Экономический кризис – самая активная экологическая организация

conference2015[1]

Борьба с добычей никеля в Черноземье

По словам Татьяны Честиной из межрегиональной организации «ЭКА», в регионе не прекращаются акции протеста. Митингов и пикетов прошло уже не меньше пятидесяти.

Жители собрали 100 тысяч подписей, отвезли их в Москву. Семь часов их принимали в Администрации президента – рассматривали, пересчитывали, а потом прислали дежурную отписку.

Борьба с никелевыми разработками сделала жителей Воронежской области активнее, отмечает эколог: «Когда люди занимаются одной проблемой, со временем они создают организацию, которая начинает заниматься и смежными проблемами».

Местные активисты даже решили попробовать себя в политике, и в качестве кандидатов и наблюдателей приняли участие в прошедших региональных и муниципальных выборах. А группа противников вредных разработок в «Одноклассниках» стала едва ли не полноценным СМИ, причем в отличие от традиционных региональных изданий – СМИ независимым. Сообщество в социальной сети на сегодняшний день насчитывает больше 70 тысяч подписчиков, и это при том, что население Новохоперска, который непосредственно затрагивают разработки, составляет около 40 тысяч человек.

Борьба за заповедник на юге

Об экологических проблемах юга России рассказал координатор Экологической вахты по Северному Кавказу Дмитрий Шевченко. Но начал он тоже с Новохоперска. Дело в том, что активисты Эковахты регулярно ездят на свидания в тамбовскую колонию к своему коллеге Евгению Витишко, и их путь лежит через Новохоперск.

«Везде, куда бы мы ни зашли, на заправке, в кафе, – люди говорят о добыче никеля», – подтвердил Шевченко.

В Южный федеральный округ входят разные регионы, говорит Шевченко, везде свои традиции, властные кланы, организованная преступность. Но есть и то, что их всех объединяет – это «полный правовой нигилизм правящих элит, полное беззаконие». В этих регионах нет независимых общественно значимых СМИ – теле- и радиокомпаний. Это обстоятельство откладывает отпечаток на гражданскую активность: «Людей беспокоит только то, что происходит у них под окнами».

В этих условиях практически некому защищать национальное достояние, которое даже ЮНЕСКО признано всемирным наследием – Кавказский заповедник. Заповедник был включен в список ЮНЕСКО в 1999 году, а уже через два года президент Путин решил создать на западном склоне горы Фишт горнолыжный курорт «Лунная поляна». Объект стали строить под видом научного центра.

В распоряжении экологов тогда оказались документы, в которых управделами президента требовал от Минприроды скорректировать границы заповедника. Публикация, как водится, не вызвала скандала и отставок. Остановить строительство псевдонаучного центра удалось только благодаря международному статусу заповедника. А через десять лет благодаря ЮНЕСКО подальше от границ Кавказского заповедника удалось отодвинуть олимпийские объекты, которые собирались возводить в Красной поляне.

Борьба за чистый воздух на севере

Представитель «Беллоны-Мурманск» Анна Киреева рассказала о ситуации с промышленными выбросами диоксида серы на Кольском полуострове. В регионе нормальной практикой стало регулярное превышение предельно допустимых концентраций (ПДК) вредных веществ. Росгидромет, который ведет наблюдение и публикует их результаты, даже перестал уточнять, во сколько именно раз превышен ПДК, если загрязнение превышает допустимое более чем в 10 раз. Для этого находчивые чиновники даже изобрели специальную формулировку – «высокое загрязнение».

Каждый раз после десятикратного превышения ПДК Росприронадзор проводит проверки металлургов и выписывает им штрафы. Например, за превышение ПДК в 12,6 раз штраф составил аж целых 25 000 рублей. «Видимо иностранные агенты наносят больше вреда нашей стране, потому что штраф за нерегистрацию иностранным агентом составляет от 300 000», – горько шутит Анна Киреева. В марте «Беллону-Мурманск» внесли в реестр «иностранных агентов».

Власти Мурманской области стараются лишний раз не трогать вредное предприятие, поскольку оно является одним из основных налогоплательщиков региона. Виновников всех бед чиновники в духе времени ищут на Западе. Чиновники министерства природных ресурсов Мурманской области заявляют, что половина вредных веществ – это «трансграничный перенос», не уточняя, правда, из какой страны, какое предприятие и какие загрязняющие вещества наносят урон окружающей среде региона.

…И не только на севере

Тема экологического мониторинга вызвала оживленный интерес у аудитории. Наталья Морозова из Солнечногорска Московской области заметила, что любой стационарный пост мониторинга требуют «оснащения как неспецифическими, так и специфическими анализаторами, которые для каждого производства свои». Показания с этих постов, по словам Морозовой, не должны снимать активисты, все должно быть легитимно и убедительно, «это должна быть сертифицированная структура, но ни в коем случае не Роспотребнадзор». Эколог предположила, что этим может заниматься Росгидромет.

Модератор дискуссии, глава Российско-немецкого бюро экологической информации Ангелина Давыдова отметила, что наблюдение за качеством воздуха ведется лишь в 18 регионах России. Самая большая система наблюдения, по ее словам, есть у Росгидромета, однако он свои данные продает, а у многих регионов нет денег на покупку такой статистики. Там, где мониторинг ведется параллельно другими структурами, данные чаще всего разнятся. В Москве, например, состояние воздуха мониторят три структуры – и везде получаются разные данные. Среди других проблем в этой сфере эксперт выделила использование средних значений в отчетности – «средней температуры по больницы».

Экологический экономический кризис

Шла речь и о других проблемах и регионах. Пресс-секретарь Гринпис России Евгений Усов рассказывал, например, о вреде, который природе наносят гидроэлекростанции. Он выразил надежду на то, что взрывное развитие нетрадиционных источников энергии отразятся и на ГЭС, и со временем они будут не нужны.

А пока этого не произошло, Дмитрий Шевченко предложил уповать на экономический кризис, который с достойной зависти легкостью сворачивает вредные производства и потому продолжает оставаться «самой активной экологической организацией России».

Игорь Яковлев