Международный урановый банк возродит идею «мирного атома»

ingressimage_elbaradeiFNT.JPG Photo: Igor Kudrik/Bellona

Согласно первоначальному плану, выдвинутому Эйзенхауэром в речи «Атом для мира» 1953 года, «правительства, лидирующие в [развитии атомной энергии], в той мере, в которой это позволяет элементарный здравый смысл, [должны] с настоящего момента начать и в будущем продолжать вносить общий вклад из своих запасов обычного урана и расщепляющихся материалов в международное Агентство по атомной энергии».

Далее Эйзенхауэр рекомендовал, чтобы новое агентство по атомной энергии взяло на себя ответственность за принятие на хранение, содержание и защиту переданных расщепляющихся и других материалов. Еще более важной ответственностью этого агентства должна была стать разработка методов, с помощью которых расщепляющийся материал был бы поставлен «на службу мирным устремлениям человечества». Особой целью агентства, как предлагал Эйзенхауэр, должно было стать полное обеспечение электрической энергией тех регионов мира, которые испытывают в ней острую необходимость.

Именно речь Эйзенхауэра стала толчком к учреждению при Организации Объединенных Наций агентства МАГАТЭ в 1955 году.

На прошлой неделе, в ходе юбилейной 50-й Генеральной конференции, со старой речи Эйзенхауэра стряхнули полувековую пыль. В условиях растущей обеспокоенности мировой общественности ядерной угрозой со стороны «стран-изгоев», развивших собственный ядерный потенциал, план «мирного атома» был вновь рассмотрен членами ядерного клуба.

Краткое изложение новой концепции контроля над мировым ядерным топливным циклом предложил во вступительной речи генеральный директор МАГАТЭ Мохамед Эль Барадей. Будущая инфраструктура должна выработать механизмы для гарантированного обеспечения топливом атомных электростанций (АЭС).

Такие же гарантии должны быть, по необходимости, выработаны в отношении приобретения атомных реакторов для производства электроэнергии.

Кроме того, предусматривается способствование преобразованию предприятий по обогащению и переработке из национальных в мультинациональные, и стимулирование в странах-участницах инициативы по передаче собственного производства по обогащению и переработке вновь образованным мультинациональным концернам.

Концепция, обрисованная Эль Барадеем, уже в той или иной мере разрабатывается заинтересованными странами. Лидерами в этом направлении стали Соединенные Штаты и Россия. Президенты этих стран в течение прошедшего года дали ход двум не связанным друг с другом, но подразумевающим одну идею, инициативам: президент Джордж Буш основал «Глобальное ядерное энергетическое партнерство», а президент Владимир Путин – так называемую «Программу развития глобальной ядерной инфраструктуры».

Обе инициативы подразумевают план по обеспечению готовым топливом АЭС развивающихся стран и созданию международного партнерства для переработки отработанного ядерного топлива (ОЯТ) по технологиям, делающим получаемый плутоний пригодным для использования в качестве ядерного топлива, но не пригодным для ядерного оружия.

Свой интерес в создании международного банка ядерного топлива выразили также и многие другие страны.

Россия не теряет времени
Речь, произнесенная на генеральной конференции МАГАТЭ Сергеем Кириенко, главой Федерального агентства по атомной энергии, продемонстрировала, что Россия и в самом деле спешит добиться звания чемпиона в освоении новой инициативы. Первым прыжком должно быть создание так называемого межднародного центра по обогащению урана.

Кириенко даже назвал конкретное место дислокации нового центра – ФГУП "Ангарский электролизный химический комбинат" (АЭХК). АЭХК занимается обогащением урана для последующего производства ядерного топлива для атомных электростанций. Расположенный на юго-востоке от города Ангарск, комбинат был основан в 1954 году и располагает коллективом в 6300 человек.

Согласно Кириенко, международный центр по обогащению урана может быть предприятием, соучрежденным заинтересованными государствами в рамках межправительственного соглашения. Другой формой образования центра может быть совместное предприятие.

«Страна, являющаяся соучредителем предприятия, будет иметь право не только пользоваться услугами по обогащению урана, но и принимать участие в управлении центром, а значит, ей будет разрешен доступ к информации о стоимости продукции и принципах ценообразования», – сказал Кириенко, согласно порталу KM.RU.

«Это, в свою очередь, будет способствовать прозрачности поставок обогащенного урана. Кроме того, государство-соучредитель будет получать долю от доходов за услуги по обогащению урана».

Какой бы ни была форма учреждения нового предприятия, стоимость услуг и продукции для заказчиков будет соответствовать мировым рыночным ценам. Впрочем, к информации по технологиям обогащения ядерного топлива партнеры или держатели акции, в любом случае, допущены не будут.

Кириенко сказал, что Россия намерена к концу 2006 года поставить центр по обогащению под мониторинговый контроль МАГАТЭ и затем ввести предприятие в эксплуатацию – при условии, что к тому моменту в нем выскажут желание участвовать достаточное количество стран. По его словам, российский центр обогащения урана станет первым шагом к созданию международной системы обращения с ядерным топливом.

Кириенко не упомянул в своей речи, поступили ли уже заявки на участие в создании центра со стороны заинтересованных правительств.

Но даже если предположить, что 1 января 2007 года новый центр распахнет свои двери навстречу целой толпе жаждущих подписать контракт клиентов, и Россия предоставит им ядерное топливо, остается вопрос: Как будет регулироваться возвращение отработанного ядерного топлива? И что Россия будет с ним делать?

От презентации Кириенко складывается впечатление, что разрешение этих проблем остается в будущем, и заниматься ими Россия будет по ходу дела.

Впрочем, согласно KM.RU, Кириенко утверждает, что «центр в Ангарске – это только обогащение урана. Никакого отработанного топлива, никаких отходов, никаких хвостов».

США предлагает не столь стремительный – но более трезвый подход
Деннис Сперджен, помощник секретаря по ядерной энергетике Департамента энергетики США, подошел к вопросу более взвешенно. В отличие от Кириенко, Сперджен не торопился с категоричными выводами о том, что атомная энергия является единственным путем к стабильному обеспечению мировой энергии в будущем. По его словам, атомная энергия – только часть решения проблемы нехватки энергоисточников.

Сперджен вынес на обсуждение новую схему международного контроля, позволяющую предотвратить переработку ядерных материалов с целью их дальнейшего применения в ядерных вооружениях. По плану Сперджена, каждое государство сможет принимать собственное решение о том, прибегать или нет к услугам международного производителя для получения ядерного топлива, – то есть, будет иметь возможность использовать собственный уран.

Соединенные Штаты предлагают создать международный консорциум для развития более совершенного ядерного топливного цикла, который даст более прочные гарантии нераспространения и вместе с тем повысит надежность доступа к атомной энергии развивающимся странам. Департамент энергетики рекомендует лизинговый подход, по условиям которого поставщики топлива будут предоставлять свежее ядерное топливо своим клиентам – и забирать обратно ОЯТ – для использования на обычных атомных электростанциях. Такими АЭС могут быть либо существующие станции, либо ядерные установки нового поколения, такие, например, как новые реакторы, проект которых разрабатывается в рамках «Глобального ядерного энергетического партнерства».

С целью привлечения клиентов, международный консорциум должен предоставить будущим заказчикам ядерного топлива гарантии международного обеспечения топливными поставками, подкрепленные назначенными консорциумом поставщиками и правительственными структурами. На реакторах государств-заказчиков должны быть, в свою очередь, установлены адекватные системы ядерного мониторинга.

В целях создания топливного резерва, обеспечивающего такие гарантии топливных поставок, сами Соединенные Штаты уже обязались внести свой вклад в размере 17,4 тонн высокообогащенного урана, который будет разбавлен до более низкой степени обогащения.

И Кириенко, и Сперджен подчеркнули в своих выступлениях, что Россия и Соединенные Штаты должны сотрудничать в тех областях, где предложения двух стран очевидно дублируют друг друга, но детальной информации о том, какие формы примет возможное сотрудничество, пока нет.

НПО желает спонсировать первый топливный банк
Помимо Соединенных Штатов и России, готовность спонсировать первый в мире топливный банк выразила программа «Инициатива по Сокращению Ядерной Угрозы», или NTI (Nuclear Threat Initiative) – вашингтонская неправительственная организация, работающая в сфере нераспространения ядерного, химического и биологического оружия.

Бывший американский сенатор Сэм Нанн, сопредседатель NTI, заявил, что его организация готова предоставить МАГАТЭ 50 млн долларов в качестве первого взноса для создания резерва низкообогащенного урана, который будет принадлежать МАГАТЭ и им же контролироваться.

Один из главных советников NTI, миллиардер Уоррен Баффетт, взял на себя ответственность за обеспечение финансовой составляющей и других деталей этого проекта. NTI предполагает, что такой резерв должен быть доступен как альтернативный выход для государств, принявших суверенное решение развивать свою атомную энергетику, но не имеющих собственных предприятий по обогащению урана и вынужденных полагаться на услуги иностранных поставщиков топлива.

Цель предложенной инициативы – помочь обеспечить гарантии получения ядерного топлива на международном рынке предоставлением надежного доступа к запасам ядерного топлива, находящегося под независимым контролем МАГАТЭ, в случае, если договоренности с отдельными поставщиками окажутся нарушенными. Клиенты-заказчики топлива должны при этом полностью соблюдать свои обязательства по ядерному нераспространению. Таким образом, NTI надеется, что нуждающиеся в ядерном топливе государства не окажутся обманутыми, рассчитывая на получение топливных поставок с международного рынка.

Предоставление вклада NTI в построение международного топливного банка ограничено двумя условиями, которые должны быть выполнены в течение ближайших двух лет: 1) МАГАТЭ должно принять необходимые меры по утверждению концепции такого резерва; 2) одно или несколько государств-членов МАГАТЭ должны вложить дополнительно 100 млн долларов в денежном эквиваленте либо соответствующее по объему количество низкообогащенного урана для того, чтобы вновь образованному банку было с чем начинать работу.

Решения по всем остальным деталям этого проекта – структуре международного топливного банка, его местонахождении, условиям доступа клиентов – будут находиться в ответственности МАГАТЭ и стран-членов организации.

Зловещая тень Ирана
Может показаться неслучайным, что прозвучавшие на генеральной конференции МАГАТЭ предложения совпали с обострением противостояния запада и Ирана, который, по утверждениям многих государств, разрабатывает программу ядерных вооружений. Иран неоднократно отвергал обвинения в свой адрес, заявляя, что всего лишь развивает инфраструктуру гражданской атомной энергетики.

Но как подчеркнул в своем выступлении Сперджен, из представленных инициатив не следует, что международное сообщество будет заставлять страны с развивающейся ядерной энергетикой использовать услуги международного топливного рынка – они только предлагают определенный выбор. Остается гадать, покажется ли такой выбор привлекательным Ирану и другим странам, вызывающим опасения в международных ядерных кругах, – и захотят ли они примкнуть к идее «атома в мирных целях».

Игорь Кудрик