Энергетические перспективы России: энергоэффективность или сырьевая зависимость

frontpageingressimage_WorldEnergyOutlook2011.jpg Photo: Ill.: IEA

По мнению МЭА, решения российских властей в вопросах энергетической политики в ближайшее время определят не только перспективы для экономического развития страны, но и для обеспечения энергетической безопасности, и экологической устойчивости всего мира.

bodytextimage_Energy-balance_Russia.jpg Photo: Energy balance_Russia_2011_2035_WEO

Основные показатели и тенденции российской энергетики

В период с 2000 по 2009 год внутренний валовый продукт (ВВП) страны вырос на 50%, а энергопотребление всего лишь на 5%, что говорит о существенном снижении энергоемкости ВВП. Тем не менее, количество энергии на единицу ВВП в России по-прежнем в два раза больше, чем в среднем в европейских странах.  Ожидаемый рост ВВП в период 2009 ÷ 2015г.г., согласно прогнозам МЭА, составит 4,3% в год с последующим замедлением до 2035 года, в то время как в Энергетической стратегии России говорится о 5% роста ВВП. При этом, согласно прогнозам МЭА, энергопотребление в России вырастет на 28% к 2035 году (830 млн. тонн нефт. экв). 

По прогнозам МЭА, на протяжении периода до 2035 года доля нефтегазового сектора в ВВП России уменьшается, но умеренными темпами. Она снижается с предполагаемых 24% в 2011 г. до 20% в 2020 г. и до 15% в 2035 г. Но эти темпы значительно медленнее тех, к которым стремится Россия, согласно Концепции долгосрочного социально-экономического развития до 2020 года, которая предусматривает сокращение доли нефтегазового сектора в ВВП до 12.7% уже к 2020 г.

Население России уменьшилось на 4% и составляет 142 млн. чел, эта тенденция сохранится и в ближайшее время, достигнув 133 млн человек в 2035 году, по прогнозам МЭА. Согласно прогнозам, ВВП на душу населения будет расти интенсивней (3,9% в год), чем ВВП в целом, что связано с уменьшением численности населения. При этом улучшение условий жизни приведет к росту количества автомобилей с 220 на 1 000 человек (2009г.) до 390 (2035г.), и, как следствие, увеличению спроса на моторное топливо.

В 2010 году Россия была первой по уровню добычи нефти и газа и четвертой по уровню потребления – 2/3 общего экспорта страны составили энергоресурсы: 7.5 млн. баррелей нефти в день, 190 млрд. м3 газа и 82 млн. тонн угля. Основными экспортными рынками являются приграничные государства и Европейский Союз (ЕС), но наблюдается смещение в сторону Китая и стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) из-за снижения импорта и диверсификации энергетики в традиционных регионах (США и Европа). Согласно прогнозам, добыча газа в России увеличится на 35% до 860 млрд. м3 к 2035 году преимущественно за счет месторождений Ямала, Баренцева моря и Восточной Сибири, обеспечив 17% роста мировых поставок газа. А вот добыча нефти, также как и объемы ее экспорта, незначительно сократятся. Но тем не менее, при уровне добычи 9.7 млн. баррелей нефти в день в 2035, Россия останется одной из крупнейших нефтедобывающих стран. Новые трубопроводы в восточном и западном направлении создают более разветвленную и гибкую систему экспорта нефти, а также дают возможность усилить роль России в транзите каспийской нефти. По данным МЭА, в период до 2035 года Россия сохранит свои позиции одного из ключевых игроков на мировой энергетической арене. Соответственно доходы от энергетического сектора вырастут с 255 млрд долларов США в 2010 году до 420 млрд долларов США в 2035 году и продолжать оставаться важным фактором роста и национального благосостояния.

Также значительным изменением в период до 2020 года является усиление роли внутреннего ранка природного газа по сравнению с экспортными рынками благодаря росту внутренних цен. По прогнозам МЭА, внутреннее потребление газа и нефти будет расти, но их доля в энергобалансе незначительно снизится  (с нынешних 54% до 52%).

Однако, основные месторождения нефти и газа в России в настоящее время уже близки к своей выработке, а новые находятся в труднодоступных регионах, что определяет высокую стоимость их разработки. Отсутствие налоговых льгот и снижение спроса на рынках поставят под сомнение возможности инвестирования в новые добывающие и транспортные мощности. При этом на внутреннем рынке России необходимы модернизация устаревшей инфраструктуры и повышение энергоэффективности, поэтому именно эти направления российское правительство рассматривает как приоритетные. 

bodytextimage_Energy-efficiency-potential-in-Russia.jpg Photo: Energy efficiency potential_Russia_2011_2035_WEO

Энергоэффективность

С 1996 года энергоемкость российского ВВП уменьшается, но это преимущественно вызвано структурными изменениями в экономике и, лишь начиная с 2000 года – за счет реальных действий по повышению энергоэффективности. Но несмотря на все это, энергоемкость ВВП в России остается одной из самых высоких. Даже принимая во внимание размеры страны, суровый климат и промышленную структуру, потенциал энергосбережения по-прежнему остается огромным.

По оценкам МЭА, если бы Россия увеличила энергоэффективность каждого сектора экономики до уровня европейских стран, то экономия энергоресурсов могла бы составить 200 млн. тонн нефтяного экв. – это 30% годового потребления энергоресурсов, а по природному газу – объем сопоставимый с нынешним экспортом – около 180 млрд. м3. Достигнув таких показателей энергосбережения, Россия смогла бы приблизиться по уровню энергоемкости к Канаде, которая по таким показателям, как среднегодовые температуры и доля тяжелой промышленности в ВВП, очень близка к России. Стоимость такого объема сэкономленных ресурсов составляет около $70 млрд., что составляет 46% внутренних затрат России на энергоресурсы в 2008 году. Иными словами, текущий уровень энергопотребления в России мог бы обслуживать экономику существенно большего масштаба. Таким образом, будущий экономический рост не обязательно повлечет увеличение спроса на энергоресурсы при условии внедрения эффективным мер энергосбережения.

Среди потребителей основной потенциал энергосбережения приходится на жилые здания, промышленность и транспорт. За счет более эффективной конверсии энергии, ее передачи и распространении возможно существенно повысить экономию топлива при производстве энергии и тепла. Однако, из-за низких цен на энергию, которые определяют долгий период возврата инвестиций, меры по ее эффективному использованию энергии не внедряются повсеместно, хотя для этого есть все технологические возможности. Не менее важным препятствием, по мнению МЭА, является низкий уровень осведомленности населения и компаний о потенциальных выгодах при внедрении энергоэффективных технологий.

В конце 2009 года начал действовать Федеральный закон «Об энергосбережении и повышении энергоэффективности», во исполнение положений которого была разработана и утверждена распоряжением Правительства «Государственная Программа по энергосбережению и повышению энергоэффективности до 2020 года», были разработаны региональные и муниципальные программы по энергосбережению. Реализация мероприятий Программы позволит обеспечить к 2020 году снижение энергоемкости ВВП на 40% к уровню 2007 года, что сохранит порядка 1 млрд. тонн условного топлива за 10 лет и обеспечит суммарную экономию затрат на энергоресурсы в сумме 9,3 триллиона рублей.

Однако, по мнению МЭА, в России нет систематического подхода к реализации политики по энергосбережению. Те энергосберегающие меры, которые были осуществлены в промышленности и жилищно-коммунальном секторе, по большей части были обоснованы растущими ценам на газ и электричество или необходимостью обновления технологий в связи с окончанием срока их эксплуатации, но не в рамках общей стратегии. При этом нехватка человеческих ресурсов и пробелы в энергетических данных лишь усугубляют ситуацию.

Серьезным препятствием для повышения энергоэффективности в стране является крайне низкий уровень государственного финансирования. Так, например, в государственной программе энергосбережения стоимостью около 10 трлн. руб. до 2020 года доля федерального бюджета составляет менее 1% – 70 млрд. руб. Для сравнения, в сопоставимой программе (проект) по разведке континентального шельфа из всей стоимости программы свыше 7 трлн. руб. (один из вариантов) государственное участие составляет 1,3 трлн. руб. или свыше 18%.

Согласно прогнозам МЭА, введение более жестких стандартов энергоэффективности в строительстве и промышленности, повышение цен на энергоносители и более эффективное государственное регулирование позволят сэкономить 715 млн. тонн нефтяного экв., что равноценно годовому энергопотреблению в стране. Но даже в этом случае потенциал энергосбережения по прежнему будет оставаться значительным – до 18% от общего уровня энергопотребления. Это частично объясняется прогнозируемым темпом роста ВВП, который не позволяет быстро осуществить модернизацию производственных фондов в России.

При этом некоторые меры, необходимые для снижения энергоемкости ВВП, еще даже не определены. Например, в активно растущем транспортном секторе до сих пор еще не введены стандарты эффективности использования топлива топлива.

Только реформа рынка и повышение уровня цен на энергоносители позволят в большей мере освоить потенциал по энергосбережению. По данным МЭА, цель России по снижению энергоемкости ВВП на 40% к 2020 году может быть достигнута не раньше 2028 года. Реально Россия может сократить энергоемкость ВВП на 50% к 2035 году, а страны БРИКС достигнут к этому времени  сокращения в 56%.

Утилизация попутного нефтяного газа (ПНГ)

Уровень утилизации ПНГ в России в настоящее время варьируется в пределах 50-95% в зависимости от компании. Государственные компании Газпром и Роснефть, на долю которых приходится более половины сжигаемого газа, имеют самые худшие цифры по утилизации. Цели государства по утилизации 95% ПНГ могут быть достигнуты не раньше 2014 года, по оценкам МЭА. Точное количество сжигаемого ПНГ неизвестно, так как в более чем половине случаев отсутствуют системы учета. Министерские данные варьируются в пределах 16-20 млрд. м3 за 2010 год, в то время, как спутниковый мониторинг дает результат в 35 млрд. м3, но его методология еще совершенствуется. Так спутниковые данные говорят о значительном сокращении сжигания ПНГ, а российская статистика показывает увеличение в связи с разработкой новых месторождений Восточной Сибири.

Чтобы стимулировать утилизацию ПНГ, государство планирует в 100 раз увеличить штрафы за сжигание и ввести дополнительные штрафы за отсутствие системы учета.

Тем не менее, улучшенный доступ к газопроводной системе Газпрома и растущие цены на газ на внутреннем рынке будут более эффективно стимулировать утилизацию ПНГ. Согласно оценкам МЭА, утилизация 95% ПНГ приведет к экономии до 20 млрд. м3 газа в год.

Возобновляемые источники энергии (ВИЭ)

В настоящее время доля ВИЭ в энергобалансе России составляет около 1%: малые ГЭС – 25 МВт, геотермальные станции (Камчатка) – 80 МВт, ветроэнергоустановки – 16 МВт, приливные электростанции – 1,7 МВт. Биомасса используется в основном в сельской местности для отопления. Доля ее использования составляет около 2% в общей системе отопления в России, но энергоэффективность в этом случае крайне низкая.

По прогнозам МЭА, доля ВИЭ в энергобалансе России достигнет 4% в 2035 году, в то время, как государство планирует довести долю ВИЭ в энергобалансе страны до 4.5 % к 2020 году (это составит 15 ГВт). Это потребует инвестиций в размере $26 млрд., для привлечения которых в России сейчас нет возможностей. Наибольший потенциал для развития ВИЭ имеют удаленные поселения Сибири и Дальнего Востока, которые не подключены к централизованному энергообеспечению и, соответственно, в меньшей степени зависят от государственной поддержки. Использование ВИЭ в этих регионах в качестве альтернативы дорогостоящему завозному углеводородному топливу может стать эффективным решением проблемы энергообеспечения. Возможным препятствием также может послужить отсутствие соответствующей производственной инфраструктуры.

Государство делает определенные шаги в этом направлении, но, тем не менее, необходимо время, чтобы адаптировать существующую в России производственную базу под нужды сектора ВИЭ. Однако, при устранении всех обозначенных барьеров и внедрении механизмов поддержки, которые, по данным МЭА, появятся лишь после 2014 года, возможен ускоренный рост доли ВИЭ (до 7% в год) в более поздний прогнозный период.

Россия имеет большие возможности по использованию древесных отходов и другой биомассы для производства энергии и тепла. На Северо-западе России потенциал использования древесных отходов составляет 30 млн. м3 (5 млн. тонн нефт. экв), но лишь малая его часть в настоящее время используется. В то время как в Финляндии, например, за счет биомассы обеспечивается 20% энергопотребления в стране (7 млн. тонн нефт. экв).

Использование биомассы для отопления во многих восточных регионах страны может послужить хорошей альтернативой программам по газификации. А в западных регионах биомасса или энергия, производимая на основе ВИЭ, может экспортироваться в соседние страны, помогая тем достичь своих целей по декарбонизации энергетики.

В мире, по данным МЭА, доля возобновляемой энергетики увеличится до 15% к 2035 году  с нынешних 3%, и половина введенных мощностей придется на Китай и ЕС, а субсидирование этой сферы увеличится в 5 раз, достигнув уровня $180 млрд.

Bellona

info@bellona.no