РЕПОРТАЖ: Радиоактивные отходы уранового производства АЭХК извлекать из хранилищ преждевременно

Общественные слушания по оценке воздействия на окружающую среду проекта «Вывод из эксплуатации хранилища сооружения 310 ОАО «АЭХК» прошли в городе Ангарске Иркутской области 5 декабря. Слушания, назначенные на рабочее время, продолжались менее полутора часов, в них приняли участие около 150 человек. Беллона.ру ранее сообщала, что вынесенный на обсуждение документ, оценка воздействия на окружающую среду (ОВОС) содержит всего 15 страниц и из него невозможно понять, о каких отходах идёт речь и какова их дальнейшая судьба.

На слушаниях выяснилось, что в «сооружении 310» размещены радиоактивные отходы (РАО), содержащие уран, трансурановые элементы, продукты деления урана, представляющие собой технологические отходы производства фтористых соединений урана, загрязнённое оборудование и отработавшие источники ионизирующего излучения. ОАО «АЭХК» предлагает извлечь отходы из подземных хранилищ, но ясности с их дальнейшей судьбой нет: не представлено ни конкретных планов вывоза РАО с территории предприятия, ни планов по строительству наземного временного хранилища для извлекаемых РАО. Участвовавшие в слушаниях представители экологических организаций призвали подойти к проблеме более ответственно и представить план обращения с РАО от момента извлечения до момента размещения во временном хранилище или пункте захоронения. Было предложено не реализовать проект до решения вопроса об окончательной судьбе этих отходов.

Открыто и беспристрастно

Ведущий слушаний заместитель мэра Ангарска Александр Лысов во вступительном слове сообщил, что целью администрации Ангарского муниципального образования при проведении общественных обсуждений является обеспечение доступности и открытости обсуждаемых материалов и соблюдение принципа беспристрастности. Цели эти в ходе слушаний были достигнуты лишь частично: к сожалению, представитель ОАО «АЭХК» не стал отвечать на некоторые вопросы.

[picture1]К чести ведущего следует отметить, что с задачей беспристрастного проведения слушаний он справился: все желающие имели возможность выступить, вопросы можно было задавать как письменно, так и из зала, допускались и выступления из зала без предварительной записи. Но заставить представителя ОАО «АЭХК» ответить на все заданные вопросы ведущий был не в силах. Открытость и беспристрастность обсуждения никак не повлияла на качество предлагаемого проекта, в итоге ОВОС предложено доработать.

В связи с тем, что в обсуждаемые документы необходимо внести существенные изменения, следует ожидать, что доработанный ОВОС будет вынесен на общественное обсуждения. Возможно, в Ангарске будут организованы новые слушания или круглый стол по этому проекту.

Радиоактивные отходы, содержащие уран и трансурановые элементы

Основная интрига слушаний связана с тем, что в вынесенных на обсуждения материалах ОВОС не была указана важная информация о том, какие именно отходы хранятся в «сооружении 310», и относятся ли эти отходы к категории радиоактивных. Единственный докладчик, старший специалист отдела капитального строительства ОАО «АЭХК» Александр Державин, в ходе двадцатиминутного выступления ни разу не назвал содержимое хранилищ «радиоактивными отходами». По отношению к отходам он использовал различные эвфемизмы: «технологические отходы», «отходы сублиматного производства» и т. п., хотя несколько раз в докладе говорилось о необходимости обеспечения радиационной безопасности, дозиметрическом контроля, дезактивации конструкций.

Почему предприятие госкорпорации «Росатом» и в ОВОС, и в ходе слушаний по объекту использования атомной энергии всячески избегает упоминания о том, что в обсуждаемом хранилище размещены именно радиоактивные отходы, можно только гадать.

Александр Колотов, председатель Красноярского отделения экологической фракции «Зелёная Россия» РОДП «Яблоко» в письменном обращении, зачитанном в ходе слушаний, предположил, что такое умолчание является намеренным, «чтобы вывести данный проект из-под действия Федерального закона Российской Федерации от 11 июля 2011 г. № 190-ФЗ «Об обращении с радиоактивными отходами» и из компетенции «Национального оператора по обращению с радиоактивными отходами» («НО РАО»)».

В ходе слушаний представитель АЭХК признал, что у комбината отсутствует лицензия на длительное хранение РАО, что делает предположение Колотова небезосновательным.

[picture4]Только в ходе ответов на вопросы подтвердилось, что речь определённо идёт о РАО. Накануне слушаний ангарская газета «Время» задала серию вопросов, например: «Каков объём, масса, химический состав, изотопный состав, удельная и общая активность отходов, размещённых в выводимом из эксплуатации хранилище сооружения 310?»

Александр Державин на этот вопрос ответил следующим образом: «В сооружении 310 размещены технологические отходы в твёрдом агрегатном состоянии. По данным учёта общая масса отходов составляет 1910,97 тонн. Общий объём – 1942,5 метров кубических. По химическому составу отходы представлены в виде смеси фторидов, оксидов, карбонатов природных изотопов урана. Помимо изотопов урана активность отходов определяется наличием трансурановых и осколочных элементов. Средне содержание урана в технологических отходах не превышает 1%».

Без ответа остался вопрос об общей и удельной активности отходов, а именно этот показатель нормируется по действующему законодательству. Например, Постановление Правительства РФ от 19.10.2012 N 1069 «О критериях отнесения твердых, жидких и газообразных отходов к радиоактивным отходам, критериях отнесения радиоактивных отходов к особым радиоактивным отходам и к удаляемым радиоактивным отходам и критериях классификации удаляемых радиоактивных отходов» устанавливает, что твёрдые отходы, содержащие естественные альфа-излучающие радионуклиды, например, уран, относятся к радиоактивным отходам в случае, если удельная активность радионуклидов в отходах превышает 1 Бк/г.

Неизвестным остался изотопный состав отходов. Не был указан состав размещенных в хранилищах отработавших источников ионизирующего излучения. Загадкой остаётся и то, какие именно трансурановые элементы присутствуют в РАО АЭХК. В природном уране трансурановых элементов быть не может, наверное, комбинат всё же работал с «регенерированным» ураном (то есть извлечённым из ОЯТ), возможно, иностранного происхождения. Присутствие трансурановых элементов, таких как плутоний, нептуний, америций, делает РАО намного более опасными и затрудняет работу с ними.

Кроме того, представленная в ходе слушаний информация противоречит экологическому отчёту ОАО «АЭХК», в котором говорится: «РАО образуется в результате переработки сырья природного происхождения, в состав которого входят только естественные радионуклиды урана».

Таким образом, полной информации о характеристиках РАО в ходе слушаний предоставлено не было, некоторые вопросы остались без ответов.

Состояние хранилищ не аварийное

Александр Державин рассказал, какие именно отходы размещены в каждом из девяти объектов «хранилища 310». По его словам, в хранилищах типа «А» размещены загрязнённые радионуклидами строительные материалы и отработавшие источники ионизирующего излучения (ИИИ); в хранилищах типа «Б» – урансодержащие технологические отходы производства фтористых соединений урана, шлак от пирометаллургической дезактивации черного металлолома, отработавшие ИИИ; в хранилищах типа «В» – урансодержащие технологические отходы производства фтористых соединений урана и загрязнённые детали оборудования, а в хранилищах типа «Г» размещены отработавшие ИИИ.

Остаётся неясным, почему не все отработавшие ИИИ, содержащие весьма опасные радионуклиды, размещались отдельно, в специальном хранилище «Г», почему и с какой целью их смешивали с технологическими РАО. Такая ситуация усложняет сортировку РАО и может привести к повышению дозовой нагрузки на персонал, выполняющий работы по выводу из эксплуатации хранилищ.

Отвечая на вопросы об осадке, размерах трещин и иных дефектах, обнаруженных в объектах «хранилища 310», Александр Державин сказал: «Количественную оценку неравномерности осадки сооружений выполнить практически невозможно без удаления обвалолвки и выгрузки отходов. Оценка неравномерности осадки и других дефектов выполнена по косвенным признакам — по трещинообразованию. [В конструкциях хранилищ] есть несквозные нитевидные вертикальные трещины длиной до полутора метров и с раскрытием до одного миллиметра. Все объекты сооружения 310 оборудованы внешней и внутренней гидроизоляцией в соответствии с проектом».

Таким образом, по мнению представителя ОАО «АЭХК», состояние хранилищ не представляет угрозы, и причин торопиться с выводом из эксплуатации этих хранилищ нет, хотя точными данными о состоянии сооружений комбинат не располагает. Конечно, наличие трещин может привести к продолжению трещинообразования и ухудшения состояния хранилищ. Наличие даже миллиметровых трещин в условиях сурового сибирского климата при попадании в них воды, например, в результате конденсации при изменениях температур, может привести к усилению коррозии бетона, но об этом ни в ОВОС, ни в презентациии на слушаниях не упоминалось.

По данным комбината, протечек хранилищ до настоящего времени не зафиксировано. «Для контроля над состоянием пункта временного хранения отходов ОАО «АЭХК» ведётся мониторинг грунтовых вод по сети наблюдательных скважин. Результаты наблюдений за последние 10-15 лет подтверждают отсутствие протечек и поступления радионуклидов в окружающую среду, что также свидетельствует о надёжности гидроизоляции хранилищ», – сообщил Александр Державин.

Отвечая на зачитанный в ходе слушаний вопрос Балаковского отделения ВООП, Александр Державин заявил: «Хранилище не доведено до предаварийного состояния. Оно выполняет свои функции! Можно либо сделать радикальный ремонт и продолжать хранение, либо совместить две вещи – выгрузить РАО и ликвидировать хранилища, чтобы не было возможности их загружать какими-либо новыми отходами».

Хранилища раскопать, отходы поместить в контейнеры

«Заполнение хранилищ в 2011 году прекращено в связи с выходом закона О б обращении с радиоактивными отходами. В данном сооружении размещены отходы, которые являются федеральной собственностью», – сказал Александр Державин. Он сообщил, что девять расположенных под землёй хранилищ «сооружения 310» планируется выводить из эксплуатации по варианту «ликвидация», то есть хранилища будут поочерёдно вскрываться, размещённые в них РАО будут извлекаться и упаковываться в контейнеры. Операции по извлечению РАО будут проводиться «сезонно», то есть в тёплое время года. [picture2]По словам Александра Державина на извлечение отходов из всех хранилищ уйдёт четыре года. Вот как он описал первый год работ: «Снимается обваловка сооружений. Создаётся соответствующая инфраструктура с контрольно-дозиметрическим пунктом, санпропускником. Доступ в сооружение осуществляется за счёт вскрытия боковой поверхности. Устанавливается вентиляция, системы водоочистки. В течение сезона все отходы сооружения перегружаются в специальные контейнеры. При погрузке в контейнеры отходы проходят паспортизацию, дезактивация и отправка в специализированную организацию для дальнейшей переработки, кондиционирования и захоронения».

Несколько странным выглядит предложение разгружать заполненные отходами подземные хранилища не через крышу, а взламывая бетонную боковую стену. Но не это главная проблема – в представленном проекте предполагается лишь извлечение отходов, а их дальнейшая судьба никак не конкретизируется.

Вывозить отходы некуда, хранить их негде

Отвечая на вопрос газеты «Время», Александр Державин сказал: «Отходы из хранилища 310 предполагается направить в специализированную организацию, имеющую соответствующую лицензию на обращение с отходами для переработки, кондиционирования и последующего захоронения в пунктах окончательной изоляции в соответствии с законодательством об использовании атомной энергии. Специализированная организация определяется по итогам конкурса в соответствии с единым отраслевым стандартом закупок госкорпорации «Росатом». Место захоронения будет определяться единственным юридическим лицом, которое определено государственной властью, это Национальный оператор [НО РАО]».

[picture3 right]Однако, ни о контракте с ФГУП НО РАО или ФГУП РосРАО, ни о каких-либо предварительных договорённостях с этими или иными организациями представитель ОАО «АЭХК» не сообщил, даже после серии прямых вопросов.

Реагируя на замечание Беллоны о необходимости нести ответственность за всю цепочку обращения с извлекаемыми из хранилищ отходами Александр Державин сказал: «Данным проектом предусмотрена процедура затаривания в контейнеры и передача в специализированную организацию. Дальше цепочка действий на сегодняшний момент не решена и это понимают все! Создана сеть организаций, которые имеют лицензии на временное хранение отходов. Временное хранение отходов осуществляется до той поры, пока национальный оператор [НО РАО] не решит проблему окончательного захоронения. Данным проектом вся цепочка [обращения с РАО] не рассматривается и не может быть рассмотрена! АЭХК должен получить сейчас лицензию, что бы в будущем для решения вопроса иметь возможность начать деятельность по ликвидации этого сооружения. Если не будут решены эти вопросы, АЭХК будет поддерживать исправное состояние этих объектов и продолжать обеспечивать временное хранение накопленных отходов».

В самом конце слушаний Вячеслав Иванец, депутат Ангарской районной Думы, сказал, что хранилища РАО на АЭХК – это бомба замедленного действия. «Отходы убирать надо из-под Ангарска – но если некуда их отправить, тогда есть опасность, что они для временного хранения останутся здесь же», – считает он. «У нас нет возможности временного хранения [РАО], ответил Александр Державин, – Для этого надо построить новое хранилище. Если захотим строить [новое временное хранилище], то будет такая же процедура — государственная экологическая экспертиза и общественные слушания». То есть, в случае изменения подхода к судьбе отходов из «хранилища 310», общественность об этом будет проинформирована.

Нужно определить всю последовательность обращения с РАО

Итак, ОАО «АЭХК» желает избавиться от отходов своей деятельности. Это желание понятно, но остаётся вопрос, можно ли его реализовать в настоящее время имеющимися ресурсами. Не привлечёт ли извлечение отходов из не аварийных (по утверждению ОАО «АЭХК») хранилищ к повышению радиационных рисков? Ведь если для извлекаемых отходов не планируется строить новое наземное хранилище, то из-за неготовности пунктов захоронения, временное хранение отходов в неприспособленных для этого условиях может продлиться десятки лет, следуя поговорке, что нет ничего более постоянного, чем временное.

Атомная отрасль должна нести всю полноту ответственности за образовавшиеся в результате её деятельности радиоактивные отходы. Но спешить с решением проблем даже в случае небольших хранилищ, подобных «сооружению 310» нельзя. Нужна целостная концепция, нужно понимание того, что с РАО будет происходить после того, как их извлекут из хранилищ на каждой следующей стадии. Нужно понимание того, где будет конечный пункт размещения отходов, как отходы туда будут доставляться, как они будут там храниться или захораниваться. Другими словами, нужна ответственность на всю цепочку по обращению с РАО. Предложение извлекать отходы, не имея гарантий, что после их извлечения будет существовать возможность надёжного обеспечения радиационной безопасности, это крайне ограниченный подход, а возможно и проявление безответственности.

«АЭХК предлагает не лучший способ потратить 1,7 млрд рублей в кризис: просто вытащить на поверхность из подземных хранилищ радиоактивные отходы без гарантий их последующего надежного захоронения. Ведь ни места, ни средств на это новое захоронение может не оказаться, –  комментирует ситуацию для Беллоны.ру Марина Рихванова, руководитель «Байкальской экологической волны», – Кроме того, никому не нужный уже обедненный гексафторид урана стоит в контейнерах под открытым небом – эта проблема, пожалуй, более насущна. Предлагаем Росатому совместно провести форум в Ангарске по судьбе АЭХК – развитие замещающих производств, определение стратегии по работе с отходами».

Что делать с отходами не ясно, но совершенно понятно, что общественное обсуждение судьбы «хранилища 310» и других хранилищ радиоактивных отходов ОАО «АЭХК» должно продолжаться.

По итогам слушаний заместитель мэра Ангарска Александр Лысов предложил ОВОС доработать и «при доработке ОВОС в обязательном порядке учесть замечания и предложения, высказанные в ходе слушаний». После доработки, дополненный и улучшенный документ должен быть опубликован и его тоже следует обсуждать с общественностью.

Андрей Ожаровский

idc.moscow@gmail.com