ВИП-персоны пожирают московские ООПТ

fences[1] Берег был огорожен глухим трехметровым забором, а сам участок превращен в коттеджный поселок. Credit: Ирина Андрианова

Московские политики, духовенство а также топ-менеджмент крупнейший компаний, находящихся в столице, стремятся приобретать «ближние дачи» в пределах Москвы: чтобы недалеко до офиса, желательно в парковой зоне, с чистым воздухом, деревьями, водоемами и элитным уединением. Где же найдешь все это в гигантском мегаполисе? Выход один – расхватывать куски оставшихся городских парков, музеев-заповедников и особо охраняемых природных территорий (ООПТ)

people_lake Москвичам перекрыли доступ к водоему. Credit: Ирина Андрианова

Пляж нефтяного короля

В 2001 году тогдашний столичный мэр Юрий Лужков, вопреки всем нормам природоохранного законодательства, передал в аренду на 49 лет нефтяному гиганту «ЛУКОЙЛ» 1,2 Га берега Москвы-реки в заказнике «Серебряный бор».
Берег немедленно был огорожен глухим трехметровым забором, а сам участок превращен в коттеджный поселок для высшего менеджмента «ЛУКОЙЛа».

Несколько лет подряд москвичи это терпели. Однако со временем доступных природных территорий становилось все меньше, и вопрос об освобождении захваченного берега (хотя бы 20-ти метровой береговой полосы, согласно ст. 6 Водного Кодекса), становился все более актуальным.

В 2012 году московскому экоактиву удалось привлечь к берегозахватам олигархов внимание серьезных СМИ. Находясь в фокусе этого внимания, президент ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов, видимо, почувствовал себя немного неуютно. Его представители предложили общественности заключить с ними «договор», по которому кампания брала на себя обязательство открыть береговую полосу (с правом запирать ее на ночь), а общественность брала на себя обязательство больше на него не жаловаться. Подписание «договора» происходило в торжественной форме под прицелами телекамер. И что же?

lake_forest Полоса препятствий, густо засаженная колючим кустарником, туями и елями сделала дорогу к воде травмоопасной и практически недоступной. Credit: Ирина Андрианова

«Вместо беспрепятственного пользования гражданами береговой полосой и пляжем по приказу г-на Алекперова здесь была создана настоящая полоса препятствий, – комментирует ситуацию активист Сергей Менжерицкий. – Ликвидированы прежние пешеходная дорожка и мостик, все пространство береговой полосы было перекопано и густо засажено колючим кустарником, туями, елями и т.п., что сделало ее травмоопасной и практически недоступной. Алекперов сделал все, чтобы никто не посмел ходить вдоль его забора. Оказалось, что слово «крупнейшего бизнесмена России» не стоит ничего».

Как приватизировать ООПТ

Поняв, что их попросту обманули, жители с удвоенной энергией принялись бомбардировать жалобами всевозможные инстанции – прокуратуру, мэрию Москвы, администрацию Президента. В ответ Алекперов решил забрать себе берег окончательно, превратившись из арендатора в собственника. По закону территория ООПТ не подлежит приватизации, однако вспомним, что Сергей

Собянин начинал свою мэрскую карьеру как протеже Алекперова. В 1991 по 1993 он был мэром Когалыма, одной из трех нефтяных «столиц» ЛУКОЙЛа, что без личного одобрения Алекперовым было невозможно. Президент ЛУКОЙЛа и впоследствии неизменно поддерживал Собянина во всех его карьерных продвижениях. Очевидно, градоначальнику приходится расплачиваться за щедроты олигарха, и делает он это за счет публичной собственности и городских парков.

11 февраля 2015 года в районной газете «Хорошево-Мневники» появилось объявление об общественных слушаниях: «Актуализация материалов «Комплексное экологическое обследование участков территории, обосновывающих придание этим территориям статуса особо охраняемых природных территорий регионального значения памятника природы Серебряный бор» СЗАО г.Москвы».

Оказалось, что речь идет попросту о выведении из черты ООПТ участка Алекперова. Сотрудница НИиПИ Генплана Москвы г-жа Левина, представлявшая позицию Правительства Москвы, заявила, что взамен изымаемого берега к ООПТ «Серебряный бор» присоединяются другие участки.

Однако общественность быстро выяснила, что эти якобы «присоединяемые» территории на самом деле давно уже включены в состав «Серебряного бора», и весь «обмен» – фикция. Правительство Москвы пожадничало даже на жалкую компенсацию обокраденному заказнику. Задача была проста и понятна – подарить Алекперову кусок берега и лучшую часть пляжа №2 города Москвы. И с этой задачей правительство справилось. Несмотря на резко негативное отношение населения, незаконный гешефт состоялся. Участок 1,2 Га, фактически уже занятый поместьем Алекперова, теперь был формально выведен из ООПТ. Осталось только приватизировать его.

Любопытно, что совсем недавно Сергей Собянин сетовал на то, что в Москве не хватает мест для купания! При этом он собственными руками отдал одну часть пляжа №2 Серебряного бора Алекперову, а вторую – элитному яхт-клубу «Поместье-Мегапорт». Берег «Мегапорта» огорожен забором по урез воды, внутри – ресторан, вип-пляж, причалы, плавучая баня и прочие атрибуты сладкой жизни для избранных. В результате от пляжа №2, который красуется в официальном реестре пляжей Москвы как действующий, на деле осталась полоса длиной 20 м. С одной стороны она зажата поместьем Алекперова, с другой – «Мегапортом».

Церковные захватчики

Еще один захваченный московский парк – бывшая усадьба «Троице-Лыково». Постановлением правительства Москвы №1012 от 1998 года он вошел в состав природно-исторического парка «Москворецкий», а по закону №48 от 2001 года «Об особо охраняемых природных территориях г. Москвы» был признан зоной особо охраняемого ландшафта и зоной охраны историко-культурных объектов. Федеральный закон № 73 от 2002 года «Об объектах культурного наследия народов России» гарантировал свободный доступ на его территорию любому гражданину.

church_fence Credit: Ирина Андрианова

Но если вы попробуете попасть в ту часть парка, которая примыкает к Троицкому храму и берегу Москвы-реки, вас встретит высокий металлический забор, совершенно хамские объявления («Фото и видеосъемка запрещена. Кто будет фотографировать или снимать, у тех будут отняты фотоаппараты или видеокамеры или мобильные телефоны») и крепкие молодые люди. На ваш вопрос, почему парк огорожен незаконным забором, они вам отвечают, что «здесь действует не закон, а благословение Его Святейшества Патриарха Кирилла». А если будете пытаться зафиксировать эти кощунственные для светского государства слова на камеру, сотрудники охраны попытаются ее отобрать, ибо Троице-Лыковский парк облюбовал под свою «ближнюю дачу» сам г-н Владимир Гундяев.
По словам лидера движения «Открытый берег» Сергея Менжерицкого, источник, близкий к Патриархии, сообщил ему: «Патриарх уже давно присматривал место для новой резиденции в Москве. Резиденции в Чистом переулке и Свято-Даниловом монастыре его перестали устраивать из-за плохой экологии (центр города, шум, загазованность, отсутствие места для уединенных прогулок и т.п.), а поездки в загородную резиденцию в Переделкино требуют времени. Правда, есть еще дача в Серебряном бору, где он долго жил, будучи митрополитом, но патриарху ее территория кажется слишком маленькой. Поэтому Троице-Лыково выглядит идеальным решением: высокий берег Москвы-реки, большой и красивый парк, отличная экология.

Разумеется, официальной резиденции здесь не будет, дабы не будоражить общественность, однако вся необходимая инфраструктура для комфортного и безопасного проживания Его Святейшества будет создана. Речь идет о строительстве целого комплекса из 18 зданий общей площадью 16 200 кв. метров. И статус женского ставропигиального монастыря, который сейчас присвоен патриархом Троице-Лыковской усадьбе, для этих целей оптимален. Он сразу решает и вопрос закрытия территории, и вопрос бытового обслуживания – 120 монахинь всегда под рукой…»

Непонятно одно – почему для потребностей Его Святейшества в элитном отдыхе должны отчуждаться общедоступные парки? И как согласуется охранный статус парка с проектом строительства там 18 капитальных зданий? Впрочем, история захвата Троице-Лыково началась не вчера. Еще в середине 90-х годов тогдашний настоятель Успенского храма г-н Стефан Пристая безо всяких согласований огородил прилегающий к Троицкой церкви парковый участок якобы для ее «реставрации».

Реставрация продвигалась черепашьими темпами, меж тем как участок Пристая приспособил под коммерческие нужды: вырыл пруды, устроив там платную рыбалку, построил нелегальные пристанища для гастарбайтеров, организовал массовое складирование строительного мусора. В 2009 году реставрация Троицкого храма, наконец, завершилась, однако забор, ЧОПовцы и цепные псы, перекрывшие доступ к знаменитому храму, парку и реке, почему-то остались.

Огороженную территорию настоятель объявил собственностью РПЦ. Как оказалось, в 2004 году РПЦ между мэрией и приходом Успенского храма в лице г-на Пристая был заключен договор долгосрочной и безвозмездной аренды усадебного парка. Причем целью договора значилось… «воссоздание и реконструкция архитектурного ансамбля Свято-Троицкого монастырского комплекса». Самое забавное, что такого объекта – «монастырского комплекса» – на территории парка и бывшей усадьбы никогда не существовало. Что там собиралось «воссоздавать» РПЦ, одному богу известно.

В 2012 году власти Москвы передали данный участок непосредственно господину Гундяеву, который распорядился устроить на нем «ставропигиальный» женский монастырь – то есть подчиняющийся напрямую патриарху. Однако парк от этого не стал более доступным. Наоборот. Теперь вместо собак периметр охраняют охранники. По периметру установлены камеры видеонаблюдения и стационарные посты охраны.

Муниципальные чиновники и депутаты с захватом парка предпочли смириться. Во всяком случае, когда они несколько раз совместно с общественными экоинспекторами пытались проникнуть на территорию «монастыря», и охрана давала им отворот-поворот, это было воспринято как должное.

Резюме

Итак, повторимся: в Москве – самое сильное, в сравнении с регионами, гражданское общество. Но ему противостоит и самое концентрированное в стране собрание ВИП-персон. Они пытаются захватить природные территории себе под дачи, а общественность никак не может помешать этому.

Ирина Андрианова