Слушания по Балтийской АЭС: театр абсурда

ingressimage_30-lets-s-protyanutoy-rukoy.jpg Photo: www.rosatom.ru

«Создалось такое впечатление, что очень много взрослых людей все еще верят в Деда Мороза и Красную шапочку», — так охарактеризовал слушания ответственный секретарь Коалиции литовских экологических организаций Линас Вайнюс.

Сути обсуждаемого предмета — оценке воздействия строительства и эксплуатации Балтийской АЭС на окружающую среду — было уделено не много внимания как в докладах разработчиков проекта, так и в последующих речах представителей общественности.

Основной докладчик, главный инженер проекта Иван Грабельников, сосредоточился на необходимости строительства АЭС на случай «энергетической блокады» и в целях повышения качества жизни в районе. Что же касается окружающей среды, то по словам Грабельникова выходило, что ее состояние и так оставляет желать лучшего, а появлением АЭС «экологическая ситуация даже улучшится, потому что будет организована очистка ближайших стоков».

Выступивший следом Игорь Осипьянц из Института проблем безопасного развития атомной энергетики (ИБРАЭ) РАН ознакомил присутствующих с данными, свидетельствующими о неблагополучном состоянии здоровья жителей района. Осталось неясным, какую мысль хотел донести до слушателей оратор: то ли речь шла о том, что раз все уже и так хуже некуда, то с появлением АЭС стать хуже не может, то ли что АЭС имеет оздоровительный эффект.

После презентаций место за трибуной было отдано представителям народа. Народ, присутствовавший в зале, целенаправленно снимался с рабочих мест и автобусами доставлялся к месту проведения слушания, где получал распоряжение занимать все свободные места. За полчаса до начала мероприятия места в зале были целыми рядами заняты для неких «гостей» и бдительно охранялись. Противникам проекта пришлось выдержать нелегкую борьбу за каждое посадочное место в зале, а многим – остаться за его пределами.

Можно предположить, что и речи «за АЭС» также были определены чьей-то указующей рукой, то есть пером. На это указывает и общая стилистика выступлений. В исполнении лиц, имеющих то или иное отношение к районной администрации или местному отделению «Единой России», прозвучала знакомая риторика о добром царе, в данном случае госкорпорации «Росатом», с приходом которого в районе решатся все социальные проблемы. Главный аргумент сторонников проекта среди местного населения — надежда на рабочие места, которые принесет АЭС.

«Мы обречены на гибель здесь, нам некуда подключиться, дети остаются на попечение бабушек, а то и сами по себе», — такие аргументы в поддержку АЭС прозвучали в эмоциональном выступлении бывшего директора неманской школы Надежды Кудимовой, предложившей «Росэнергоатому» открыть в Немане ПТУ для обучения будущих работников АЭС.

Однако по мнению Вайнюса, не стоит слишком уповать на «социальные достопримечательности ядерной энергетики». «Я хорошо знаком с социальной ситуацией города Висагинас, — сказал он. — Никаких чудес, связанных со строительством там атомной станции, не произошло. Инженеры, работающие на станции, получают хорошие зарплаты, но в самом городе атомщиков очень много социальных проблем, которые никуда не исчезли и продолжают накапливаться. Среди них высокий уровень безработицы среди женщин, для которых не много рабочих мест ни на станции, ни на обслуживающих предприятиях».

«Большую зарплату получат только высококвалифицированные специалисты, которые, скорее всего, приедут с других станций, и вряд ли все сидящие в зале получат работу и все те блага, которые так часто здесь упоминались», — предостерег литовский эколог.

Следует отметить, что накануне слушаний в интервью «Комсомольской правде» в Калининграде директор департамента по работе с регионами и общественными организациями «Росатома» Игорь Конышев подтвердил возможность трудоустройства на Балтийской АЭС специалистов с закрывающейся Игналинской.

Если социальные блага, связанные с появлением атомной станции, весьма спорны, то радиоактивные отходы, возникающие в результате эксплуатации станции, совершенно реальны и представляют собой опасность не только для нескольких сотен работников станции, но для многих человеческих поколений.

«Когда мы спросили у своих ответственных за ядерную безопасность лиц, как они будут решать вопросы ядерных отходов, накопившихся за 25 лет работы Игналинской АЭС, те честно ответили, что таких технологий нигде в мире не существует, будем надеяться, что внуки и правнуки что-то придумают, что с этими отходами сделать, — рассказал Вайнюс. — Они были бы рады увезти все отходы в Россию, но это не получается».

В материалах ОВОС Балтийской АЭС вопросу обращения с отработавшим ядерным топливом отведено всего 9 строк, содержащих голословные заявления вроде «Все операции с отработавшим топливом исключают его контакт с окружающей средой», не подкрепленные анализом вероятностей и предложениями по минимизации последствий. В документе также отсутствует описание процедуры вывода станции из эксплуатации и анализ трансграничного воздействия намечаемой деятельности.

В обоснование цели и потребности в реализации проекта приведено 7 строк, с упоминанием «прогнозов энергопотребления» и «экспортных поставок», но при отсутствии каких-либо количественных данных.

Детально ознакомившийся с материалами ОВОС проекта физик-ядерщик Андрей Ожаровский, эксперт группы «Экозащита», назвал их неполноценными и заявил на слушаниях: «Этому верить нельзя, и я искренне рекомендую вам не соглашаться с этим проектом или хотя бы требовать его доработки».

Многие жители Калининградской области и не верят. Несмотря на попытки организаторов слушаний создать иллюзию единодушного «одобрямса», только на трех пикетах, состоявшихся в преддверии слушаний в городе Советске, расположенном в 20 км от предполагаемого места строительства АЭС, было собрано 1350 подписей противников АЭС. Жители соседних с Неманским районов инициируют проведение альтернативных общественных слушаний.

Галина Рагузина

ragunna@gmail.com