Для лесов закон не писан

ingressimage_larch_mountain_600.jpg Photo: http://commons.wikimedia.org

Передай другому

Пресс-тур – часть программы «Совершенствование систем правоприменения и управления в лесном секторе стран восточного направления Европейской политики добрососедства и России». Сокращенно – ФЛЕГ, от английской аббревиатуры FLEG – Forest Law Enforcement & Governance.

Долгосрочная программа организована крупными «игроками» – Международным союзом охраны природы (IUCN), Всемирным фондом дикой природы (WWF) и Всемирным банком. Финансовую поддержку ФЛЕГ оказывает Европейский союз. Цель проекта – создание надежной, продуманной и удобной для всех системы правил и законов, которая поможет привести в порядок лесное хозяйство, грамотно пользоваться лесными ресурсами и восполнять их.

На российских землях процесс ФЛЕГ имеет свою специфику. Во-первых, в нашей стране находится 21% мировых запасов древесины или 80,5 миллиардов кубических метров. Во-вторых, процветает лесное браконьерство. В-третьих, в России действует принятый в 2007 году Лесной кодекс РФ, децентрализовавший управление отраслью.

С принятием нового Кодекса ответственность за содержание лесов и лесных хозяйств федеральные органы власти переложили на плечи регионов, не создав при этом ни правовой, ни технической, ни кадровой базы. Региональные власти, в свою очередь, перекинули ответственность на лесопользователей – арендаторов, которые зачастую не имеют должной квалификации.

 

Почему не работает скандинавская схема

Первая встреча с руководителем Ассоциации лесопромышленников Псковской области Виктором Решетовым. Едем на объект – арендованный ООО «Бриг» участок леса в 17 тысяч га в Гдовском районе Псковской области.

На участке, который показывают журналистам, прошлой весной была частичная рубка. Это значит, что сейчас идет лесозаготовка, а следующей весной начнется лесовосстановление – будут сажать сеянец сосны. Сами собой уже растут сосенки-одногодки. Мы осматриваем образцово-показательный участок – арендаторы здесь знающие. Однако и у них обнаруживается информационный пробел: им неведомо, как победить бюрократию. Все трое говорят о несостоятельном законодательстве, невнятном лесоустройстве и нехватке технического оснащения.

Виктор Решетов учился лесному хозяйству в Финляндии и Швеции. После обучения, вернувшись домой, стал, помимо прочего, экспертом проекта «Псковский модельный лес».

– Реализовывать отработанную в Скандинавии схему на псковской земле чрезвычайно трудно, – делится Решетов. – Муниципалы, в основном, не знают, как управлять лесами, добиться внятного диалога с властями арендаторам практически не удается.

Между тем, согласно ст.84 Лесного кодекса, именно на плечи местных властей ложится «разработка и утверждение лесохозяйственных регламентов, а также проведение муниципальной экспертизы проектов освоения лесов».

Штат лесничих сократили на 80 процентов. Как результат, уже в первый год действия Лесного кодекса объем незаконных рубок вырос на 40 процентов (данные Рослесхоза). А оставшиеся специалисты находятся вообще не у дел: сейчас они выполняют только надзорные функции. На каждом этапе работы лесничий принимает участок арендатора. Если что-то сделано плохо, неграмотный арендатор штраф не платит (исключение – только лесозаготовка). Ему объясняют, что он сделал не так, и он переделывает. Несложно догадаться, что темпы работы падают. Логичнее было бы обучать неопытных арендаторов сразу, а не по ходу дела. Но на это нет ни специалистов, ни опять же – четких правил.

Одновременно спрос на лес растет, 70 процентов древесины сегодня идет на экспорт.

 

Возьми и… не владей

В Бежаницком районе, втором по территории в Псковской области, леса занимают тридцать процентов общей площади. Места здесь частично заболоченные, поэтому потенциальный арендатор обязан, получив участок, построить дорогу, создать на месте инфраструктуру – то есть основательно вложиться. Именно арендатор должен проводить противопожарные мероприятия, а в случае возникновения лесного пожара принять меры по его ликвидации. Напомним, очень эффективная в прошлом авиационная охрана лесов – Авиалесоохрана – с принятием Лесного кодекса практический уничтожена.

  • Нынешний Лесной кодекс не содействует сохранению и развитию леса, – говорит первый заместитель главы Бежаницкого района Валентина Иванова. – Бесхозные лесные богатства не представляют экономического интереса. Возьми федеральные или региональные власти часть ответственности на себя, то у арендаторов появился бы стимул и желание работать даже в заболоченых местах, не говоря о зонах, пригодных для отдыха и сбора грибов и ягод.

В конце почти каждой статьи Лесного кодекса сказано: «Правила использования лесов для ведения сельского хозяйства (научно-исследовательской деятельности, выращивания растений, отдыха – возможны варианты) устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти». Так сказано на бумаге. В жизни же добиться утверждения конкретных правил от «уполномоченных на то органов» практически невозможно.

 

В болоте тихо, да жить там лихо

Следующая точка маршрута – государственный природный заповедник «Полистовский» в Бежаницком районе Псковской области. Это острова, озера, система болот, общей площадью в 60 тысяч га. Заповедник существует с 1994 года и формально находится в федеральном подчинении. На деле же о «Полистовском» заботится горстка людей, в общем-то, энтузиастов, которые не просто поддерживают жизнь заповедника, но развивают новые для тех мест направления. Например, экологическое просвещение и туризм.

Нынешний директор «Полистовского» – Михаил Яблоков, орнитолог по образованию, увлеченный ученый.

– Мы попали в «shadow list» (т.е. перспективный список) Рамсарских угодий. – говорит ученый. – Однако в другом списке – заповедников федерального значения – по финансированию мы пятые с конца.

Именно с помощью проекта ФЛЕГ сотрудники заповедника создали Экологическую тропу – туристическую экскурсию по Полистово-Ловатскому болотному массиву длиной в четыре километра. Два года сами строили деревянные настилы. Начали устанавливать информационные стенды. Наладили выпуск качественной сувенирной продукции. Напомним, процесс ФЛЕГ нацелен на проведение событий, «которые могут в сжатые сроки облегчить существующую непростую ситуацию».

Для туристов почти все готово. Можно, как говорится, начинать. Проблема традиционная: нет денег. «Заповедник сам ничего не зарабатывает. Вот мы и хотим привлечь средства и зарабатывать на туризме», – рассказывает Яблоков. Но чтобы довозить туристов к началу экологической тропы, нужен вездеход, а лучше – несколько. Машины дорогие, средств на них пока не дают…

Процесс ФЛЕГ делает ставку именно на практические подходы и конкретные мероприятия, которые помогут усовершенствовать правоприменение и управление в лесном секторе. Пока что практическая работа в стране, где главный лесной закон написан не в интересах сохранения и преумножения лесов, продвигается с трудом. Судя по всему, переустройство по схеме ФЛЕГ затянется надолго…

Мария Каменецкая