Человек в ядерном государстве

ingressimage_mayak-exibit.jpg Photo: Denis Kopeykin

Люди и их жизнь в фокусе выставки
По словам организаторов, цель мероприятия – не только напомнить о том, что 29 сентября 2007 года исполнилось 50 лет со дня самой большой до Чернобыля ядерной аварии, но и обратить внимание на бедственное положение людей, которые сегодня вынуждены жить на загрязненных радиацией территориях. «Катастрофа длиной в полвека», именно так называется выставка, которая проходит в Москве до 20 октября. Затем она планируется в Свердловской области, в частности, в городе Каменск-Уральский, который также пострадал от аварии на «Маяке», оказавшись в зоне Восточно-Уральского радиоактивного следа. Об этом «Беллоне.ру» сообщила представитель группы «Экозащита!» на Урале, Ольга Подосенова. Организаторы выставки — группа "Экозащита!" и Фонд имени Г.Белля.

«В течение десятков лет люди, которые живут в зоне этой аварии, находятся в чудовищном состоянии и в плане условий жизни и в плане медицинского обслуживания и государство отказывается, отбояривается от ответственности за то, что произошло… Это означает признать, что наше государство не соответствует тому образу, которое оно пытается само себе создать», — считает Юрий Самодуров, директор музея и общественного центра им. А.Д.Сахарова, предоставившего помещение для выставки в Москве.

Фотографы Алиса Никулина и Алла Слаповская показали крупным планом то, что государству давно безразлично: поселения на берегах реки Теча, в которую ПО «Маяк» до сих пор сливает радиоактивные отходы, жителей Озерска, где на 100 тысяч жителей приходится почти 900 детей-инвалидов, опасный участок автотрассы Екатеринбург – Челябинск (мост через «ядерную» реку Теча), карту-схему охотхозяйства «Магишты», находящегося на загрязненных территориях.

… но не в фокусе государства
Авария на комбинате «Маяк» разрушила судьбы многих людей. На открытии выставки в Москве о своей жизни рассказала Галина Вальцева, сотрудник детского садика из поселка Новогорный. Вместе с другими детьми и их семьями она в 1960 году была эвакуирована из села Метлино, близ Озерска – города, в котором находится «Маяк».

bodytextimage_vyaltseva.jpg Photo: Denis Kopeykin

Женщина вспоминает: «Когда произошла авария, мне было 8 лет, мы услышали хлопок, как будто взрыв карьера со щебнем, затем дым. Мой отец был пожарным, он поехал на комбинат «Маяк» и пропадал там круглые сутки. Никто не знал, что произошло, отец ничего не рассказывал. В эти дни мы бегали с ребятами смотреть, как забивают скот. На наших глазах вырывали траншеи, хлыстами загоняли туда скот, потом солдаты его расстреливали».

В 60-м году Галину и ее сверстников в грузовой машине вывезли в Красноармейский район, где они жили три месяца, а затем поселили в поселке Новогорный, также недалеко от места аварии. Рядом расположено красивое рыбное озеро Улагач, однако родители запретили Галине ловить там рыбу. Через некоторое время мать Галины умерла от лучевой болезни, уходила очень тяжело. Отец сильно болел и тоже умер от этого страшного недуга.

Поселок Новогорный, где живет женщина теперь, находится в 2,5-х километрах от промплощадки «Маяка», фактически под трубами завода 20, одной из составных частей ПО «Маяк». Озеро Карачай – в 2-х км. В частности в этот водоем ПО «Маяк» до сих пор сливает радиоактивные отходы.

Об этом поселке вспоминают реже, чем о других, там не получают 30% надбавки к зарплате как жители закрытого административного образования. «Поселок Новогорный в ужасном состоянии, но о нем почему-то все молчат. Почти каждый житель у нас умирает от раковых заболеваний», — возмущается Галина.

Детский вопрос
Галина Вяльцева при поддержке экологов судится с государством, чтобы доказать, что дети, родившиеся после аварии, имеют право на льготы всю свою жизнь.

Согласно статье 12 Федерального закона «О социальной защите граждан Российской Федерации, подвергшихся воздействию радиации вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк" и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча», детям первого и второго поколения граждан, «страдающим заболеваниями вследствие воздействия радиации на их родителей, гарантируются меры социальной поддержки». В Челябинской области считают, что это касается только лиц, не достигших 18 лет, так как в законе употреблено слово «дети». Людям просто отказывают даже в мизерной компенсации на основании того, что они уже вышли из детского возраста.

«Мы хотим доказать, что в данном случае слово "дети" употреблено в значении "потомки", хотя районный и областной суд посчитали иначе», — рассказала Надежда Кутепова, директор общественной организации «Планета Надежд» и представитель группы «Экозащита!», которая помогает родственникам Галины Вяльцевой защищать свои права, в интервью «Беллоне.ру».

Племянница и младшая сестра Галины оказались именно в такой ситуации — они значительно старше 18 лет и не получают льготы, несмотря на то, что Межведомственный экспертный совет Челябинской области установил, связь их многочисленных заболеваний с воздействием последствий аварии на «Маяке» их прародителей и родителей.

Похоже, чиновникам выгодно трактовать закон таким образом, чтобы максимально экономить деньги государства, по вине которого и страдают эти люди. Надежда надеется, что этой осенью в Конституционном суде будет рассмотрена жалоба о соответствии этой статьи закона Конституции РФ.

«Речь идет о сотнях, может быть даже тысячах людей. Если бы удалось добиться положительного результата, это было бы им всем такое облегчение», — говорит Надежда Кутепова.

Галина, сама, непосредственно пострадавшая от аварии, получает небольшую помощь от государства лишь с 1994 года. Для этого ей пришлось долго доказывать, что она действительно в роковом 1957 году проживала на территории, подвергшейся загрязнению в результате аварии. Ее семья жила в пожарной части, где не предоставлялась прописка. Классные журналы от 1957 года в школе, где она училась, также были уничтожены. Ей пришлось везти на суд свидетелей, которые подтвердили этот факт, и школа была вынуждена дать ей соответствующую справку, без которой компенсация была бы невозможна. Для государства эти люди — досадная заноза, ненужные свидетели немощи, безответственности и бардака атомной индустрии.

До сих пор во многих селах «с компактным проживанием облучившегося населения» нет даже элементарной социальной инфраструктуры, не оборудованы должным образом медицинские учреждения. Как сообщается на официальном сайте Министерства по радиационной и экологической безопасности Челябинской области, лишь в этом году средства, направленные по договору ПО «Маяк» с правительством области, пойдут на «окончание строительства детского отделения центральной районной больницы в селе Аргаяш, проведение газопровода в селе Аязгулово Аргаяшского района…»

Говорим «Маяк», подразумеваем — государство
ПО «Маяк» — это часть Федерального агентства по атомной энергии (Росатома), то есть государственной структуры. Сегодня государство платит небольшие компенсации тем, у кого хватило терпения добиться этих компенсаций.

Но какой-либо непосредственной помощи от предприятия «Маяк» людям, которые живут на загрязненных территориях, не поступает. По словам Владимира Сливяка, сопредседателя группы «Экозащита!», которому не раз приходилось общаться с менеджментом предприятия, руководство «Маяка» не считает, что должно нести ответственность.

ПО «Маяк» работает в Челябинской области с 1947 года. Комбинат очищает отработанное топливо атомных подлодок и выделяет из него плутоний. В 1957 году произошел взрыв емкостей с радиоактивными отходами, что привело к радиоактивному заражению территории площадью 23 тысяч квадратных километров. Это не многим меньше, чем площадь такого государства, как Бельгия.

Однако ПО «Маяк» в течение многих десятилетий просто сбрасывает жидкие радиоактивные отходы в близлежащие водоемы. За это директора комбината Виталия Садовникова в 2005 году судили, но затем он был амнистирован, в 2006 году вновь возглавил «Маяк», а в этом году вскоре после нового скандала, связанного с выбросами с «Маяка», ушел на пенсию.

Экологи уверены — необходимо немедленно прекратить слив отходов, так как это противоречит законодательству РФ (например, Водному кодексу РФ) и ещё более усугубляет состояние окружающей среды и заболевания людей, которые там живут. Все деревни, находящиеся на загрязненных территориях, должны быть переселены, а жители — получить денежные компенсации.

Протесты экологических организаций привели к тому, что два года назад Росатом выделил средства на переселение одного из таких поселений — села Муслюмово. В последствии выяснилось, что место, куда людям предложили компактно переехать, находится всего в двух километрах от их домов и является частью того же муниципального образования. Получается, люди будут вынуждены пить ту же воду, там же пасти свой скот. Но кому это интересно в государстве, прощающем ядерной индустрии все?

Виктория Копейкина