркнул представитель Минприроды.

Анна Киреева

anna@bellona.ru