«История ядерного судна»

d8352c8e3b396edd4d5034d0306a726b.jpeg

Документальный фильм

Голос за кадром: По количеству атомных кораблей Советский Союз превзошел флота всех других государств, включая и Соединенные Штаты. С 55-го по 2000 годы в России было построено 5 надводных военных кораблей, около 250 атомных подводных лодок, 7 атомных ледоколов и одно транспортное судно. Постепенно весь этот флот стареет и создает дополнительную опасность ядерно-радиационных аварий. ВМФ России уже вывел из своего боевого состава более 180 атомных подводных лодок, но быстро их утилизировать пока невозможно, да и опыта недостаточно. Однако еще сложней обращаться с судами т.н. атомного технологического обслуживания. Сейчас их у России почти 90. Они занимаются перевозкой и хранением отработавшего ядерного топлива, жидких и твердых радиоактивных отходов. Ни одно государство мира не имеет такого многочисленного флота обслуживания, потому что все операции зарубежных атомных кораблей производятся на специальных базах. В России же ситуация иная.

 

982c8a0785a5f016d6bfb87ac884b6ac.jpeg

В кадре Сергей Жаворонкин (директор экологической организации «Беллона-Мурманск»)
– Ну, многочисленность пунктов базирования атомных подводных лодок, отсутствие хорошей инфраструктуры, которая на этих пунктах базирования не была должным образом создана. А также отсутствие связи этих пунктов базирования с Большой Землей, где единственным средством связи были атомные вспомогательные суда. Вот оно привело к тому, что было создано большое количество разного типа таких судов, что, собственно, и объясняет эту проблему.

Голос за кадром: На Севере России из 70 таких судов более 50 подлежат уничтожению и представляют определенную экологическую опасность.

В кадре Сергей Жаворонкин :
– Однако одним из основных источников радиационной опасности в Баренцевом регионе, по общему мнению специалистов, является судно Лепсе, стоящее у причала в 2 километрах от Мурманска.

fad0e044f01f5e6ea66b220c01b0af6f.jpeg

Голос за кадром:
Названное так в память участника трех русских революций рабочего Ивана Лепсе, судно было заложено на Николаевской верфи в 34 году. Его строительство продолжалось вплоть до начала второй мировой войны, которую судно провело на дне украинской реки Хопер.

Новую жизнь Лепсе обрело в конце 50-х, когда началось строительство атомного ледокола «Ленин» и потребовалось создать техническую базу по перезарядке его реакторов. Выбор специалистов пал на сухогруз «Лепсе» из-за очень прочного по тем временам корпуса. И уже в 61 году Адмиралтейский завод в Ленинграде переоборудовал судно для новых целей.

В кадре Василий Красовский (капитан судна «Лепсе» с 1998 по 2002 гг.)
– С этого времени оно вступило в строй действующих судов нашего пароходства. И его было предназначение главное – производить перезарядки и обслуживать атомные ледоколы.

Голос за кадром:
И в период с 63 по 81 год «Лепсе» провел 14 операций по перезарядке ядерного топлива на атомных ледоколах «Ленин», «Арктика» и «Сибирь».А в 81 году судно переоборудовали в хранилище отработавшего ядерного топлива, радиоактивных отходов, оснастки и разных ненужных больше конструкций.

50d18860cd6f40d657923647fb16e277.jpeg

В кадре Андрей Золотков (народный депутат Советского Союза с 1989 по 1991 гг.) :
– А всего через три года судно стало «светится», как в шутку говорят специалисты об объектах, на которых повышены уровни радиации.

Голос за кадром: В это время плавбаза «Лепсе» еще участвовала в захоронении радиоактивных отходов в Баренцевом и Карском морях. Тогда это была обычная практика В 84 году судно отправилось в свой последний рейс и в Карском море попало в сильный шторм. Радиоактивная вода выплеснулась в помещение хранилища, и потом его не удалось полностью дезактивировать. С тех пор уровни радиации во всех помещениях Лепсе остаются высокими, что сильно мешает его утилизации. И вот уже больше 15 лет Лепсе стоит у причала, представляя собой все большую потенциальную ядерную и радиационную угрозу.

b07061733184365af2847a58bdbca1b2.jpeg

В кадре Нильс Бемер(эксперт Bellona-Foundation):
– Потенциальная ядерная и радиационная опасность судна усугубляется тем, что при вероятном столкновении судов с «Лепсе» или падением на него летательного аппарата, судно представляет собой значительно большую угрозу, чем суда с ядерным топливом, имеющим прочные корпуса или хранилища с герметичным отработавшим ядерным топливом. На «Лепсе» же часть отработавшего топлива находится в негерметичном состоянии. Если произойдет столкновение, то акватория будет загрязнена радионуклидами.

Голос за кадром: С тех пор как Лепсе стоит у пирса за ним ухаживает, обеспечивая ядерную и радиационную безопасность, команда из 18 человек.

В кадре Сергей Жаворонкин:
– Ну, что касается технического состояния судна, то оно удовлетворительно на настоящий момент. Ну износ корпуса судна составляет 30%, что приближается к критической. Но, вместе с тем, проделана определенная работа по приведению судна в безопасное состояние. Это проведено докование судна, все необходимые в связи с этим работы проведены. Что касается повышения радиационной безопасности, то там проведен целый комплекс работ. Забетонировано межбаковое пространство, проведена дезактивация помещений с тем, чтобы обеспечить более безопасное проведение потом последующих работ. Судно снабжено необходимой современной дозиметрической аппаратурой.

– Все системы, обеспечивающие ядерную и радиационную безопасность, они находятся в рабочем состоянии, что подтверждается необходимой документацией, сертификатами, которые дали государственные контролирующие органы.

65f168596e0d4cfd282b83f81a4e2c1e.jpeg

В кадре Андрей Золотков:
– В результате проведенных операций уровни излучения уменьшены в 5 раз, а поверхностное загрязнение оборудования и помещений до 1000 раз. На сегодняшний день основными источниками ядерной и радиационной опасности на Лепсе, по-прежнему, являются хранилище отработавшего ядерного топлива и контейнеры с твердыми радиоактивными отходами.

Голос за кадром:
Под крышкой, которую вы сейчас видите, между вторым дном и нижней палубой находится хранилище отработавшего ядерного топлива, которое представляет из себя – два больших бака.

Баки помещены в специальное помещение, стены которого сделаны из разных сортов стали. Толщина стенок 40-45 см. В каждом баке по 366 специальных пеналов, в которых сейчас хранится 621 тепловыделяющая сборка. 208 из них лежат уже 36 лет, остальные чуть больше 20.

Пространство между самими баками заполнено специальным цементом, чтобы создать дополнительный защитный барьер. Баки охлаждаются 24 тоннами пресной воды. Рябь на пленке это не ее дефект, так вы видите проявление радиации. Съемки были сделаны специальной камерой изнутри пеналов.

Рядом с баками по 4 кессона. Это такие большие емкости, предназначенные специально для дефектных сборок. Именно в них хранятся 18 дефектных сборок. Они были размещены в кессонах, потому что во время работы в ядерном реакторе изменили обычную форму, «распухли» и в стандартные пеналы уже не входили. Сейчас эти сборки выгрузить обычным способом невозможно. На Лепсе также есть цистерны с радиоактивной водой с ледоколов и 30 контейнеров с твердыми слаборадиоактивными отходами.

5364b128ab0ae0e2edaaf4b338b741f5.jpeg

В кадре Фредерик Хауге(директор Bellona-Foundation):
Для «Беллоны» весь проект «Лепсе» очень важен. У нас есть техническая информация, подтверждающая какой опасности подвергаются жители многотысячного Мурманска, расположенного недалеко от судна «Лепсе». Мы также работали и над проблемой как обезопасить команду, обслуживающую судно «Лепсе». «Беллона» с 1994 работала с различными международными организациями, чтобы найти решение проблемы судна «Лепсе». Мы также искали возможность защитить от радиации тех героев, которые обеспечивали безопасность и жизнедеятельность этого судна. Для них мы и построили «Деревню «Лепсе», чтобы у них были нормальные безопасные условия жизни во время ежедневной работы на «Лепсе».

Голос за кадром: В первых числах мая 2000 года в торжественной обстановке руководитель Беллоны Фредерик Хауге передал директору департамента технической эксплуатации атомного флота пароходства Станиславу Головинскому и капитану судна Василию Красовскому символический ключ от «деревни Лепсе».

Но этот жилой комплекс является лишь небольшой частью грандиозного проекта по утилизации судна, который начался 17 лет назад, когда 10 сентября 86 года было принято специальное постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР.

d37378f2b04ed4c82f6019a8f839b299.jpeg

В кадре Андрей Золотков:
– 60 – 70 годах, когда на Лепсе загружали топливо с атомного ледокола Ленин геометрические размеры многих ЕЛов были нарушены. результате этого для того, чтобы загрузить хранилище приходилось применять, практически, огромные физические усилия, в том числе заколачивать даже их молотком во внутрь. И проблема обратной выемки этих каналов очень проблематична и теперь в конце 80 годов встал вопрос, что судно нужно утилизировать. Но для этого нужно сначала нужно извлечь отработавшее ядерное топливо

Голос за кадром: С 86 года вопрос о необходимости утилизировать судно обсуждался более 12 раз в различных инстанциях, но ни финансирования, ни работ по его утилизации так и не проводилось. Только в 92-м НИИ и конструкторское бюро Минатома России начали разработку проекта утилизации Лепсе. Однако уже в 94 году работы были вновь приостановлены.
Чуть позже, благодаря совместным усилиям Мурманского морского пароходства и Беллоны проект Лепсе был включен в план работ Евро-Арктического (Баренцева) региона на 94-95 годы. Активные действия пароходства и экологов привлекли к проблеме судна внимание Европейской комиссии. А в середине 95 в рамках программы Тассис был проведен и тендер на разработку проекта по выгрузке отработавшего ядерного топлива из Лепсе. Предпочтение отдали совместному предложению французской фирмы SGN и английской AEA Technology. Эти компании провели первую часть работ по обследованию хранилищ Лепсе и выработке варианта обращения с дефектным топливом. Однако ими не были рассмотрены технические вопросы организации выгрузки топлива из кессонов и комплексной утилизации судна.

7726fd9c3a4a86bfbc29410d59a2e998.jpeg

В кадре Сергей Жаворонкин:
– Две принципиальные позиции тогда устроили всех. Разрабатываемый проект должен максимально учитывать российские технологии, с тем циклом, который принят в России по обращению с отработанным ядерным топливом. А, во-вторых, российский опыт мог бы существенно снизить стоимость проекта и, наконец, третья особенность. Мы бы этот опыт использовали уже дальше на других объектах ВМФ.

Голос за кадром: В 95 году был создан Консультативный комитет по международному экологическому проекту Лепсе, в работе которого приняли участие Норвегия, Франция, Великобритания, экологический фонд северных стран НЕФКО.

В кадре Андрей Золотков:
– Долгое время проект не трогался с места и лишь в 1996 году на очередной встрече было решено, что каждая сторона должна внести свой вклад в этот проект Иностранные инвесторы вложить средства в создание технологии, в создание оборудования, робототехники. А российская сторона будет заниматься конкретными работами уже по утилизации судна.

d0d844892ed613a5fd4ae8fb3fce74b1.jpeg

Голос за кадром:
Минатом и Мурманский областной комитет экологии, понимая всю важность проекта, заняли тогда жесткую позицию. Проект Лепсе должен был быть комплексным. Мало выгрузить топливо, нужно еще и утилизировать само судно. А это уже выходило за рамки ответственности пароходства. Западные партнеры отказались тогда начинать финансирование проекта без документа, фиксирующего признание Россией юридического ответственности на случай возможного риска или ошибок в работе по утилизации судна.

Наконец в 2000 году был подписан необходимый документ между Россией и одним из партнеров – Францией, а в 2002 году удалось подписать и Соглашение о сотрудничестве по ядерно-экологическим вопросам между Россией и скандинавской экологической финансовой корпорацией НЕФКО, где отдельной строкой шла речь о проекте Лепсе. Совсем недавно НЕФКО заявило о выделение пароходству гранта в 13 миллионах ЕВРО на выгрузку топлива с судна. Большую часть средств выделяет Норвегия, часть Россия, Франция, Нидерланды, ЕС.

По оценкам специалистов, чтобы реализовать весь проект по утилизации Лепсе нужно около 30 млн.долларов, которых у России нет. Рассчитывать, что западных средств хватит на все, тоже нельзя, Тем более, что по версии французских партнеров, компании SGN, большая часть денег первого этапа будет потрачена на бумажную работу, которую они сами и будут делать. Так, например, проектно-конструкторская документация и предварительный отчет с анализом безопасности будет стоить 1 100 тысяч Евро, а сама физическая операция по выгрузке топлива с привлечением работников Пароходства всего 200 тысяч Евро.

Учитывая разный подход к математике и расходованию средств, Мурманское морское пароходство предложило в основу проекта положить уже существующую российскую технологию, опробованную на Дальнем Востоке.

В кадре Андрей Золотков:
– Российский проект утилизации судна предусматривает участие специалистов из Франции. И эти специалисты должны как раз предоставить техническое и экологическое обоснование проекта. Всю практическую часть т.е. работы на Лепсе будут выполнять персонал пароходства. Т.е. те люди, которые работают на судах атомного технологического обеспечения, может быть даже и на атомных ледоколах.

ca403fb32fc80a95c2ed56194fd69c03.jpeg

В кадре Nils Bohmer:
– Российская сторона будет ответственна за рабочих и специалистов, потому что только они знают состояние топлива в хранилищах судна «Лепсе». Они и будут занимаются его выемкой на французском оборудовании.

Голос за кадром: Сначала с судна удалят все топливо, воду, срежут с палубы все конструкции и чистое оборудование, передадут на берег или другие суда радиоактивные отходы.

Затем начнется самое сложное – выгрузка дефектного отработавшего ядерного топлива. Специальный станок срежет искривленные наконечники дефектных сборок. Затем пеналы с этими сборками вырежут и высушат в специальной камере, чтобы потом загрузить в защитный контейнер. После некоторого отстоя во временном хранилище, контейнеры загрузят в ж/д транспортные контейнеры и отправят на Маяк.

Само же судно разрежут на крупные блоки, которые забетонируют и отбуксируют на место постоянного хранения. Все работы планируется провести в течение 5 лет.

bc66c3c3a9afebec727b376d19722570.jpeg

Голос за кадром: А на очереди уже стоят другие суда атомного технологического обслуживания, проблемы которых сегодня не так остры как Лепсе.
Но что делать уже через несколько лет с неподлежащим переработке уран-циркониевым топливом, находящимся на плавтехбазе «Лотта». Сейчас на ней и на таком же судне Имандра находится 14 комплектов активных зон, а это более 3000 сборок. Суммарный возможный объем хранения на этих двух судах всего 22 активные зоны. Учитывая существующие темпы выгрузки отработавшего ядерного топлива из атомных ледоколов и подводных лодок, а также трехгодичный обязательный срок его выдержки до отправки на хранение на Маяк, в скором времени может сложиться критическая ситуация с размещениям отработавшего ядерного топлива. Но это уже другая история, и не дай бог она займет столько же времени, как и неоконченный проект Лепсе.

В кадре Сергей Жаворонкин:
– Жаль, если Лепсе так и останется судном, которое будет пугать Европу.

Фильм можно заказать, написав заявку по адресу russbell@polarcom.ru

Идея (Сергей Филиппов)