ПРЕСС-РЕЛИЗ: «Беллона» выступила на слушаниях по Курской АЭС-2

ingressimage_kursk-npp-00.jpg Photo: Источник : Атомэнергопроект

Представляем текст выступления представителя Объединения «Беллона» Андрея Ожаровского. Подробный репортаж о слушаниях будет опубликован позднее.

Меня зовут Андрей Вячеславович Ожаровский. Я приехал к вам из Подмосковья. Представляю организацию «Беллона». По образованию я – физик-ядерщик, МИФИ оканчивал. Я бы хотел представить альтернативный взгляд на документ «Оценка воздействия на окружающую среду», который выносится на слушания.

Во-первых, само название проекта. То, что пиар-составляющая вынесена в название энергоблока, меня смущает. Реактор «ТОИ» – «типовой», «оптимизированный», «информационный». Понятно, там, можно рекламировать машину, автомобиль – к реакторам надо подходить как-то серьёзнее. Само введение в наименование реактора рекламы меня как-то смущает.

Если взять первое слово, «типовой». На данный момент это реактор экспериментальный.

На листе 18 «Оценки воздействия на окружающую среду» указано, что прототипом для реактора ВВЭР-ТОИ, строительство которого вам предлагают одобрить, является реактор В-392М. Правда, уважаемые авторы «Оценки воздействия…» забыли указать, что на данный момент такая реакторная установка нигде в мире не реализована. Не существует такого реактора.

То есть, вам предлагают одобрить идею построить тут реактор без прототипа. На мой взгляд, как человека с инженерным образованием, это перескакивание через этапы разработки сложных технических сооружений, к которым, безусловно, относятся атомные станции. Вопрос в том, нужно ли это делать.

Надо понимать, что то, что предлагают тут делать, – это эксперимент. И все обоснования безопасности этой реакторной установки носят теоретический, расчётный характер. Как вы понимаете, если в металле даже прототип не реализован, то нет опытных доказательств. Меня учили, что опыт – критерий истины, а не слова разработчиков, которые заинтересованы, чтобы их реактор пошёл в серию. Опытных доказательств того, что реакторная установка будет безопасна и, даже того, что она будет работоспособна, просто не существует, потому что нет опыта эксплуатации даже реактора-прототипа.

Могу напомнить, что про чернобыльские реакторы РБМК-1000 тоже в своё время говорили, что они настолько безопасны, что их можно строить на Красной площади в Москве. Надеюсь, вы помните, что на опыте было доказано, что это не так.

Дальше – экономика. Очень интересно в «Оценке воздействия на окружающую среду» сравниваются альтернативы. Почему-то забыли про основной источник энергии для нашей страны, про энергоблоки, работающие на природном газе.

Не знаю, это случайно сделано или специально. Может, это попытка манипуляции или просто недобросовестность разработчиков «Оценки воздействия на окружающую среду». Но намного более дешёвые, быстровозводимые, и, главное, дающие на данный момент самый дешёвый продукт, электроэнергию и мощность, – это электростанции, работающие на природном газе.

Уж газом нашу страну Бог или природа не обидели. Поэтому не очень обоснованно говорить, что замещать выбывающие мощности можно только и исключительно атомной генерацией. Это никаким образом в «Оценке воздействия на окружающую среду» не доказано. Возможно, это – предвзятость авторов «Оценки воздействия».

Воздействие на окружающую среду при нормальных режимах эксплуатации.

bodytextimage_kursk-npp-01.jpg Photo: Источник: веб-сайт разработчика (www.aep.ru)

Традиционно разработчики ОВОС игнорируют мировые данные о том, что рядом с нормально работающими атомными станциями, как во Франции, так и в Соединённых Штатах Америки и в Германии, достоверно замечен существенный рост раковых заболеваний. В основном, у детей. Это такие исследования, как GeoCAP, прошлый год во Франции, такие исследования, как KiKK, четыре года назад в Германии. Специалистам это известно. Это публикации «Международного журнала раковых заболеваний» [International Journal of Cancer]. Видимо, разработчики решили о таких данных умолчать.

К вопросу о качестве оценки воздействия. Это – картинка с сайта разработчика ОВОС, Атомэнергопроекта.

Нарисован самолёт, [падение которого должна выдержать защитная оболочка реактора], и подписано, масса – 400 тонн. А тут уважаемый разработчик показывал такую же картинку, на ней самолёт массой 20 тонн. Разницу видите? [Смех в зале]. Я тоже заметил.

bodytextimage_kursk-npp-02.jpg Photo: Источник: Атомэнергопроект

По оценке воздействия при запроектной аварии в ОВОС на 56-57 странице выбрана наиболее удобная для разработчиков авария с минимальными последствиями. Зачитываю: «Образование течи из первого контура во второй диаметром 100 миллиметров». И дальше самое главное: «без разгерметизации оболочек тепловыделяющих элементов». Ну, при такой аварии действительно можно поверить, что воздействие минимальное.

Вот оценка воздействия тяжёлой запроектной аварии реактора-прототипа вашего, ещё не построенного – ВВЕР-1200. Это выбросы цезия. Данные опубликованы в Вене, Институтом наук о Земле. Мы видим, что загрязнение по цезию плотностью более 10 кюри на квадратный километр может от Калининградской АЭС дойти до Копенгагена или Стокгольма. Отселения возможны примерно на расстоянии 100-200 километров от взорвавшегося реактора. Вот это – нормальная оценка воздействия на окружающую среду.

Эти ребята взяли аварию – ну «почти» как у вас – разрушение трубчатки парогенератора, но с разгерметизацией твэлов. Конечно, сценарии аварии могут быть разные. Замечу, что выбросы цезия [при запроектной аварии] у вас, в документе, который сейчас обсуждается, – это 1,72*1010 беккерель. Здесь же – 54,5 петабеккерелей [54,5*1015 Бк].

Даже если предположить, что в Вене ошиблись. Хочу напомнить, выброс в 100 терабеккелей [1014 Бк] по цезию-137 – это стандарт, принятый в ряде европейских стран. То есть, в 5800 раз выбросы на самом деле больше, чем вас пытаются убедить разработчики. Меня это заботит.

Спасибо.

Bellona

info@bellona.no