РЕПОРТАЖ: Варшавский климат оказался горячее обычного

ingressimage_COP19_11-11-2013_I.jpg Photo: www.cop19.gov.pl

Тайфун и климатические переговоры

Открытие конференции в Варшаве было омрачено данными о новых жертвах тайфуна, обрушившегося на Филиппины в минувшую пятницу. Так, в начале недели было объявлено, что число погибших может превысить 10 тысяч. В целом пострадали почти 7 млн человек в 40 провинциях страны, были разрушены более 20 тысяч домов, и более полумиллиона человек стали беженцами.

Именно поэтому глава филиппинской делегации на переговорах Надерев Сано в своем эмоциональном выступлении на пленарном заседании говорил именно о жертвах и последствиях тайфуна, разрыдавшись в конце своей речи. Его выступление вызвало долгие апплодисменты, после которых члены делегаций почтили память жертв тремя минутами молчания.

Глава филиппинской делегации также объявил, что собирается частично голодать до тех пор, пока участники конференции не достигнут «значимого осмысленного решения». Инициатива филиппинского делегата получила поддержку у ряда представителей НКО и других наблюдателей на переговорах, часть которых также приняла решение присоединиться к акции частичного (посменного) голодания в поддержку Филиппин. По состоянию на вечер вторника к акции присоединились более 20 наблюдателей (постоянно обновляемый список находится здесь). Кроме того, ряд молодежных активистов в понедельник и вторник также провели молчаливые акции в поддержку Филиппин, в том числе, развернув перед залом пленарных заседаний два баннера: один с указанием количества жертв предыдущего и нынешнего тайфуна, поразивших страну, и другой со слоганом «How Many More?» («Сколько еще?»). В результате, трое представителей молодежных движений были лишены аккредитации на конференции, ввиду того, что акция являлась несогласованной.

Разработка нового соглашения и финансовых механизмов

Одним из важнейших вопросов переговорной секции в Варшаве является разработка нового соглашения, которое, напомним, должно быть готово к 2015 году и вступить в силу в 2020 году. При этом, как полагает ряд наблюдателей, в 2015 году в Париже соглашение, в любой его форме, даже крайне слабой, будет принятно в любом случае – хотя бы для того, чтобы не допустить провала, аналогичного копенгагенскому в 2009 году.

Кроме того, существенная часть переговоров в Варшаве посвящена обсуждению новых финансовых механизмов, которые заменят существующие в Киотском протоколе. По мнению Алексея Кокорина из WWF Россия, речь идет, прежде всего, о финансовых системах, которые смогут наладить поток средств и технической помощи от развитых стран к развивающимся – взамен сокращения выбросов. При этом, характер их работы должен кардинальным образом отличаться от существующих, зачастую неэффективных механизмов: когда сначала «придумывается» структура, под нее создаются органы управления, прописываются правила работы – и все это в условиях отсутствия точных данных и обязательств по «наполнению» фондов.

Так, например, еще в 2009 году в Копенгагене развитые страны пообещали развивающимся 30 млрд долларов на снижение выбросов парниковых газов и адаптацию к изменению климата. Предполагалось, что сумма «климатического финансирования» должна была достигнуть 100 млрд долларов ежегодно к 2020 году. Однако за прошедшие три года, в итоге, было выделено почти 35 млрд долларов, но 75% этих средств не были «новыми и дополнительными», в действительности являясь лишь традиционной помощью в рамках уже существующих программ развития, получивших новое «климатическое» название. Кроме того, только половина общей суммы была выплачена в виде грантов, а вторая половина – в виде кредитов, в то время как на адаптацию к изменению климата было потрачено менее 20%. Перспективы наполнения Зеленого климатического фонда на период до 2020 года также пока остаются неясными.

Компенсация климатического ущерба и потерь

Еще один важнейший вопрос для переговорной секции в Варшаве – утверждение механизма компенсации ущерба и потерь, связанных с изменением климата – именно этот вопрос стал одним из важнейших для развивающихся стран в последние годы на переговорах. Суть механизма – оплата последствий климатических катастроф и изменений (как скорых, так и отложенных – таких, например, как подъем уровня Мирового океана), к которым нельзя адаптироваться. Ряд развитых стран, в том числе США, не поддерживают создание отдельного механизма для ущерба и потерь, предлагая воспользоваться либо имеющимися механизмами финансирования мер на адаптацию, либо механизмами страхового рынка.

Глава российской делегации, советник Президента РФ по климату Александр Бедрицкий также опубликовал в понедельник официальное письмо, в котором прокомментировал свое видение международной климатической политики и будущего соглашения. В том числе, в письме идет речь и о механизме компенсации ущерба и потерь.

«Полагаем, что вопросы убытков и ущерба от изменений климата должны обсуждаться в рамках действующих адаптационных механизмов, технологического и финансового содействия укреплению потенциала развивающихся стран», – пишет Бедрицкий.

Получается, что Российская Федерация также разделяет позицию США по включению этого механизма в адаптационные меры. Несмотря на это, климатические угрозы растут и в самой России. Так, представленный во вторник рейтинг ущерба от последствий опасных климатических явлений – Global Climate Risk Index, составленный экспертной организацией Germanwatch поставил Россию на 9-е место в мире по степени ущерба (в прошлом году РФ занимала 95-е место). Ключевым фактором стало разрушительное наводнение в Крымске, общий ущерб от которого эксперты исследования оценили почти в 1,4 млрд долларов.

«Мы видим, что Россия часто не демонстрирует особого прогресса в климатической политике, в том числе на международной арене. Положение России в индексе, на наш взгляд, наглядно показывает, почему этот подход нужно изменить», – цитирует РИА Новости соавтора доклада Сонке Крефт.

Одна из причин опасений развитых стран (и России) – возможная необходимость оплаты происходящих климатических катастроф и изменений. В этом смысле примечательна инициатива Бразилии, внесенная в понедельник, которая предлагает Межправительственной группе экспертов по изменению климата подсчитать «исторический вклад» в глобальное потепление с тем, чтобы в дальнейшем обоснованно делить расходы на компенсацию климатического ущерба. Очевидно, что в подобной ситуации России достанется также немалая доля «исторической вины» – оценочные данные можно посмотреть, например, в исследовании The World Resource Institute или Государственного Агентства защиты окружающей среды Нидерландов.

Блокирование переговоров – да или нет

После того, как летом 2013 года во время переговорной секции в Бонне делегация России успешно блокировала работу одной из рабочих групп в связи с дипломатическим скандалом в Дохе в декабре 2012 года (когда представителю РФ Олегу Шаманову не дали возможность высказать коллективный протест России, Украины и Беларуси в связи с новой системой переноса неиспользованных квот с первого периода Киотского протокола на второй), внимание переговорщиков и наблюдателей всего мира было приковано к российской позиции.

В начале сентября этого года Россия и Беларусь подали официальное предложение в ООН, вновь поднимающее вопрос о «процедурных вопросах». В октябре руководитель Росгидромета Александр Фролов написал в секретариат Рамочной конвенции ООН об изменении климата письмо, объясняющее российскую позицию по данному вопросу, а один из главных переговорщиков РФ, Олег Шаманов, написал статью для Международного института устойчивого развития (International Institute for Sustainable Development), также комментирующую данный спорный вопрос. Незадолго до начала переговоров в Варшаве влиятельное климатическое издание Responding to Climate Change процитировало главу европейского отделения объединения климатических наблюдателей Climate Action Network Венделя Трио, заявившего, что, несмотря на приложенные секретариатом и польскими организаторами усилия, до сих пор остается неясным, каковы именно планы российского правительства на переговорах в Варшаве. 

Впрочем, в первые два дня оказалось, что Россия все-таки не собирается и дальше разыгрывать блокирующую карту, вновь добиваясь приоритетного рассмотрения вопросов о правилах процедуры и принятия решений. С понедельника конференция ООН приняла повестку переговоров без протестов со стороны России, Украины или Беларуси. Ряд наблюдателей полагает, что принятие повестки дня означает, что эти страны вряд ли дальше будут блокировать работу группы или в какой-то другой форме препятствовать переговорному процессу.

Обязательства стран до 2020 года

Наконец, еще одним важным пунктом обсуждения в Варшаве являются обязательства стран до 2020 года – до того времени, пока еще действует второй период обязательств Киотского протокола. При этом речь идет как о странах, принявших на себя численные обязательства, так и о тех, кто взял обязательства не в рамках соглашения, а в качестве внутренней цели (к их числу относится и Россия, утвердившая в начале октября «внутреннюю» цель сократить к 2020 году на 25% уровень выбросов парниковых газов по сравнению с уровнем 1990 года).

О существенном понижении уровня климатических обязательств объявила Япония (также не взявшая на себя численных показателей снижения выбросов парниковых газов в рамках второго периода Киотского протокола). Если первоначальная цель Японии составляла плюс 3,5% к 2020 году от уровня 1990 года, то теперь речь идет уже о 7%. Кроме того, во вторник также стало известно, что существенно понизить уровень своих обязательств может и Австралия (оставшаяся во втором периоде Киотского протокола с численными целями), отойдя от первоначальных обязательств, устанавливающих к 2020 году сокращение выбросов на 5%-25% от уровня 2000 года. Кроме того, Австралия заявила о временном отказе от финансирования Зеленого климатического фонда после первоначальной поддержки «быстрого климатического финансирования» (в период с 2009 по 2012 год).

Позиции обеих стран на переговорах вызвали существенную критику наблюдателей, а Австралия даже получила первую на переговорах в Варшаве антинаграду «Ископаемое дня».

Ангелина Давыдова