Операция «Журупари» – или опыт борьбы с незаконной рубкой леса в Бразилии

ingressimage_Jurupari-01.jpg Photo: Фото: Josi Pettengill/ Secom-MT/ mt.gov.br

Статья написана на основе подробного исследования, подготовленного Ольгой Реннер (Германия) для Центра Антикоррупционных исследований и инициатив Трансперенси Интернешнл Россия. Текст исследования (на англ. яз.), текст статьи, а также полный список использованных источников (на англ. яз.) смотрите в одноименном издании «Беллоны».

В 2010 году в Бразилии прогремело скандальное дело о незаконной вырубке лесов и коррупции в структурах исполнительной власти: несколько десятков человек, среди которых оказались крупные предприниматели, землевладельцы, политики, а также высокопоставленные чиновники, – включая представителей природоохранных ведомств, – были арестованы по обвинению в организации преступной группировки, причинившей ущерб природе на сумму около 500 млн долларов, рассказывает издание Mongabay.com (на англ. яз.).

Разоблачение масштабной коррупционной схемы в лесной отрасли бразильского штата Мату-Гросу стало результатом двухлетней операции, получившей кодовое название «Журупари». От деятельности «черных лесорубов», по данным следствия, пострадали 496 км2 тропических лесов Амазонки, объем незаконных лесозаготовок составил 1,5 млн м3.

По данным официальной бразильской статистики, приведенным, например, в репортаже британской The Telegraph (на англ. яз.), в период с августа 2012 по июль 2013 года темпы обезлесения в Бразилии – несмотря на динамику снижения начиная с 2009 года – подскочили на 28%. В том же штате Мату-Гросу рост составил 52%. За год, по общенациональной статистике, были уничтожены 5843 км2 тропического леса, что, впрочем, по сравнению с предыдущим годом, составляет незначительный рост в абсолютном выражении. Худшим периодом стал 2004 год: тогда в Бразилии было вырублено 27 тыс. км2 леса.

Лесное законодательство Бразилии

По Лесному кодексу Бразилии от 1965 года, определенная часть территории включена в категорию земель, на которых должно быть обеспечено сохранение естественной растительности. В эти охраняемые земли попадают как территории, подлежащие постоянной защите и являющиеся неприкосновенными (леса, расположенные на склонах гор и вдоль берегов рек, мангровые, пойменные леса), так и территории, где разрешены лесозаготовки, но не сплошная вырубка.

Защите подлежат 80% земель в Амазонской низменности, 35% земель в саваннах, 20% лугопастбищных угодий.

Как пишут исследователи (на англ. яз.) Ли Джей Альстон (Lee J. Alston, США) и Бернардо Мюллер (Bernardo Mueller, Бразилия), лесное законодательство 1965 года уникально не только по причине огромных масштабов подлежащих охране территорий, но также благодаря тому, что предусматривает покрытие расходов, связанных с лесовосстановлением, исключительно за счет землевладельцев.

Однако в 2010 году, под давлением сельскохозяйственных производителей и фермеров – и несмотря на сопротивление со стороны общественных организаций – власти Бразилии начали пересмотр отдельных норм лесного законодательства. Лоббисты требовали сократить площади охраняемых лесов, ввести мораторий на восстановление лесов для малых фермерских хозяйств и разрешить крупным частично возмещать потерю естественных лесов культурами, выращиваемыми на продажу. Были также и требования ослабить ограничения в отношении прибрежных земель.

Принятый после ожесточенных дебатов в 2012 году новый Лесной кодекс хотя и сохранил процентное соотношение охраняемых территорий (80% земель Амазонии, 35% территории саванн, 20% лугов и пастбищ), но пересмотрел характеристики подлежащих охране земель. В результате, как указывает брошюра об изменениях в лесном законодательстве (на англ. яз.), опубликованная WWF, часть бывших охраняемых территорий оказалась законно доступной для вырубки лесов. Одним из наиболее спорных нововведений стали положения об амнистии нарушителей: тогда как по старой версии кодекса фермер обязан был восстановить всю незаконно вырубленную растительность, то уже новый кодекс, – в случаях, когда незаконная вырубка велась до 2008 года, – полностью освободил от такого обязательства мелких фермеров (владельцев земель площадью до 400 га) и частично – владельцев береговых участков. Крупные же землевладельцы, за сплошную вырубку лесов, проведенную до 2008 года, должны теперь компенсировать лишь половину утраченных лесов, и вольны компенсировать ее любыми посадками.

bodytextimage_Jurupari-02.jpg Photo: Фото: Wilson Dias/ ABr/ Wikimedia Commons

Как сообщила The Guardian (на англ. яз.), правительство настаивало, чтобы новая версия кодекса позволила согласовать экологические приоритеты и интересы сельскохозяйственных производителей, однако законопроект вызвал резкую критику в экологическом сообществе. Так, десять бывших министров экологии Бразилии подписали письмо, в котором назвали изменения в законодательстве «шагом назад». Как отмечает брошюра WWF, новый Лесной кодекс открывает дорогу «золотой лихорадке» обезлесения, посылая нарушителям сигнал о том, что теперь им можно перестать беспокоиться о неотвратимости наказания. Тем более, правительству будет сложно доказать, в какой именно период велась незаконная вырубка.

Управление лесной отраслью

Структура управления лесной промышленностью Бразилии соответствует федеральной организации политической системы и состоит из двух уровней.

Как рассказывается в исследовании «Законный лес: осуществление контроля и управление в лесопромышленной отрасли» (Legal Timber: Verification and Governance in the Forest Sector, на англ. яз.), планированием, управлением и контролем в области охраны природы на национальном уровне занимается Министерство природных ресурсов Бразилии и его исполнительный орган – Бразильский Институт окружающей среды и возобновляемых природных ресурсов (Instituto Brasileiro do Meio Ambiente e dos Recursos Naturais Renováveis, IBAMA).

Природоохранные ведомства штатов, в свою очередь, ответственны за лицензирование и мониторинг лесозаготовок на участках всех форм собственности и полномочны устанавливать свои правила и осуществлять собственный контроль за вырубками, если эти правила не входят в противоречие с федеральными законами. Если штат оказывается неспособен организовать эффективное управление лесной отраслью – вмешивается IBAMA.

Выявление правонарушений и привлечение нарушителей к уголовной ответственности осуществляется и на национальном уровне, и на уровне штатов; наложение административных санкций – штрафов и конфискации незаконно полученной древесины – осуществляется институтом IBAMA и природоохранными ведомствами штатов.

В 2006 году были созданы два новых ведомства: Бразильская лесохозяйственная служба, для управления лесами в федеральной собственности, а также, под эгидой IBAMA, национальная система информации и контроля за транспортировкой лесной продукции (на англ. яз.) – Documento de Origem Florestal (DOF). В то же время штаты Мату-Гросу и Пара имеют свои информационные системы, созданные с той же целью – Sistema de Comercialização e Transporte de Produtos Florestais (SISFLORA). С помощью этих систем отслеживается вся цепочка поставок и транспортировки леса.

Организация лесозаготовок

Как отмечают Альстон и Мюллер, статус охраняемой территории прописан в праве собственности на землю, и границы охраняемой территории в дальнейшем не подлежат изменению. Экологически рациональная хозяйственная деятельность на охраняемых природных территориях Бразилии допускается только после того, как специалист-лесотехник составит подробный план ведения лесного хозяйства, а государственное природоохранное ведомство его затем одобрит. По закону, перед тем, как подать план на рассмотрение, лесозаготовительная компания, согласно исследованию «Законный лес», должна получить специальное разрешение, подтверждающее легальность права пользования участком и статус землепользователя или собственника и удостоверяющее наличие леса спутниковым снимком территории.

bodytextimage_Jurupari-03.jpg Photo: Фото: Wilson Dias/ Agência Brasil/ Wikimedia Commons

Одобрив план лесопользования, природоохранное ведомство выдает разрешение на проведение рубки леса, занося информацию в компьютерную систему DOF. Зарегистрированные в системе лесозаготовители в дальнейшем могут использовать доступ к системе в режиме онлайн-торговли для реализации древесины. При совершении сделки по продаже объем проданной древесины списывается со «счета», под которым зарегистрирован лесозаготовительный план, а система выдает документ с индивидуальным штрих-кодом. Этот распечатанный «чек» должен сопровождать древесину или обработанную лесопродукцию во время транспортировки до места назначения.

Причины нелегального лесного бизнеса в Бразилии

По мнению исследователей из Института мировых ресурсов (World Resources Institute, WRI, на англ. яз.), возникновению незаконных рубок часто способствует комбинация нескольких факторов: рассогласованность принятых из лучших побуждений, но противоречащих друг другу мер, плохо отлаженная система контроля, нерешенные вопросы землевладения – и коррупция.

Анализируя ситуацию в Бразилии, WRI выделил, во-первых, возможность злоупотреблений в использовании системы DOF, позволяющую легализовать незаконные вырубки такими, например, способами, как фальсифицирование планов лесопользования или предоставление недостоверной информации о количестве леса на участке.

Во-вторых, считают исследователи, существует недостаток прозрачности и скоординированности в работе структур, отвечающих за контроль над соблюдением закона в лесном секторе – института IBAMA, Бразильской лесохозяйственной службы, природоохранных ведомств штатов и федеральной прокуратуры. Неидеально информационное взаимодействие, и зачастую из-за проблем несовместимости находящиеся в ведении разных штатов системы DOF не способны отследить перемещение древесины из одного штата в другой.

Немаловажную роль играют бюрократические препоны: бразильский лесозаготовительный бизнес регулируется огромным количеством правил и требований, – получение лицензии на лесозаготовки может занять больше года, – что создает возможности для злоупотреблений и коррупции.

Кроме того, исследователи отмечают фактор влияния налоговой политики, создающей более благоприятные условия для мелких лесозаготовителей. Налоговые послабления не поощряют создание крупных лесопромышленных компаний. В результате на рынке появляется множество мелких фирм, зачастую работающих без должного оформления и не способных оперировать в рамках состоявшегося ответственного бизнеса.

Помимо социальных проблем и экологического ущерба, незаконные рубки создают трудности для компаний, желающих работать в лесной отрасли легально, считают исследователи WRI. Из-за того, что разница в цене на лес у законопослушных и недобросовестных производителей может достигать 40%, официальная продукция просто не в состоянии выдержать конкуренцию со стороны более дешевой, но незаконно добытой древесины.

Преступная схема уничтожения лесов

По версии следствия, незаконной вырубкой лесов, с последующим экспортом древесины в США, Китай и Европу, занималась организованная преступная группа, в участии в которой теперь обвиняются специалисты лесного и сельского хозяйства, частные землевладельцы и предприниматели, а также правительственные чиновники. Обвинения предъявлены высокопоставленным сотрудникам администраций двух сменивших друг друга губернаторов штата Мату-Гросу, должностным лицам – включая тех, кто занимал руководящие посты – в природоохранном ведомстве штата, SEMA (Secretaria de Estado do Meio Ambiante), а также родственникам и двум советникам президента Законодательного собрания штата.

bodytextimage_Jurupari-04.jpg Photo: Карта: Google Maps

Согласно Джеферсону Шнейдеру (Jeferson Schneider), одному из судей, получивших дело на рассмотрение после двухлетнего расследования, руководство преступной группой осуществлялось чиновниками природоохранной структуры SEMA, сообщает статья на вебсайте Rádio Progresso AM 640 (на порт. яз.). SEMA – ведомство, в чьи обязанности входит лицензирование и надзор в сфере лесопользования, а также управление системой SISFLORA – действующего на территории Мату-Гросу аналога DOF, который документирует и отслеживает вырубку, реализацию и транспортировку леса.

Организационная структура предполагаемой преступной схемы, согласно судье Шнейдеру, задействовала четыре уровня: политический, бюрократический (SEMA, игравшая посредническую роль), технический (лесотехники, эксперты) и коммерческий (землевладельцы, арендаторы, заказчики проектов лесозаготовки).

Незаконная рубка зачастую начиналась с выдачи разрешений чиновниками и утверждения планов ведения лесного хозяйства, основанных на ложной информации об участке и статусе права владения на него, а также фальсификациях лесного реестра. Далее, при составлении планов лесопользования, технические специалисты, проводившие инвентаризацию участка, указывали намеренно искаженные данные об объемах и видах леса, доступных для законной коммерческой вырубки.

Задействованные в преступных махинациях сотрудники SEMA, по долгу службы обязанные проверять указанные в планах сведения, обеспечивали быстрое положительное рассмотрение заявок. А выданные на фактически незаконную рубку разрешения позволяли создавать «виртуальные» объемы леса, зарегистрированные для производства и продажи в информационной системе SISFLORA. В дальнейшем с помощью таких фальсифицированных данных можно было «легализовывать» лес, вырубленный противозаконно на других участках, например, в национальных парках.

Чиновники совершали должностные преступления по двум причинам: либо они были подкуплены, либо, – как рассказывает об одном из арестованных по делу чиновников издание Diário de Cuiabá (на порт. яз.), – имели доли в компаниях, торговавших нелегальной древесиной. Соблазн был велик: по информации Mongabay.com, наличие разрешительной документации на «законную» вырубку повышало продажную стоимость одного спиленного дерева с 28 до 770 долларов.

Операция «Журупари»

Вторая часть статьи (на англ. яз.), опубликованной на Mongabay.com, подробно рассказывает о масштабной и кропотливой работе, проведенной следствием с целью выявления участников преступных махинаций. Толчок делу дал сигнал из института IBAMA, где были замечены несоответствия в планах лесопользования в штате Мату-Гросу за 2006 и 2007 годы: планы, разрешенные для федеральных земель, были утверждены для освоения участков с уже вырубленными лесами.

Уникальным методом в сборе улик стал анализ спутниковых снимков. Выбрав ближайшие попавшие под подозрение действующие планы лесопользования и лесопильные заводы, следователи сравнивали снимки с данными информационной транспортной системы SISFLORA, а затем, при обнаружении несостыковок в инвентарных сведениях, запрашивали санкции на отслеживание телефонных разговоров и сообщений через Интернет, проверку банковских счетов и т.д. Таким образом следствие выявило подозреваемых в незаконной вырубке и поставках леса.

bodytextimage_Jurupari-05.jpg Photo: Фото: Портал Федеральной полиции Бразилии, dpf.gov.br

В ходе расследования были обнаружены участки, заявленные в бизнес-планах как подлежащие вырубке, но на самом деле уже не имевшие лесных насаждений. В случаях с наиболее очевидной фальсификацией данных реальные характеристики участков позволяли установить, что планы завышали имевшиеся для вырубки объемы леса на 400%.

Следствию пришлось задействовать как привычные методы расследования – наружное наблюдение, оперативную работу, так и анализ данных геоинформационных систем и дистанционной съемки и экспертные знания в области лесохозяйства.

Операция «Журупари», как следует из материала на Mongabay.com, стала первым расследованием преступной деятельности в экологической сфере, для которого в четко отлаженной скоординированной работе объединили усилия сотрудники различных правоохранительных структур. Впоследствии использованная в операции методика была взята на вооружение (на англ. яз.) бразильскими властями во всех делах о незаконной добыче и транспортировке леса и полезных ископаемых.

Долгое дело

В июне 2012 года, как следует из сообщения Rádio Progresso AM 640, федеральная прокуратура выдвинула против 171 подозреваемого обвинения в участии в организованной преступной группе, подлоге, незаконной рубке и хищении древесины с охраняемых природных территорий.

Некоторые из обвиняемых, как сообщает Journal Advogado (на порт. яз.), заявили протест на заключение их под стражу, считая арест незаконным и ссылаясь на конституционно закрепленный институт foro privilegiado, согласно которому (на нем. яз.) юрисдикция в привлечении к суду политиков, занимающих руководящие посты в федеральном правительстве и на уровне штатов, других высших чинов, законодателей, прокуроров и судей принадлежит только судам высшей инстанции. Поскольку в ходе следствия санкций высших судов получено не было, то, по мнению защиты, право обвиняемых на «особую юрисдикцию» было нарушено.

В марте 2013 года производство по уголовному делу было приостановлено до рассмотрения жалобы, говорится в статье на портале Olhar Jurídico (на порт. яз.), а дело, согласно еще одному сообщению на портале (на порт. яз.), передано в Федеральный верховный суд Бразилии. Впрочем, как сообщил сайт в ноябре 2013 года (на порт. яз.), высшая инстанция постановила вернуть дела обвиняемых, не наделенных правом на «особую юрисдикцию», в суд низшей инстанции, Федеральный суд штата Мату-Гросу.

По данным портала Olhar Jurídico на ноябрь 2013 года, в производстве, начало которому положила операция «Журупари», находятся 133 уголовных дела. Приговоры по делам еще не вынесены.

Лия Вандышева